Неудержимый. Книга LIV - Андрей Боярский
Рыжая бестия с множеством щупалец тоже доставляла Тельгасу немало проблем. И откуда она такая только взялась? А главное — силы у неё было хоть отбавляй. Она орудовала оружием Ордакса так ловко, что впору было её делать архваром, а не глупого покойника, который даже собственных сил не смог оценить перед боем.
Девушка использовала огромный двуручный меч не только для атаки, но и для защиты, ловко перехватывая большую часть атак, которые летели в её сторону. Причём следить она успевала не только за собой, но и за тылом, где держался остальной отряд.
Отдельные технаты уже несколько раз пытались зайти к ним через фланги, однако каждый раз бестия замечала угрозу раньше, чем они успевали приблизиться на опасное расстояние.
Парные клинки она тоже использовала. Стоило кому-нибудь из технатов приблизиться, и она выбрасывала их вперёд, словно жала.
Один из скоростных образцов, который всё это время носился по стенам колизея так, что за ним едва удавалось уследить, всё же дождался подходящего момента. Как только девушка отвлеклась на очередную атаку, технат оттолкнулся от стены и снарядом полетел ей в бок, выставив вперёд длинные когти. Расчёт был прост: расстояние слишком маленькое, скорость огромная, а значит, увернуться она уже не успеет.
Увы для него, двуручный меч оказался ещё быстрее. Девушка резко крутанулась вокруг собственной оси, разгоняя тяжёлое оружие всем телом, и встретила противника широкой плоскостью клинка. Удар получился настолько мощным, что техната не просто отбросило в сторону. Его корпус смяло, крепления разлетелись, а сам он буквально рассыпался на части ещё в воздухе.
Большая часть металлолома полетела прямо в сторону Тельгаса. Куски брони, обломки лап и внутренние механизмы застучали по его защитной мантии, окатив синтари настоящим железным дождём. Сияющее ядро ударилось о его плечо, а затем отлетело за пределы арены и там взорвалось. Впервые за весь бой он почувствовал угрозу со стороны Посланников, ведь ядро могло разорваться и около него…
Если бы технаты умели испытывать головную боль, то Тельгас уже минут пять как должен был кататься по полу и жаловаться на невыносимые страдания. Вместо этого он продолжал молча анализировать происходящее и с каждой секундой всё меньше понимал, каким образом обычное испытание его коллекции превратилось в столь унизительное побоище.
Боль… Глядя на рыжую бестию, он задумался. Почему, получая урон, она практически не реагировала на боль? Разве такое возможно? За время битвы её несколько раз пробивали клинками, прожигали энергетическими лучами, один из технатов буквально вырвал из неё кусок плоти, а она всё равно продолжала двигаться, словно повреждения не имели никакого значения. Подобное свойство Тельгас считал крайне любопытным и уже мысленно отнёс существо к образцам, которые следовало по возможности захватить целиком.
Тельгас приказал технатам напасть на Посланника, который прикрывал свою группу башенным щитом. Окопавшись около стены, они неплохо оборонялись. Пока здоровяк прикрывал остальных щитом, два других орудовали из-за его спины копьями, а девушка с луком несколько раз в минуту поднималась над всеми и, прицелившись, выпускала стрелы, которые по большей части попадали в цель.
Один из технатов вытянул вперёд руку и буквально выстрелил кулаком в сторону щита. Здоровяк прикрылся, вот только тот и не думал бить в щит. В последнее мгновение перед ударом кулак разжался и, сменив направление, ухватился за край щита. Сразу же после этого технат дёрнул цепь, и щит вместе с Посланником полетел вперёд.
На здоровяка сразу же набросились другие технаты, но Посланник оказался не из робкого десятка. Активировав ауру из чистой энергии, он сжался, словно пружина, и, резко разжавшись, стал очень быстро расти.
— Я вас всех завалю! — пробасил он на весь колизей и, сорвавшись с места, бросился на Тельгаса.
К такому синтари жизнь не готовила. Он думал, что с лёгкостью порубит его в капусту, но технаты, которые должны были это сделать, прямо сейчас погибали от рук его группы. Они пылали чистой энергией разных цветов и ловкими движениями протыкали противников копьями. А лучница так и вовсе умудрилась прикончить сразу трёх скоростных технатов.
Количество технатов резко сократилось, поэтому пришлось прибегнуть к экстренным мерам. Тельгас открыл резервные ворота, из которых навстречу здоровяку побежали уже сотни нексаров. Часть из них моментально активировала режим «берсерка». Значительно ускорившись, они напали на Посланника, пробивая его клинками с разных сторон, и, надёжно закрепившись на теле, самоликвидировались.
Через несколько секунд от него мало что осталось. Больше того, толпа нексаров бросилась дальше, напав на копейщиков. Драться с превосходящим числом противников оказалось очень сложно. Прикончив нескольких из них, они попытались отступить к остальным, но многочисленные выстрелы из энергетических пушек в спину остановили забег в зародыше.
Так-то лучше, подумал про себя Тельгас, наблюдая полные боли глаза здоровяка, который видел смерть своих друзей.
Боль для Тельгаса являлась одним из самых простых, понятных и крайне эффективных инструментов, которым он любил пользоваться. Синтари давно пришёл к выводу, что именно она заставляет большинство живых существ быстрее всего отказываться от принципов, клятв и даже собственной гордости. Сильные маги могли выдержать многое, но рано или поздно всё равно сдавались. А чтобы они делали это ещё быстрее, он ломал кости, вырывал суставы или же играл с нервными окончаниями. Нет, он не испытывал к этому процессу никаких симпатий. Только холодный расчёт, максимальная скорость и эффективность.
С правителями дела обстояли ещё проще. Обычно они не так фанатично укрепляли тела, поэтому и порог чувствительности у них был гораздо ниже. Императоры, князья и прочие представители аристократии и сильных мира сего слишком быстро привыкали к комфорту, а потому зачастую переносили боль куда хуже обычных солдат. Архвары прекрасно пользовались этой особенностью при работе с агентами: стоило один раз правильно объяснить человеку последствия неповиновения, и в дальнейшем он исправно выполнял приказы уже без дополнительного воздействия.
Что же касалось рыжей, то она нарушала правила, и это манило Тельгаса ещё сильнее. Как только нексары разорвали в клочья лучницу, он направил их к ней.
— Посмотрим, как ты