Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
— Щекотно, — с любопытством сказала Дафна. — И совсем не холодно, как от призрака.
— Через них еще можно передавать сообщения. Они быстрее совы, но речь должна быть короткой. И заклинание, конечно, сложное. Все в Отряде Дамблдора выучили его на шестом курсе.
— Ты правда вел тайные занятия по Защите?
— Да. Иначе мы бы провалили СОВ, а потом проиграли войну, — философски ответил Гарри.
— А всем остальным пришлось довольствоваться репетиторами, — сказала Дафна.
Гарри покачал головой.
— Как Париж? — спросил он, решив сменить тему.
Дафна оживленно заговорила и повела его обратно наверх, в бальный зал. Судя по всему, главными событиями поездки были шляпки, в которых Гарри ничего не понимал, пресса, которую он прекрасно понимал и ненавидел, и опера, о которой не имел никакого мнения. В общем, таинственные девичьи дела. Зато прессу Дафна тоже терпеть не могла, так что хоть что-то их объединяло.
Примерно через полчаса появилась ее мать и остановила музыку. Гарри слегка расстроился: танцевать с Дафной Гринграсс начинало быть очень приятно. И сегодня ее ладонь на его руке определенно казалась теплее.
— Что именно, мистер Поттер, вы вчера делали с моим мужем? — спросила миссис Гринграсс.
— Мы, эм... разговаривали и пили огневиски.
— До ужина или после?
— Гарри и отец пили вместо ужина, — чинно сообщила Дафна.
Миссис Гринграсс метнула в Гарри убийственный взгляд.
— Я никогда в жизни столько не пил, — признался он. — Наверное, раза в два больше, чем на мальчишнике Билла.
Миссис Гринграсс ушла, а Дафна решила проверить остальные новые танцевальные схемы.
Через два часа у Гарри болели ступни, зато за все время он ни разу не наступил Дафне на ноги. Ей не нравилось держать схемы в зубах, но Гарри освоил множество новых движений. И пахла она замечательно: каким-то экзотическим парфюмом, а под ним ощущалось нечто более... живое. Немного похоже на запах Джинни, только, эм, куда более отвлекающее.
Вернувшись домой, Гарри принял холодный душ. С практикой не представлять Дафну Гринграсс в образе одной из девиц с плакатов Сириуса становилось все проще. К тому же она вообще никогда не носила даже коротких рукавов.
* * *
Гарри отправил Гермионе письмо с Салазаром. Тот укусил его всего один раз, зато от души.
В тот же вечер Гермиона пришла к нему в рабочей мантии.
— Гарри, — сказала она, выглядя немного уставшей, — по Министерству ходят совершенно нелепые слухи, а ты уже давно не навещал Джинни.
Гарри вздохнул и попытался объяснить.
— Ну... с Джинни все закончилось.
— Опять? — спросила Гермиона.
Гарри указал на кухонные стулья и сел. Гермиона устроилась напротив, ее сумка с тяжелым стуком упала рядом.
— После того как Сириус меня усыновил, пока я был несовершеннолетним... мои тетки со стороны Блэков могли подписывать за меня договоры. Тетя Нарцисса подписала договор о помолвке.
— Рон уже все рассказал. Миссис Уизли в ярости, а Джинни... ну, она хочет тебя проклясть.
— Это даже не моя вина! И, как ты знаешь, тетя Нарцисса и Драко сейчас в Азкабане.
— Гарри, ты отозвал свою защиту...
— Да, — резко ответил он. — Чертовски верно, отозвал. Гринграсс меня не любит, у нас нет ничего общего, и нам придется жить вместе. Единственное облегчение — детей от нас не требуется.
— Мне жаль, Гарри.
— Дафна не полная задница. И с пятнадцати лет управляла сдаваемой недвижимостью родителей. У нас... у Блэков тоже есть несколько домов. Она займется ими. А я смогу тихо сидеть и притворяться, что меня вообще не существует.
Он ведь не сказал, что у нее красивая задница. Не вслух. Гарри сосредоточился и с помощью Окклюменции быстро раздавил нежелательные мысли.
— Кто-то на работе говорил, что для тебя есть выход... — сказала Гермиона. — Я смотрела в «Флориш и Блоттс», но не смогла найти книгу по этому вопросу.
— Выход был, — ответил Гарри. — Поэтому я и послал тебе сову. Но я решил им не пользоваться.
Глаза Гермионы округлились.
— Гарри! Ты ведь не... просто потому что она красивая?
Гарри нахмурился. Совсем не такой реакции он ожидал. Ну, красота была одной из причин. Еще была потенциально самоубийственная блондинка.
— Эм... я не хотел объявлять ее неприемлемой. В этом и лазейка. Но это очень мерзко.
Гермиона застыла.
— Гарри? Ты ведь не говоришь, что... переспал с Гринграсс?
— О боже, нет, — выдохнул Гарри.
Хотя сама мысль имела определенную привлекательность... и брюки тут же стали неудобными.
— Выход в том, что я публично объявляю Дафну неприемлемой. Она не настолько уродлива, как, скажем, Амбридж, у нее есть ЖАБА, то есть она не... умственно отсталая, и она здорова. Остальные причины — неизлечимые болезни... те самые, которые можно подхватить... проклятия и подобное.
— Ну, откуда тебе знать... — цинично начала Гермиона.
Гарри удержался от очевидного замечания, что Дафна совершенно точно девственница и менее опытна, чем, скажем... Гермиона.
— А потом я должен выкупить целую страницу в «Ежедневном пророке» и объявить, что она неприемлема. Это почти то же самое, что развесить плакаты: мол, у нее магическая болезнь... определенных мест. После этого с ней больше никто не станет иметь дела. Никто не возьмет ее на работу. Она будет жить с родителями до их смерти, а потом никто не станет иметь дел уже с родом Гринграсс. Конец всей семьи.
И она убьет себя, подумал Гарри, снова чувствуя тот самый бладжер в животе. Она не Пожирательница смерти. Она даже не настолько ужасна. А когда начинает язвить... в этом есть что-то приятное.
— А ее младшая сестра...
— По договору выйдет за Драко Малфоя. В итоге она получит все имущество Малфоев. Если повезет — довольно скоро.
— Отец Гринграсс обручил обеих дочерей с Драко?
— Он думал, что так и делает. Это защищало девочек. Никто бы не тронул будущих невест Драко. Дафна знала, что Астории он нравится, и рассчитывала, что сама сможет держаться от него