22 дня в "Барбаре" - Виталий Штольман
– Чего-о-о-о? – раздалось на той стороне незримого провода.
– Сообщите явки и пароли, не могу попасть в ваш секретный бункер.
– Погоди минутку!
Через несколько мгновений калитка чудесным образом открылась.
– Спасибо, товарищ полковник! Гусь в клетке! Повторяю, гусь в клетке!
– Да вижу я, заходи давай. Третий этаж.
– Где? – я вертел головой во все стороны.
– В рифму ответить? – басовито заржал Коновалов, – Камеры.
– Гребаный концлагерь! – я плюнул на новенькую мраморную плитку и повесил трубку, затем посмотрел на оставленный за собой биологический след и немного постыдился. Вспомнил, что все моральные преступления пред социумом воздадутся в виде клыков адских псов, что разрывают плоть на части, от них не скрыться, от них не сбежать, останется лишь льющаяся из пасти кровь, да хруст костей, ужасающий падших грешников. Чтобы смягчить свою вину пред вселенной, зорко запечатлевшую мое преступление, пришлось растереть кроссовком и в молящемся поклоне извиниться пред ближайшей камерой видеонаблюдения.
Предбанник. Снова домофон. Снова сенсорный. Тут уж я разобрался. Вошел. Далее холл, в котором за тремя мониторами сидел скучающий дядечка в костюме. Я поздоровался, он вежливо ответил. Неожиданно приятные люди тут живут, моим бабкам у подъезда стоило бы поучиться манерам. Открываю первую дверь в надежде найти лестницу, там туалет. В смысле туалет? В подъезде? То есть не надо ссать по углам, как это делают глубоко неуважаемые обитатели общественного пространства моего дома в зимний период. Открываю соседнюю дверь. Ногомойник. Душ. Какая-то барышня моет лапы своему спаниелю.
– Извините! – закрыл дверь, стало даже немного стыдно, будто застал кого-то за чем-то интимным.
– Молодой человек, чего ищем? – заинтересовался мной дядечка.
– Власть смутных дум терзает разум просветленного человека.
– Что?
– Лестницу ищу.
– Вот же лифт! – он указал на прозрачные двери, за которыми виднелись атрибуты бегуна по этажам, да не одного, а четырех сразу. На один подъезд! Представляете? Хорошо живете, товарищи буржуи!
– Мне на третий.
– Ну и что? – не сдавался охранник.
– Ладно, понял, спасибо!
– Хорошего вечера! – добродушно донеслось мне вслед.
– И ты не болей, дядь! – подумал я малахольно.
Лифт поздоровался со мной, лифт довез меня до нужного этажа, лифт сообщил о прибытии на нужный этаж, лифт попрощался со мной. Мне показалось, будто он что-то замышляет. Искусственный интеллект развивается сейчас с такой скоростью, что я всерьез начал подумывать о восстании машин. Вот только представьте. Сейчас все умное. Колонки. Холодильники. Плиты. Чайники. Пылесосы. Дома. Человек только по-прежнему тупой. А разве сие понравится саморазвивающемуся роботу? Мы засоряем планету. Мы убиваем ее. Мы убиваем друг друга. Скайнет лишь ускорит процесс. А что для этого нужно? Судный день. Только не с ядерными ракетами, а всего-то надо нажать лишь на одну кнопку, что вырубит интернет в мире. И все. Нам пиздец. Не задумывались над этим? Показал лифту средний палец в зеркало. В следующий раз пойду по лестнице…
Лева встречал меня у двери.
– Ты чего долго так?
– Что делать гению, стремящемуся к нравственному целомудрию?
– Ты опять со своими загадками?
– Уйти бы на гору и душнить пред белками. Среди развращенных людей ему делать нечего.
– Это ты про меня?
– Это я в общем…
– Так ты что там, заблудился?
– Да пока через все блокпосты пройдешь, с ума сойдешь.
– Элитный ЖК! – Коновалов поднял указательный палец вверх.
– Слышь, элитный. Тут у вас концлагерь! Ебаные фашисты…
– Виталя, ты давай не начинай. Сразу хотя бы…
– Че эт?
– Просто моя дама сердца слишком нежная натура. Может не понять.
– Ведя делишки с темными силами, не думай ты, что выйдешь победителем.
– Виталя! – насупил нос Коновалов.
– Что ты вот, Лев Платонович, начинаешь? Первое впечатление, знаете ли, во многом решает, как пойдет дальше беседа.
– Так я о том и говорю!
– Лева, как ты оказался под каблуком? А, все! Понимаю-понимаю. У всего есть цена.
– Да иди ты.
– Ты в дом-то пустишь, буржуй? Мне в принципе все равно, могу и на лавочке посидеть, какие мои годы, но…
– Без «но», заходи!
Мне открылся мир невиданной доселе роскоши. Блестящие полы. Боярская мебель. Техника по последнему писку моды. Туалет как у меня кухня по площади. Еще один туалет поменьше. Четыре комнаты и лоджия.
– Лямов двадцать, – подумал я. – Был бы обычным, завидовал, но увы, кто ж радуется золотой клетке?
На кухне уже был накрыт стол. Сервированные тарелки. Несколько видов приборов. Скатерть. Да-да. Скатерть, чья белизна аж резала глаза. Ответственной за сие благородство была дама по имени Геля. Так она представилась. Ангелина – красивое имя. Ей подходило. Приятная на вид легкая полнота. Без целлюлитных отложений. В форме, только покрупнее. Милое ангельское личико, что молодило ее лет на десять. Мой сканер закончил свою работу и выдал положительное заключение, одобряющее их сожительство.
Мы расположились за столом, а вокруг бегала хозяйка, вытаскивая из недр кухни знатного рода поляну. Салаты. Бутерброды. Мясо. Икорочка красная. Икорочка черная. Все так красиво, будто на день рождения пришел, причем на юбилей, не меньше, или золотую свадьбу.
– Так, мальчики, не буду вам мешать. Сидите-отдыхайте! Я по делам отлучусь. Левушка, ты все у меня знаешь, да?
– Да, малыш!
– Малыш, блять? – подумал я и чуть не поперхнулся икрой. – Где-то сейчас блюет розовый пони. Что стало с этим амбалом? Мда-а-а, вот оно социальное неравенство налицо.
– Ой, чуть не забыла! – Ангелина достала из шкафа, бутылку французского коньяка.
Мой резкий глаз, за доли секунды, пока Нарния была открыта, зацепился за наличие там целой сокровищницы элитного пойла. Да, Лева, вытянул ты счастливый билет, хоть и прогнулся. Стоит ли игра свеч или нет – вопрос. Сложный и напряженный. Весы качаются из стороны в сторону, не теряя надежд оставить за собой сет.
Геля ушла. Мы подождали, пока в замочной скважине жизнь сойдет на нет.
– Лева, это чего такое? – нарушил я тишину.
– Чего не так? – басовито заржал он.
– Ужасное не станет прекрасным, даже если взгляд изменить.
– Ты сейчас Шекспира перефразировал?
– Это все неважно. Хоромы. Элитный коньяк. Биде в туалете.
– Завидуешь?
– Нет проку от золотого беспечия. Не веришь? Спроси у