Внеплановый отпуск - Елена Архипова

— Я не бросаю. Просто мне нужно побыть одному. Подумать.

— О чём подумать?! — её голос взлетел до визга. — Я полгода терплю твои бесконечные совещания, жду тебя по ночам, улыбаюсь твоим деловым партнёрам на этих ваших скучных приёмах! Я вкладываюсь в эти отношения, а ты мне сейчас так спокойно говоришь, что тебе надо подумать?

— Вкладываешься? — Алексей усмехнулся. — Единственное, во что ты вкладывалась — это в бутики и салоны красоты. Причем, моими деньгами. Я не возражал, потому что считал и считаю, что за всё в нашем мире надо платить.

Девушка смотрела на него и тяжело дышала, и по её лицу было понятно, что сейчас рванет, но Алексею уже было всё равно. Раз уж он сам завёл этот разговор, то ему и заканчивать.

— Вика, давай честно. У нас нет отношений. Есть взаимовыгодное сотрудничество. Тебе был нужен богатый бойфренд для статуса и красивых фото, мне была нужна красивая спутница. Но, знаешь, как-то устал, надоело, не нужно больше.

— Не нужно? Устал? — лицо Виктории исказилось, она схватила планшет и швырнула его в стену над головой Алекса.

Дорогое устройство с треском разлетелось на части, осыпав его самого осколками.

Он успел среагировать и отклонить голову в сторону. Гаджет, врезавшись в стену, шлепнулся с ним рядом на диван, задев его плечо по касательной.

Алексей встал с дивана и стряхнул осколки с плеч. Замер, сложив руки на крепкой груди, глядя сверху вниз на красавицу, которая сейчас совсем такой не выглядела.

Сейчас девушка была похожа на собственную карикатуру, которую ей однажды кто-то из подписчиков выложил под её очередным постом.

Кстати, неизвестный художник очень точно изобразил инста-модель в гневе.

— Ты! Ты... — она задыхалась от ярости. — Думаешь, ты один такой? Да черта с два, Соболев! Ты думаешь, я не найду себе мужика, который ради меня будет готов на всё? Так вот будь уверен — найду! Богаче тебя, моложе и интереснее! Я с тобой была целых полгода только потому, что ты вроде как серьёзный и солидный мужик! А ты оказался очередным придурком!

— Возможно, — не стал спорить с девушкой Алексей. — Извини, что не оправдал твоих надежд.

Виктория, поняв, что скандала не получается, резко сменила тактику. Томно поднялась из своего кресла, походкой кошки подошла и положила руки ему на грудь. Потом посмотрела глаза в глаза своим особенным взглядом, от которого раньше он терял голову.

— Алекс, ну не сердись, — промурлыкала она. — Я просто устала, понимаешь? У меня сегодня были тяжелые съемки, визажист выбрала идиотскую помаду, потом оператор всё никак не мог поймать нужный ракурс, вот я и сорвалась. Прости. Хочешь в деревню? Давай поедем в деревню. Я даже резиновые сапоги куплю, розовые, со стразами. У кого-то из модных домов я видела такие. Будут бомбезные фотки! Я на фоне реки в розовом купальнике, что ещё ни разуне одевала, и розовые сапожки в тот же тон...

Алексей осторожно убрал её руки со своей груди, опустил вдоль тела и разжал пальцы.

— Вик, правильно говорить “надевала”. Это азы русского языка, надо знать такие вещи, особенно с учетом того, что ты общаешься с подписчиками. И нет, Вика. Всё. Мы расстаёмся.

Виктория отшатнулась от него как от огня, и на её лице появилось выражение, которое он ещё не видел.

Ярость.

Настоящая.

Такую бы она точно не смогла сыграть, это вам не красивая поза на камеру.

Она прищурилась и зашипела змеей, глядя ему в глаза:

— Ты пожалеешь, Соболев, это я тебе обещаю. Вспомнишь меня, когда будешь в своей деревне петухов слушать и грязные овощи с грядок жрать. Чтоб тебя понос пробрал с этих деликатесов! О, ты очень пожалеешь, когда поймешь, что потерял.

Она метнулась в спальню, и через пять минут оттуда послышалось хлопанье дверей гардероба и ванной комнаты.

По звукам Алексей понял — девушка собирает вещи. Он усмехнулся и в тишину комнаты проговорил едва слышно:

— Тогда уж не “что потерял”, а “кого”. Впрочем, это уже неважно.

Спустя полчаса дамочка вышла с двумя большими чемоданами фирмы Louis Vuitton. Он помнил, что она их покупала, поехав на распродажу в Милан, и покупала потому, что в её чемодан новые вещи не влезали.

Алексей не препятствовал тогда, не препятствовал и сейчас. Просто стоял, наблюдая.

— И кстати! — Виктория остановилась у двери в гостиную, откуда мужчина так и не вышел. Швырнула ему под ноги ключи от квартиры, выплюнув оскорбление: — В постели, Соболев, ты полный ноль со знаком минус! Я постоянно с тобой притворялась!

Дверь захлопнулась с такой силой, что задрожали стёкла в окнах.

Алексей никак не отреагировал на эти слова рассерженной фурии, которая не только в русском языке была слабовата, но и в математике. Он спокойно подошел к панорамному окну и посмотрел на ночную Москву.

Миллионы огней в окнах и бесконечная река из машин. Кто-то пускал фейерверки, у кого-то из соседей играла музыка. Этот город никогда не спал.

А ему остро захотелось тишины. Настоящей, деревенской, нарушаемой только пением птиц и стрекотом сверчков.

Он достал телефон и набрал номер личной секретарши.

— Марина Степановна, добрый вечер. Извините за поздний звонок. Отмените все мои встречи на ближайшую неделю, а лучше две. Я уезжаю. В отпуск. В деревню Кольцово.

В трубке повисло ошеломленное молчание, а потом раздалось осторожное:

— Алексей Юрьевич, у вас всё хорошо? Вы в порядке?

— Более чем, — он невольно улыбнулся, услышав эти слова. — Более чем, Марина Степановна. Исполняющим мои обязанности назначаю своего зама.

Глава 2. Побег от успеха

Алексей Соболев откинулся на кожаном сиденье своего BMW и прикрыл глаза. Он остановился на заправке, залить бензин и выпить кофе.

Вчера, после разговора с Викторией и своего звонка секретарше, он принял душ и уснул сном младенца.

Это было странно и необъяснимо. Он давно уже так легко и быстро не засыпал, а вчера вот раз — и провалился в сон.

Утром проснулся сам и до будильника — впрочем, это как раз не удивило. Он привык просыпаться рано.

“С первыми петухами”, как когда-то говорила его бабушка.

Алексей побрился, закинул привычный набор в косметичку и вышел в спальню. Быстро закинул в сумку несколько комплектов сменного белья.

Нашел на кухне две пачки элитного кофе,