Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
— А горячая ванна? — спросила Тори.
— Вот этого не пробовал, — ответил Гарри. — Попробуй. Только штору задерни, а то устроишь деревенским представление.
— Если бы в моей ванной была ванна, — заметила Дафна.
— Я перенесу ванну для больных, — сказал Гарри. — Воду наколдую и согрею.
— Моя собственная горничная, — сказала Дафна. Гарри нахмурился и исчез с хлопком.
— Дафна, как, черт возьми, у него это получается? — спросила Тори. — Всю комнату словно заполнило… ощущение, что ты под защитой.
— Ага, — ответила Дафна, не желая объяснять, на что это похоже. — Я уже чувствовала его Патронуса. Теперь он больше. — Астория фыркнула.
— Нет, — сказала Дафна. — Я читала о них. Патронус меняется, когда внутри человека происходит какая-то глубокая перемена.
— Может, он просто становится сильнее? — осторожно предположила Тори. — Ты же сама говорила, что он как Дамблдор.
— Не совсем, — ответила Дафна. — Для начала, он не впал в старческий маразм.
С хлопком появился Гарри. «Ванна готова, миссис Блэк. В спальне».
— Спасибо, — сказала Дафна. — Что ж, дорогая сестра, я иду принимать горячую ванну. Если у тебя голова болит так же, как у меня, советую последовать моему примеру. Можешь воспользоваться моей любимой ванной. А показывать ли магглам чистокровную ведьму во всей красе, решай сама.
— Только волосы в сливе не оставляй, — вставил Гарри.
— Не будь засранцем, Гарри, — сказала Дафна. — Не обращай на него внимания. Наверное, переутомился.
— Я немного почитаю и пойду спать, — объявил Гарри.
— А где комната Гарри? — спросила Астория.
— Задняя спальня, — ответила Дафна. — За гостиной.
— Это же твоя спальня, — сказала Тори, потом моргнула. — Вы живете в одной спальне.
«Она перестала храпеть», — невозмутимо сообщил Гарри, держа на коленях раскрытую книгу. За наглость его шлепнули по ноге.
Дафна поднялась и пошла к себе. Ванна для больных уже дымилась: Гарри поставил ее в дальний угол спальни, где хватало места. Дафна зашла в ванную, глотнула зелья от головной боли, аккуратно сложила одежду в гардеробной и легла в горячую воду, надеясь, что голова пройдет. Через некоторое время она задремала; открывший дверь Гарри разбудил ее.
— Мог бы постучать, — сказала Дафна.
Гарри закрыл дверь и сел на кровать. «Как ты себя чувствуешь на самом деле?» — спросил он, пристально глядя на нее.
— Голова словно ватой набита, — призналась Дафна. — Как ты занимался этим месяцами?
— Мне было очень нужно. У ребят из Отряда Дамблдора дым обычно появлялся на первом или втором занятии, а телесный Патронус — на втором или третьем. Тут главное — нужное чувство. Наверное, в тринадцать лет я слишком многого от себя хотел. Зато мне это спасло жизнь, так что уже неплохо.
— Объяснишь? — попросила Дафна.
Гарри принялся объяснять, жестами изображая временную петлю: он спас себя, потому что знал, что может это сделать. Потому что уже сделал. Нелепость, конечно, но очень в духе Гарри.
— Полотенце, — сказала Дафна. Гарри принес из ванной большое банное полотенце. Дафна выбралась из воды, держа его перед собой, словно щит, затем завернулась в него и направилась в ванную. «Будь добр, убери воду», — сказала она и ушла, со слипшимися мокрыми волосами. Пока Дафна сушила волосы, Гарри издавал странные хлюпающие звуки.
«Что ты делаешь?» — спросила она, надевая халат с норковой отделкой, который миссис Фостер отыскала для нее среди вещей Реддлов.
— Изображаю, как вода уходит в слив, — объяснил Гарри и попробовал еще раз. — Когда ее просто развеиваешь, никаких звуков. Совершенно никакого удовольствия.
«Вот и перестань. Я ложусь спать», — сказала Дафна, вышла из ванной и забралась в постель.
— Это что-то новенькое, — заметил Гарри.
— Старенькое, — поправила Дафна. — Из вещей Реддлов. По-моему, тридцатые годы, так что мех норковый.
— Что-нибудь еще хорошее нашлось?
— Довольно приличная норковая шуба и горностаевый палантин, — ответила Дафна. — Деньги у них водились.
— Везет тебе, — сказал Гарри.
— Тебе я тоже нашла еще одно твидовое пальто, в пару к тому, которое ты сам отыскал, — сказала Дафна. — Харрисский твид, так что колючки не страшны.
— О, для огорода пригодится. Ежевика там колется будь здоров, а ягоды собирать надо.
Гарри ушел в гардеробную и вернулся в пижаме. «Где ты покупаешь духи? Если я захочу подарить тебе еще?»
— Не скажу, — ответила Дафна. — Какие-то тайны я себе оставлю.
— В шелковом халате их особо не спрячешь, — заметил Гарри.
— У него есть свои достоинства. Спокойной ночи, Гарри, — сказала Дафна, погасила свет и скинула шелковый халат. Она придвинулась к Гарри и прижалась к нему спиной. То, что его ладонь легла как раз в ложбинку между ягодицами, было чистой случайностью. Гарри снял очки, дыхание стало ровнее, и он заснул. Дафна тихонько фыркнула и некоторое время лежала, ни о чем не думая.
Дафна проснулась рано — чтоб его, Гарри Поттера, жаворонка! — и посмотрела на упомянутого жаворонка. Тот спал. И выглядел… что ж, красивым. Чуть позже, вероятно разбуженный негромкими звуками снизу, проснулся и Гарри.
— Доброе утро, — сказала она.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Гарри.
— Сам проверь, — ответила Дафна, подмигнув.
Гарри ласково ее стиснул. «Голова не болит?»
— Нет, — ответила Дафна. — Надеюсь, ты не собираешься меня дразнить?
— Только поначалу, — хрипло пообещал Гарри, и началась пытка… сладкая, восхитительная пытка. Чуть позже Гарри с готовностью устроился сверху и… она смогла обхватить его ногами, закинув пятки за спину. М-м-м. И получилось у него очень, очень