Непокорная истинная для ректора-дракона - Мелина Боярова

— Почему? — я попыталась вырвать руку, но он держал крепко.

— Потому что к тебе и ко мне возникнет много неудобных вопросов. — Он резко отпустил меня и отступил на шаг, снова превращаясь в холодную статую. — Из всего доступного мне арсенала артефактов, а это немало, поверь, этот — самый надежный. Потеряешь — я с тебя шкуру спущу. В прямом смысле.

— Очень мотивирует, — я потерла запястье, чувствуя приятное тепло металла. — А что насчет разрушений? Я же не специально…

— А это никого не волнует. Разрушила — будешь отрабатывать и возмещать стоимость, — жестко припечатал ректор, возвращаясь к столу. — Как видишь, ваза тут совершенно не при чем. За неполные сутки ты задолжала академии пару тысяч золотых. Сегодня после занятий явишься в библиотеку. Поможешь архивариусу перебрать старые свитки.

— Но я...

— Вон, Ар'Дейн! — рявкнул он. — Пока я не передумал и не превратил тебя в прикроватный коврик!

Я выскочила из кабинета пулей, прижимая к груди руку с драгоценным браслетом. Сердце колотилось как бешеное.

Золото на запястье казалось теплым, почти живым. Семейная реликвия? Для какой-то баронессы из захудалого рода?

Почему он дал отдал ее мне? Мог ведь снова заковать меня в железо или, к примеру, бросить в карцер. Но он дал мне это.

Я одернула рукав жакета, пряча подарок ректора от посторонних глаз. Странный он. Пугающий, жестокий, невыносимый... и притягательный.

Коридор академии гудел, как встревоженный улей. Адепты спешили на следующую пару, сбиваясь в стайки, смеясь и обсуждая утренние происшествия. Но стоило мне приблизиться, как смех обрывался.

Тишина распространялась вокруг меня мертвой зоной.

Я шла, упрямо вскинув голову и гордо глядя перед собой, чувствуя, как взгляды впиваются в спину маленькими отравленными иголками. Кто-то демонстративно сворачивал в сторону, будто я была заразной. Кто-то шептал проклятия. Кажется, новость о том, что я приклеила магистра к доске, разлетелась быстрее ветра.

— Это она, — донеслось слева. — Та, что живет в башне Ветров.

— Говорят, она проклята, — подхватил другой голос. — У нее магия гнилая....

Я стиснула зубы до скрипа. Хотелось развернуться и крикнуть им, что нет никакого проклятия, что я просто человек, попавший в мясорубку чужой судьбы. Но я промолчала. Моя задача — выжить, а не читать проповеди идиотам.

Аудитория для следующей лекции — «Структуры магических потоков» — напоминала античный амфитеатр. Ряды деревянных скамеек уходили круто вверх, нависая над кафедрой преподавателя. Зал был набит битком адептами с разных курсов.

Я застыла в дверях, сканируя пространство в поисках свободного места. Надежда таяла с каждой секундой.

Свободных мест я не наблюдала.

Точнее, они были, но рядом с ними лежали сумки, плащи или учебники. Стоило мне сделать шаг в сторону какого-нибудь прогала, как сидящие рядом парни или девушки тут же демонстративно клали на пустое место свои вещи, всем видом показывая:

«Занято. Для тебя — занято навсегда».

Меня захлестнула волна унижения. Горячая, липкая. Я чувствовала себя изгоем, с которым никто не хочет сидеть.

Ну и пожалуйста. Подавитесь своими местами.

Мой взгляд заметался по верхним рядам и вдруг зацепился за островок пустоты под самым потолком. Там, в тени колонны, сидел адепт. Вокруг него образовалась похожая зона отчуждения.

Две скамьи вокруг него пустовали.

Я прищурилась. На вид, парень, как парень. Темные, почти черные волосы падали на лицо неопрятными прядями. Он сидел, сгорбившись, и чертил что-то грифелем прямо на столешнице. На вид — совершенно безобидное занятие.

Что ж, рискну!

Я набрала в грудь побольше воздуха и решительно зашагала вверх по ступеням.

По мере моего приближения шум в аудитории стихал. Десятки голов поворачивались в мою сторону. Я слышала изумленные вздохи.

— Она что, к НЕМУ идет?

— Сумасшедшая...

— Ну все, сейчас будет труп.

Эти шепотки только подстегнули мое упрямство.

Труп? Ха!

Я уже умерла один раз в своем мире. Потом чуть не погибла от рук ассасина. Потом меня чуть не расщепило в портале. Потом меня пытался убить собственный ректор. Чем меня может напугать какой-то лохматый адепт?

Пока я поднималась на самый верх, парень даже не шелохнулся. Он размеренно царапал дерево стола, и скрежет грифеля в наступившей тишине казался оглушительным.

Я подошла к скамье и остановилась рядом.

— Здесь свободно? — спросила я громко, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он замер. Медленно, очень медленно поднял голову.

И я едва не отшатнулась.

Вместо глаз на меня смотрели два бездонных провала, заполненных клубящейся тьмой. Будто бы я заглянула в колодец ночью, а оттуда на вас посмотрела сама Бездна.

Тьма в его глазницах двигалась, жила своей жизнью. В глубине этого мрака вспыхивали и гасли багровые искры, напоминающие далекие умирающие звезды.

Жутко.

До мурашек и ледяного комка в животе. Теперь я понимала, почему вокруг него образовалась пустота. У такого соседа не спишешь домашку и с ним не поболтаешь о погоде.

Но я вспомнила глаза Рейнара — стальные, обещающие кару небесную. Вспомнила, как он душил меня своей магией. Вспомнила внезапно образовавшийся долг в три тысячи золотых.

По сравнению с моими проблемами, парень с глазами-спецэффектами казался сущей мелочью.

— Я спросила, здесь свободно? — повторила я, глядя прямо в эту тьму.

Тьма дрогнула. На мгновение мрак рассеялся, и я увидела совершенно обычные, карие, немного уставшие человеческие глаза. Но уже через секунду в них снова полыхнуло багровое пламя, сменившееся абсолютной чернотой.

Он смотрел на меня с нескрываемым изумлением. Видимо, к нему давно никто не подходил ближе, чем на пушечный выстрел.

— Ты слепая? — спросил тягучим хриплым голосом.

— Нет, — я пожала плечами и, не дожидаясь приглашения, плюхнулась на скамью рядом с ним. Бросила тетради на стол. — Просто день не задался. И настроение паршивое. А ты выглядишь так, будто тоже не в восторге от академии. Так что мы идеально подходим друг другу.

По аудитории прокатился коллективный вздох ужаса.

Парень моргнул. Тьма в его глазах закрутилась водоворотом, а потом схлынула, снова уступив место карей радужке. Он посмотрел на меня как на умалишенную.

— Я Кайден, — буркнул он, отворачиваясь и снова склоняясь над столом. — Не лезь ко