Горизонталь - Виталий Штольман
– Лады!
– Бывайте, пацаны! – Санёчек пожал друзьям руки и вышел у дома.
– Братишка, – окрикнул его Кузьма, – я доверяю Майклу так же, как и тебе. Но есть причины, по которым ты не должен принимать участие в грядущих событиях.
– Ой, иди на хер! – заржал Кольцов.
Гремя по колдобинам прицепом, «жигуль» покинул Научную.
Калитка оказалась закрыта, потому он по-хозяйски перепрыгнул через забор. Зефир только поднял голову, а потом снова лег спать.
– И ты на меня обиделся, да? Ну и ладно! Ну вас всех. Вот разбогатею, все ко мне прибежите, нахлебнички. Санёчек-Санёчек, дай денег! И я еще подумаю, давать вам или нет. Сразу тогда на цырлах все запрыгаете!
Взор его зацепился за поленницу. Все дрова были уложены.
«Мда-а, мать завтра снова будет говниться. Прямо с утра».
Глава 2
Санёчек красовался перед зеркалом. Выпускной костюм сел на него как надо.
– Мам, ну как тебе? Жоних?
Клавдия Петровна вышла из кухни, вытирая руки полотенцем, и оценивающе посмотрела на сына.
– Это хорошо, что ты дрищ дрищом, а то б просить пришлось Верку, чтоб расшила.
– Мам, у тебя на каждый случай жизни есть подруга?
– Поговори мне еще тут, баламошка. Девку обрюхатил, а теперь разговорился он. Лучше бы средства контрацепции с таким рвением покупал, как матери дерзишь.
– Ничего и не держу! И вообще, чего это я ее обрюхатил? У нас вообще-то любовь!
– Ей рожать уж через месяц, любовь, а ты только жениться собрался, – Клавдия Петровна тяжело вздохнула, затем что-то посчитала на пальцах. – Не мог потерпеть месяцок?
– В смысле?
– В коромысле! Кто ж близнецов рожает?
– Каки-и-и-их близнецо-о-о-ов, мама, ты чего? Девка у нас будет. На УЗИ сказали. Алисой назовем. Все ж решили.
– Девка-близнец – это трагедия. Семейная трагедия. Бог ты мой, говорила мне мама, не выходи замуж за этого дроволома. От дурки ученого не получится. Во-о-о-от! Посмотрите на него! Александо-о-о-ор Алексеи-и-и-ич! Собственной персоной.
Санёчек тупо улыбался, слушая мать.
– Ты про знак зодиака, шоль? – его осенило.
– Браво, дубина! Совсем газет не читаешь и жизни не знаешь. А в газете писали, что у близнецов семь пятниц на неделе, – Клавдия Петровна начала загибать пальцы, – много болтают, все преувеличивают и любят посплетничать.
– Мам, прекрати ты эти газеты читать. Какой там жизни не знаешь?
– Не перебивай женщину, которая тебя родила! Я не закончила.
– Ну мам!
– Не мамкай мне тут. Вот подождал бы месяцок, а лучше два, и льва родили бы.
– Львицу.
– Ты что мне нервы тут мотаешь, бестолочь?
– Молчу-молчу.
– Алиса бы наша тогда была благородная, энергичная, еще… еще… так, где эта газета? – Клавдия Петровна начала искать в стопке газет, лежавших на подоконнике, нужную. – Нашла! Очки мои с кухни принеси.
Сынка в темпе вальса метнулся на помощь маменьке.
– Львы готовы взять на себя ответственность, – продолжала она культпросветзанятие, только теперь читая газету, – и повести людей за собой. Приятный и легкий характер. Преданность. И готовность прийти на помощь близким. А у тебя близнецы, тьфу ты! – Санёчку прилетело по голове скрученной газетой. Совсем о будущем не думаешь.
– Так говоришь, будто все от звезд твоих зависит.
– Звезды не врут. И карты тоже. Пойду вечером к Анне Антоновне. И ты со мной. Будущее раскидает тебе…
– Я к этой ведьме не пойду, бздит она все.
– Карты не врут, сын!
– Еще как врут!
– Поговори мне тут.
– Ага-ага, и не очко обычно губит, а к одиннадцати – туз.
– Чего-о-о?
– Да ничего-ничего. Это я так.
– Смотри не нажрись сегодня, свадьба у тебя завтра. Не позорь меня перед приличными людьми. Новиковы – не последние люди в городе так-то.
– Одно другому не мешает. Еще я перед этими буржуями не стелился.
– Я тебе помешаю. Я тебе так помешаю, сволочь! – Клавдия Петровна начала хлестать сына кухонным полотенцем, что ждало своего часа на плече женщины. – Женись хоть по-человечески! Тебя, дурку, в приличную семью приняли, а ты…! Тьфу ты!
Концерт по заявкам был окончен. Кольцовы разошлись по своим делам. Клавдия Петровна отправилась к гадалке, а Санёчек – курить на лавочку во дворе.
– Зефир, ну как тебе? Жоних?
Собака задорно гавкнула один раз и начала игриво метаться из стороны в сторону, то застывая в моменте, то резко перемещаясь в другую точку.
– Так… так… так… не скачи на меня, а то мать из дома выгонит, если костюм избуздыкаю. Пойду лучше сниму! Жди меня здесь! – он ткнул пальцем в нос собаке. – Я