Резервист - Гуль
* * *
Через четверть часа Делькур едва не закончил финал. Снитч вышел над Линтоном, Гарри поздно заметил его за синей спиной и начал подъем, когда француз уже тянулся. На одно мгновение золотой шарик исчез в чужой ладони. Гарри успел похолодеть прежде, чем увидел крыло снаружи; Делькур не удержал, метнулся следом и снова выставил руку.
Гарри подошел на продолжении. Занял внешний край, не дав сопернику спокойно закончить разворот, и получил короткую возможность поймать сам. Не достал. Снитч ушел между двумя сходившимися метлами, оставив их почти плечом к плечу, и Гарри услышал чужой тяжелый выдох. Его собственный вышел не легче.
Они разошлись без свистка. Гарри набрал высоту полого, не выпрямляясь раньше, чем метла вернулась под него; ноги горели, зато не пришлось помогать им еще и руками. Перед глазами оставался золотой бок в красной перчатке. Гарри нашел Флетчера, затем Делькура и только после этого посмотрел на счет. Шестьсот двадцать — семьсот шестьдесят. Ничего еще не закончилось.
Лион пробовал вернуть быстрый выход через новую охотницу. Кейр теперь встречал не ее, а следующего принимающего; Гардинер уходил за мячом, Линтон оставался ближе к Данну. Французы снова забивали. Но прежней длинной серии не получилось: второй загонщик Торнадос отвел бладжер от Линтона, тот удержал квоффл и начал свою атаку, пока Кейр еще возвращался от чужих колец.
Гарри проходил вдоль темных рядов, проверял светлую полосу над часами и возвращался к середине, не тратя весь разгон на пустой круг. Делькур выбирал другой путь, короче. Гарри не пытался догнать француза там, где тот ничего не нашел.
За последние полчаса Гардинер забил трижды. Один раз после длинной атаки, два — подобрав мяч, который не удержали у колец. Гарри видел, как охотник после третьего броска повис над метлой, прежде чем расправить спину. У Торнадос стало шестьсот пятьдесят, у Лиона было семьсот девяносто.
Потом обе команды добавили по десять. Часы миновали шестнадцать, и Гарри на короткий миг вспомнил четыре часа на запасном поле: свисток, закрытый ящик, возможность закончить неудачный день хотя бы по времени. Здесь до конца оставалось столько, сколько потребуется мячу. Гарри перевел дыхание и посмотрел выше, не дожидаясь, пока истекут еще несколько минут.
Снитч появился возле часов. Не на фоне цифр, где Гарри прежде всего искал золото, а у темного края крыши, чуть выше. Он различил движение крыла и пошел на подъем, показывая Флетчеру начало. Делькур повернул почти сразу. Внизу Гардинер получил от Кейра и забил; Гарри увидел шестьсот семьдесят против восьмисот на прямой, прежде чем кольца закрыли табло.
У трибуны потянуло внутрь. Гарри не рванул метлу от досок: продолжил подъем, оставляя место для более пологого поворота. Снитч шел тем же краем. Делькур оказался ближе снизу, однако между ним и мячом уже поднимался свой загонщик, возвращавшийся после удара Флетчера.
Француз пропустил его и вышел справа. Гарри сохранил ход, не пытаясь немедленно вернуть потерянные ярды; снитч метнулся от крыши к открытому полю. Теперь до него было ближе обоим. Делькур приготовил ладонь, Гарри остался чуть выше, видя золото над концом чужого древка.
Шарик качнулся вниз. Француз начал снижение, и Гарри тоже перенес вес, но крылья уже повернули обратно к свету. Он удержал высоту. На мгновение снитч исчез за чужим плечом, затем вышел возле его собственной правой руки; Делькуру предстояло сначала подняться, а Гарри хватало короткого движения в сторону.
Он потянулся. Ладонь задела золотой бок, шарик скользнул по основанию пальцев; Гарри повернул кисть вслед, не закрывая пустоту там, где мяч был мгновение назад. Пальцы сомкнулись. Крыло забилось о край перчатки, и он прижал руку к груди, выправляя метлу другой.
Делькур еще подходил снизу. Гарри показал кулак и услышал свисток — длинный, отчетливый, совершенно не похожий на крики, которыми последние часы отзывалась трибуна. На табло стало восемьсот двадцать — восемьсот. Часы остановились на шестнадцати ноль шести.
Гарри успел только вдохнуть. Потом засмеялся, поднял руку выше и закричал что-то без слов; под ним Гардинер почти ударился метлой о Линтона, пытаясь схватить его за плечо. Кейр держал квоффл над головой. Флетчер летел к ним с битой поперек коленей, и Гарри пришлось спуститься навстречу, иначе загонщик так и остался бы махать ему снизу.
* * *
На траве он сперва не удержал равновесие. Колени приняли вес иначе, чем подножки; пришлось опереться на метлу, пока вокруг уже обнимались. Гардинер схватил его, едва не выбив снитч из кулака. Гарри засмеялся еще громче и отодвинул руку: золотые крылья все еще работали, хотя больше никуда их не следовало отпускать.
Делькур подошел до того, как снитч забрал судья. Посмотрел на перчатку, протянул ладонь; Гарри переложил мяч и крепко пожал ее. Вблизи лицо француза казалось серым под загаром. За его спиной Ренар ждал с накидкой.
— Я у крыши думал, он опять пойдет ниже. Ты остался, — произнес Делькур. Он посмотрел на погасшие секунды и добавил: — Хорошо взял. Поздравляю.
Гарри поблагодарил, хотел ответить про чужую почти закрывшуюся ладонь и понял, что сейчас начнет пересказывать человеку его поражение. Только сказал, что на пятнадцатом часу уже не думал успеть. Делькур кивнул, забрал у Ренара накидку и пошел к своей команде; Гарри отдал снитч судье, проследив, как закрылась крышка маленького ящика.
Брук добиралась к ним от навеса, опираясь на руку Майлза. Кэбот нес ее метлу вместе со своей, и обнять всех сразу у него не получилось; пришлось сперва сгрузить обе Гардинеру. Вивьен обхватила Гарри за шею. Он удержал ее, пока она смеялась у самого уха, затем оказался перед Фэрберном.
Джулиан улыбался. Не коротко кивнул после хорошего упражнения, не предложил показать последний поворот. Ухватил Гарри за плечи и обнял так крепко, что тот почувствовал сквозь форму жесткий край сухой рубашки. Гарри обнял его в ответ. За спиной кто-то требовал пропустить целителя, и пришлось разойтись, продолжая улыбаться друг другу.
Харкер спустился с трибуны вместе с клубными сотрудниками. Поздравил, сунул Руку блокнот и присел возле Брук, помогая освободить зацепившийся ремень; до разговора о темных рядах дело не дошло. Рук смотрел на Гарри, держа сразу несколько чужих записей. Когда тот подошел, тренер переложил их под