Резервист - Гуль
Вейл пожал ему руку возле стойки. Пожелал удачи в Татсхилле, затем попросил оставить копию последнего разбора: в июле она понадобится обоим ловцам Пушек, кто бы ни приехал. Гарри вернулся за листом. Эдриан уже обсуждал с Хейлом летнюю работу. Гарри положил копию рядом с его папкой и не стал перебивать.
Рон проводил Гарри до камина. Они договорились встретиться в Норе на выходных, поспорили, кто предупредит миссис Уизли, и обнаружили, что оба рассчитывали на другого. Гарри обещал написать вечером. Рон забрал у него пустой клубный чехол: эту вещь тоже следовало оставить здесь.
На Гриммо Гарри повесил оранжевую мантию рядом с голубой. Затем вынул общую колдографию из столовой: тесные ряды, Кросс с поднятым стаканом, Вейл, которого почти закрывал Пайк. Сам Гарри сидел возле Рона, повернувшись к человеку за краем снимка. Он поставил карточку на полку, подвинул лампу, чтобы не заслонять Келли, и пошел писать миссис Уизли. На вопрос, кого ждать в субботу, можно было пока ответить за двоих.
Глава 31. Чемпионы
Конец июня — середина июля 2001 года
В серебряном боку кубка Гарри сначала увидел собственную голову — вытянутую, с нелепо узким подбородком. Он отступил, и отражение уменьшилось; за ним появились окно приемной и край двери, которую работник придерживал ногой. Кубок переносили в новую витрину. Пока там поправляли полку, его поставили на стол для посетителей, поверх сложенного полотенца.
— Можно посмотреть, только не двигайте, — предупредил работник. Он подхватил пустую подставку и повернул ее боком к двери. — Мы уже один раз выяснили, что ручки шире, чем кажется.
Гарри подошел снова. Под свежими голубыми лентами темнели прежние надписи; новую, с годом и названием Торнадос, еще не успели затереть пальцами. В конце мая эту чашу поднимал Кейр. Гарри видел ее из камина, над чужими плечами, и почему-то представлял гораздо больше. Вблизи она свободно помещалась на небольшом столе, оставляя место для раскрытой книги посетителей.
На стене уже висела чемпионская колдография. Кэбот пытался заглянуть поверх Бишопа, Харкер придерживал край ленты, а Фэрберн стоял рядом с капитаном и что-то говорил, не дожидаясь окончания снимка. Гарри нашел всех, кого хотел увидеть. Потом отыскал Рука в заднем ряду: тот как раз переставал щуриться после вспышки, и изображение начиналось заново.
Мэллоу вышла за ним сама. Поздоровалась, проследила за его взглядом и сообщила, что остальные фотографии будут в коридоре у раздевалки. Гарри поздравил ее с чемпионством; она поблагодарила без пояснения, к чьей именно победе он сейчас возвращается, и пригласила в кабинет.
До июля оставалось несколько дней. За месяц Гарри успел отдохнуть, перестать просыпаться к клубному завтраку и снова начать вставать рано, когда вернулись летние задания. Сегодня требовалось закончить осмотр, подтвердить получение расписания и забрать оставленные Руком материалы. Формы для полетов он пока не принес.
На столе Мэллоу лежал отчет Хейла. Гарри узнал пятнадцать стартов в первой строке, однако спортивный директор открыла не ее, а страницу с последними назначениями целителей. Спросила, все ли передали из Пушек, и выслушала ответ, сверяясь с перечнем.
— Стентон ждет вас в половине одиннадцатого. После нее загляните к технику: метлу будут подгонять уже по нынешним меркам, не по прошлогодней записи. — Мэллоу передала ему лист. — Общая работа начинается в июле. Летний турнир сдвигает подготовку раньше обычного, поэтому даты проверяйте внимательно.
Гарри нашел внизу Клубный чемпионат Европы. До этого он думал о возвращении главным образом как о встрече с Харкером. Теперь за несколькими июльскими неделями стояла поездка, которой у клуба не было в его первый сезон, а осенью начинался Европейский кубок. До него предстояло немало работы.
— Вы будете готовить всех троих? — спросил он. Мэллоу кивнула, но Гарри все-таки уточнил: — Я про летнюю поездку. Не только про сбор здесь.
— Всех троих. Распределение матчей обсудите с Торном, когда начнется работа. — Она закрыла отчет, оставив расписание перед ним. — Возвращение из аренды оформлено. Ваш основной договор продолжается; новой подписи под прежними условиями не требуется.
Гарри еще раз проверил дату сбора. Затем спросил, где взять материалы, и Мэллоу назвала комнату: Рук уже оставил там его экземпляр.
Пенроуз встретил его у лестницы. Протянул руку, расспросил о Пушках и назвал седьмое место хорошим результатом; Гарри успел подумать, что владелец прочитал ту же верхнюю строку. Но Пенроуз вспомнил январскую игру в Бэлликасле и поинтересовался, как они вообще различали мяч после остановки из-за погоды.
— Иногда по чужому движению раньше, чем сам мяч, — ответил Гарри. Он хотел добавить про Кина, но владелец уже уточнил, осталось ли что-нибудь от повреждения Кросса. — К концу сезона он играл нормально. На сильных передачах сперва берегли, потом вернули.
— Хорошо. Рад, что вы вернулись, Гарри. — Пенроуз указал на приемную. — Нашли наконец место для чаши. Надеюсь, скоро понадобится еще одно.
За дверью работник опускал кубок на полку, а помощница проверяла, не касается ли ручка стекла. Гарри придержал для нее дверь и пошел к Стентон: до осмотра оставалось всего несколько минут.
* * *
В первое июльское утро Кэбот встретил его с куском хлеба в руке. Стоял между шкафчиками, жевал и пытался одновременно прочитать список на стене; увидев Гарри, повесил список обратно, так ничего и не выяснив. Рукопожатие пришлось отложить, пока Майлз не избавился от крошек.
— Ты завтракал? Если нет, в столовой теперь сначала берешь тарелку, потом объясняешь, чего хотел. Они переставили все, пока нас не было. — Он улыбнулся и наконец пожал руку. — Сам разобрался с третьего раза. Чемпионство не помогло.
Гарри засмеялся и поставил сумку на скамью. Его табличка была на прежнем месте, только поверхность дверцы успели покрыть новым лаком. Рядом с ней на фотографии из прошлого сезона Майлз летел с квоффлом перед двумя соперниками. Гарри задержал взгляд, пытаясь вспомнить, видел ли именно эту атаку в записи.
— Хороший снимок, — сказал он. Кэбот проследил за взглядом и поморщился, словно Гарри указал