Долг человечества. Том 7 - Артем Сластин
Я встал на краю границы будущего главного здания в этом поселении и огляделся. Только сейчас, когда все они собрались в одном месте после Катиного возгласа, я впервые воочию увидел, сколько людей теперь стоит за моей спиной. Сто пятьдесят человек, даже больше, наверное — много это или мало? Кажется, что мизер, но собери их всех плотнячком друг к другу, и окажется, что это настоящая толпа. Лица бледные, осунувшиеся от пережитого страха и потерь, подростки-футболисты эти, ярящиеся, бьющие пяткой в грудь, но в глазах истинная, неприкрытая паника, женщины пожилые, кутающиеся в наспех переделанные из системных мантий накидки, да много кто. Но одно я видел точно. Не только страхом единым они схожи, но и какой-то робкой, почти безголосой надеждой? Сложно сказать, но энергетика у толпы есть, и не прочувствовать ее трудно.
Я хмыкнул про себя. Месяц назад я спал в темной и сырой пещере, высчитывал крохи очков обучения и достижений, мастерил самые базовые вещи, ради экономии каждой единицы валюты, у этих же все будет проще. Я в это верил, вернее, хотел верить. Потому, дабы не заставлять людей ждать, сделал глубокий вдох, прогоняя нахлынувшие эмоции, и шагнул в центр очищенной площадки.
Из инвентаря на мою ладонь скользнул черный ониксовый кристалл. В левой руке держал его, в правой — блокнот деда Семена, который он мне передал прежде, чем я начну. Открыв его на первой странице, я еще раз зафиксировал в памяти каждую линию, каждый стык и несущий столб нашего будущего большого дома.
На площадке было ровно то, что должно быть. Катя постаралась. Нужное количество древесины, камня, ткани, шкур, все это ждало того момента, когда станет частью одного целого. Я сконцентрировался, связывая воедино все предметы здесь, свою магию и артефакт, прикрыл глаза и произнес.
— Начинаем.
Кристалл на моей ладони дрогнул и растаял, обратившись в облако угольно-черной пыли. Земля под ногами отозвалась уже знакомым гулом. Толпа испуганно ахнула, решив было, что началось что-то страшное, ведь не всем было известно, чем это я здесь занимаюсь. Но вмешалась Катя, до меня донеслись обрывки ее успокаивающих фраз.
Прямо из сырой почвы, подчиняясь заложенному в кристалл мыслеобразу, побежали тонкие светящиеся фиолетовые линии, как тогда, чуть восточнее отсюда, в полудне пути. Они расчертили площадку на идеальные сегменты, очерчивая контуры будущей Твердыни. Да, я решил сохранить название, которое дал проекту дед Семен, он старательно вывел его вверху первой страницы.
Через каких-то тридцать секунд прямо посреди дикого леса высился величественный каменный форт. На мгновение над плато воцарилась оглушительная тишина, не прерываемая ничем, даже сам ветер смолк, признавая мою силу. Люди стояли, боясь пошевелиться, как будто перед ними предстал призрак. А затем… толпа буквально взорвалась! В едином порыве кто-то восторженно завопил, кто-то засмеялся, дед Семен удовлетворенно вытирал слезы под очками, а Микаэль ревел во все горло, хлопая соседей по плечам.
Незаметно для меня, время близилось к полуночи. Покончив с принятием хвалебных од, я откланялся, передав управление Кате, пусть организовывает расположение внутри здания. Я же, не стесненный новыми обязательствами, отправился на третий этаж, который Семен и остальные, да и я приложил руку, проектировали как офицерскую рекреационную и жилую зону одновременно. Причем, поехал на лифте, который был конструкционно почти идентичным с тем, что мы мастерили на горе. Видимо, слишком отчетливо мне в память запали фрагменты того проекта.
Вместо кнопок — охранная руна. Приложи ладонь, и сработает импульс на веревке. Никаких двигателей и сложных механизмов, чистая магия. Сейчас я был на это способен, и не чувствовал никакого давления. Впрочем, во всем форте многое работало на моей магии, но об этом позже.
Теперь у меня есть дом. Я за последний месяц несколько раз лишался всего, и у меня, словно у собаки Павлова, выработалась привычка — не привязываться. Теперь же все может сложиться иначе. Я сидел в мягком кресле, смотрел в узкое окно-бойницу, за которым раскинулась темная ночь, на кофейном столике передо мной был стакан воды и еще несколько блинчиков, которые я, не будь дураком, забросил в инвентарь ранее, не доев щедрую порцию от Каролины. Честно говоря, мое текущее положение — немногим менее комфортное, чем прошлая жизнь. Отбросить внешние угрозы, так и вовсе можно решить, что никакого апокалипсиса не случилось, и окружающая меня действительность — дорогой загородный курорт в заповеднике.
Надо будет узнать завтра реакцию людей.
Дверь холла тихо скрипнула, вмешавшись в мои размышления и возвращая меня в реальность. Я повернул голову — детвора шкодит, или кто-то из старших? Впрочем, никаких охранных систем у третьего этажа не было, так что это мог быть кто угодно. Но это была Катя, причем, поднявшаяся по лестнице.
Выглядела девушка уставшей, на кожаном доспехе темнели пятна от влаги, лицо было серым, а редкие прядки волос предательски прилипли к высокому лбу.
— Фух. Всё! Всё, мать вашу. — Всплеснула она руками, плюхнулась в кресло напротив. — На втором этаже какой-то праздник, блин. Нет, я все понимаю, обездоленные и испуганные люди получили дома, но блин, спать нам сегодня не дадут.
— Много «блин». — Хмыкнул я.
— Да ну тебя. — Скосила взгляд девушка. — Я остальным тоже сказала подниматься, но позже. Минут через двадцать. Нам надо поговорить.
— На вот, закуси блинчиком. — Я устало наклонился и подался вперед, подтолкнул тарелку с остывающей едой.
— Знаешь, — она подхватила блинчик, — хорошая идея. Не помню, что я вообще сегодня ела. Черт, вкусно-то как!
— Сам в шоке. Что она вообще туда добавляет?..
Катя проглотила очередной кусочек блинчика и половину аккуратно отложила на край тарелки.
— Ладно, Марк, давай и правда начистоту, — тихо произнесла она, откидываясь на спинку, — последнее, что ты от меня хотел бы услышать, так это восхваление твоих способностей. Я этого делать не буду, ты и сам знаешь, что неотразим.
— Вообще-то могла бы и похвалить. — Картинно обиделся я.
— Не будь ты таким упертым, я бы тебя так похвалила, и даже отблагодарила, что ты бы собственное имя забыл. Но в этой бочке меда есть ложка кое-чего неаппетитного, ведь так? — С вызовом глянула она на меня.
— С чего ты взяла? — Не стал я комментировать первую часть ее фразы.
— Будет звучать, наверное, слишком самоуверенно, но я очень хорошо тебя выучила. Морду кирпичом ты делать умеешь, но все равно палишься. Так что давай, колись, как прошла