Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
— Теперь мне хочется все это взъерошить, — заметила Дафна из душа.
Гарри обернулся проверить. Дафна намыливала грудь шампунем с совершенно вызывающим видом.
— Даф, мне еще с твоей сестрой встречаться, а теперь у меня... — Гарри указал на вполне однозначно оживившийся орган.
— Просто проверяю, что мое влияние не ослабло, — невинно ответила Дафна.
— Позже получишь подтверждение. Если время будет.
Дафна вышла из душа, и Гарри подал ей полотенце для волос и второе для тела.
— Гарри? — спросила Дафна. — Мы все равно будем завтракать с моей сестрой... может, сначала снимешь напряжение?
— Мы только что помылись.
— Очищающие чары. И постарайся потом выглядеть так, будто не набросился на меня, — предложила Дафна, направляясь к кровати на цыпочках. — Ты же у нас совершенно ненасытный зверь.
Гарри вернулся в спальню. Дафна уже лежала голая на полотенце, с палочкой в руке. Она наложила что-то очень похожее на чары приватности и отложила палочку.
— Обещаю, кусаться не буду, — сказала Дафна.
— Врунья, — тихо ответил Гарри и поцеловал ее.
— Эм... чуть-чуть пошипишь? — попросила Дафна.
Десять минут спустя у Гарри саднило уши, а Дафна лежала на кровати, сжимая простыни в кулаках.
— Ох, какой же ты чудесный мужчина, — промурлыкала она. — Забирайся на кровать, займемся сексом.
Позже Гарри натянул кардиган и тапочки и, убедившись, что Дафна уже оделась и заканчивает макияж, открыл дверь спальни. В нос ударил запах младенцев. И, судя по звуку, маленький Сириус уже начинал капризничать.
Гарри вышел в гостиную. Посреди комнаты сидела Астория с Каф и Алом, устроившими грязноватое чаепитие за игрушечным столиком.
— Доброе утро, Астория, — рассеянно бросил Гарри и направился к кроватке Сириуса.
Его белобрысый сын моргнул на него и, как обычно, не успокоился ни от того, что его подняли, ни от объятий, ни от поцелуев.
— Как ты? — прошипел Гарри ему на ухо.
— Голодный, — прошипел Сириус в ответ.
Гарри поцеловал его, чтобы отвлечь от шипения, и заметил поникшую Мисси, домовиху, кормящую из бутылочки Хеспер. Ее черные волосы торчали еще сильнее обычного.
К счастью, как раз в этот момент прибыла тяжелая артиллерия.
— Астория, дорогая, — сказала Дафна, величественно проплывая к ряду кроваток в домашнем халате.
— Сириус голодный, — сообщил Гарри.
— Когда он бывает не голодный? — отозвалась Дафна, забрала Сириуса и уселась в кресло с высокой спинкой кормить его. Тот предсказуемо присосался и мгновенно успокоился.
Гарри взял Хеспер вместе с бутылочкой из рук Мисси.
— Спасибо, Мисси. Ты лучшая.
Мисси кивнула.
— У вас больше всего младенцев, — вздохнула она. — Мисси теперь поспит.
И исчезла.
— Ваша эльфийка почти не проявляет почтительности, — заметила Астория и вытерла шоколадную мордашку Ала.
Тосты, которые ели дети, тоже выглядели шоколадными. Странно, подумал Гарри.
— Шоколадный тост? — спросил он, целуя Хеспер в волосы.
— «Нутелла», — сказала Астория. — Магглы делают ее из шоколада и фундука. Она изменила мою жизнь.
Но не удержала тебя подальше от моего дома, подумал Гарри.
С Хеспер на руках он подошел к шнуру звонка и потянул его. Девочка с любопытством следила глазами за его рукой.
Гарри успел сесть на диван с Хеспер, когда, как и ожидалось, вошла миссис Фостер с подносом.
— Господин, госпожа, миссис Малфой прибыла и забрала близнецов на завтрак. Сова опять бросила мышей на разделочную доску, — доложила она. — Джимми говорит, что для совы подойдет рецепт перепелов.
— Он просто пытается поблагодарить Джимми, — сказал Гарри. — Делится добычей с другом.
Как обычно, завтрак превратился в длинную шумную суматоху: один младенец за другим, а Дафне еще предстояло выпить несколько отвратительных зелий.
— Не понимаю, зачем ты до сих пор кормишь их грудью, — сказала Астория. — Эти зелья выглядят мерзко.
— Я хочу быть уверена, что они получают самое лучшее питание, — ответила Дафна. — Но с этого месяца начну отлучать. Мне это надоело, да и им уже больше года.
Гарри применил свое любимое заклинание — заклинание пузыреголового шлема — и сменил несколько подгузников, исчезая содержимое и освежая воздух одной лишь палочкой.
— Почему он ведет себя как настоящий чистокровный? — спросила Астория. — Я все время жду, что он начнет держать булавки для подгузников в зубах.
— Астория, как бы мне ни нравилось кормить тебя, предоставлять тебе две запасные спальни и выслушивать твои компетентные советы по воспитанию детей, можно просто не надо? — мягко попросил Гарри.
Дафна бросила на него на мгновение далеко не блаженный взгляд и продолжила кормить младенца, одновременно отбиваясь от Каф. Не добившись своего, девочка направилась прямиком к Гарри и Стелле, требуя внимания.
Дафна отправила к Гарри смятое письмо с подноса с почтой.
Гарри прочитал написанное чуть кривым почерком с причудливой орфографией.
«Дорогой Гарри,
Надеюсь, у тебя все хорошо. Школа теперь совсем не та без вас, вечно влипавших во всякое.
Стадо фестралов в порядке, а вот старый Клык уже староват, чтобы бегать как прежде.
Некоторые кентавры сильно нервничают. Говорят, идет “Разрушитель”.
Когда я спросил, что именно Разрушитель разрушит, они разозлились и сказали, что он разрушит мир между кентаврами и людьми.
Пишу тебе потому, что Бейн назвал Разрушителя “паломино погибели”.
Я никого из твоих детей не осуждаю, но для кентавра они в основном выглядят как паломино.
Может, научим их как следует вести себя рядом с лошадьми, а потом и с кентаврами. Так сказать, прихлопнем пророчество в зародыше?
Хагрид»
Гарри отложил письмо и посмотрел на Каф. Наверняка Каф, подумал он.
— Письмо от Хагрида, — сказал Гарри. — Там пророчество, которое нервирует кентавров.
— И почему письмо пришло тебе? — спросила Дафна. — Только не говори, что снова про