Куплю твоего мужа - Диана Фад
— Мне кажется, я должен сделать первый шаг, — усмехнулся, поставил чашку с недопитым кофе на круглый столик. — Или мы зря тратим время.
— Что ты имеешь в виду? — притворно строго произнесла Алиса, когда я встал, демонстративно поправляя на себе полотенце.
— То и имею.
Подошел к ее шезлонгу и наклонился, упираясь руками в поручни.
— Ты невероятно привлекательная женщина, давай хотя бы наедине не будем играть в начальника и подчиненного?
— Хорошо, можем попробовать, — хитро прищурилась она, слегка приоткрыв губы, тем самым выдавая свое желание. — Попробуй приказывать ты.
Эти ее слова стали отмашкой к моим дальнейшим действиям. Усмехнулся, подхватил ее с шезлонга на руки и понес в комнату, бережно положил на широкую кровать. Медленно начал развязывать пояс на пеньюаре, затем чуть раскрыл, обнажая красивое и дорогое белье персикового цвета. Алиса была прекрасно сложена. Плоский живот, хорошая грудь, которая выдавала ее волнение частым дыханием. Как я и думал, ледяная женщина таяла, когда ее сжигало желание.
— Я решил, что в постели мы равны, — произнес, касаясь груди под тонким кружевом. Затем провел пальцами по животу, спускаясь к трусикам. — И сейчас я буду узнавать, какая ты на самом деле.
Наклонился и накрыл ее губы своими, вызывая у Алисы томный вздох. Что же, женщины все одинаковые. Им нужна ласка и любовь. И хватит мне тут отдавать приказы и делать вид, что я не особо нужен. Судя по всему, Алиса горячая штучка, а значит, я могу делать все, что хочу. И ей это понравится.
Глава 12 Варя
Глава 12 Варя
Женский голос. Я просто теряю дар речи на мгновение, но тут же беру себя в руки. — Почему у вас телефон моего мужа? Где Марк?
— Деточка, к чему такие вопросы? — удивляется женщина на той стороне трубки. — Мне кажется, что мы обо всем договорились или нет⁈
В панике бросаю трубку, словно ядовитую змею. Затем снова хватаю и смотрю исходящие. Я точно набрала номер мужа или кого-то другого? Но нет, ошибки нет. И что теперь делать? Перезванивать? А смысл, и так всё понятно. Марк мне изменил, соврал, предал. Продал себя и меня заодно.
Сижу, поджав под себя ноги, и смотрю в одну точку. В голове мысли, как рой рассерженных пчел, а по груди боль разливается. Мне так больно, что дышать тяжело. После смерти мамы у меня остался только муж, и я думала, что мы вместе навсегда. Что у нас будет настоящая семья с детками, уютным домом, где живет счастье и любовь. А что теперь? Простить измену и закрыть глаза, будто ничего не было?
Смогу ли я как раньше любить его руки, что касаются меня, доверять его губам, что целуют. Смогу ли я вообще смотреть на Марка и любить как прежде? Сейчас я представляла, как он целует Алису, как ложится с ней в постель и… Господи, как противно!
— За что, Марк? — вырывается из меня стон, и слезы текут рекой. — А как же теперь я?
Лучше ничего не знать… Может, муж и правильно решил всё сделать сам, а меня не ставить в известность. Если бы ко мне не пришла Алиса и не было этого разговора, то я бы поверила Марку? Скорее всего, да. Расстроилась, конечно, что он уехал в командировку накануне праздников, но я бы верила ему! И не чувствовала себя сейчас так, словно меня переломали и разложили по косточкам, а потом собрали вкривь и вкось. Всё перемешалось внутри, всё перевернулось с ног на голову.
Зачем вообще нужно это доверие, если человек может предать тебя просто так. Если деньги решают моральную сторону и делают ее не особо важной, главной в семье, в отношениях. Как мне теперь жить, представляя каждый раз, что Марк касался другой женщины, занимался с ней любовью. Нет, я знала, что до меня у мужа были женщины, он не был монахом, но это было до меня. Понятно, что брак не заставляет никого хранить верность, но разве это неправильно? Когда любишь, изменять не хочется, даже мыслей таких нет. Значит, Марк меня не любит.
Из мыслей о своей несчастной доле меня вырывает звук телефона, и я хватаю трубку в надежде на то, что это Марк. Сейчас он мне всё объяснит, скажет, что ошибка, что я зря себя накрутила, но нет. Какой-то незнакомый номер. Смотрю на цифры, что расплываются в глазах из-за слез, и думаю, ответить или нет. Не хочу сейчас ни с кем говорить, но машинально нажимаю на ответ и слышу женский голос.
— Варвара Николаевна? — спрашивает женщина, а я киваю, забыв о том, что она меня не видит. — Извините, вы меня слышите? Мое имя Эльвира.
— Да, — выдавливаю из себя хриплое. — Это я.
— Мне дали ваш телефон в художественной студии, моему руководителю понравились ваши работы. Он хотел бы сделать заказ на роспись витражей в своей галерее. Но есть несколько условий, мы их обговорим при встрече. Как и гонорар, когда вы посмотрите объем работ.
— Я сейчас не готова взять заказ, — выдыхаю, тоскливо оглядываю комнату. — Позвоните мне через пару недель.
— Варвара Николаевна, мой клиент готов платить хорошие деньги, — продолжает собеседница. — Ему крайне важно оформить все в ближайшие сроки.
— Я просто сейчас не могу, — мой голос срывается, и я всхлипываю, прикрывая ладошкой губы. — По личным причинам.
— У вас что-то случилось? — спрашивает собеседница. — Мне бы не хотелось разочаровать своего начальника.
— Мне сейчас не до работы.
— Понимаю, но все же подумайте. Иногда бывает, что занятие любимым делом лечит нас лучше, чем сидение в одиночестве и бездействие.
— Может, вы и правы, но не сейчас.
— Позвоните мне.
Не прощаясь, отключаю телефон и рыдаю горько, с надрывом, да так, что начинаю задыхаться. Встаю