Резервист - Гуль
Джинни чинила оторвавшуюся петлю на сумке. Рядом остывал чай и росла кучка скомканных ниток: заклинание пока явно не желало учитывать ее требования.
— Ты мог бы не занимать собой весь проход, — сказала она Рону, даже не подняв головы. Тот остановился у скамьи, выбирая между двумя блюдами. — Булочки никуда не уйдут. Я проверяла, на них обычные чары подогрева.
— После того, что подавали на Пасху, осторожность не повредит. — Рон сел и придвинул к себе ближайшее блюдо. — Одна из них меня укусила.
— Это был подарок Джорджа, и на коробке было написано, что есть их не надо. — Гермиона устроилась напротив. — Ты сам читал вслух.
— Я думал, он шутит. Он иногда шутит, знаешь ли. — Гарри засмеялся и налил чай. Имя Джорджа прозвучало без осторожной паузы, привычной за прошлое лето; Рон уже рассказывал что-то еще, Джинни возражала, а Гермиона убирала пролитое молоко. За завтраком почти удавалось не замечать чужих взглядов.
Проходившего мимо Флитвика Гермиона остановила, чтобы поблагодарить за помощь перед экзаменами. Тот скромно преуменьшил свои заслуги и пожелал ей не терять усердия. Дождавшись, пока профессор отойдет, Рон заметил, что этого добра у Гермионы хватит на целый отдел.
— Тебе уже ответили? — спросила Джинни. Она отложила сумку; петля наконец держалась, хотя стала заметно короче соседней. — Насчет работы?
— Назначили встречу после возвращения. В Отделе регулирования магических популяций, — ответила Гермиона. Она старалась говорить обыденно, но тут же поправила лежавшую рядом салфетку. — Это еще ничего не означает. Кингсли помог передать документы, а дальше будет обычное собеседование.
— Конечно, ничего, — согласился Рон. — Просто они пока не знают, что ты уже прочитала все их постановления и половиной недовольна.
Гермиона открыла рот, но все-таки улыбнулась и взяла тост с блюда, которое Рон подвинул к ней. Затем принялась объяснять, почему два постановления действительно следовало пересмотреть; Рон слушал, не забывая про завтрак.
Гарри слушал вполуха. У Гермионы уже было название отдела, у Невилла — летняя работа в теплицах Спраут, у других выпускников — письма, собеседования, чьи-то обещания. Ему предстояло вернуться на Гриммо и решить, что делать со спальней, которой он почти не пользовался, и портретом, который не давал пользоваться всем остальным домом.
— Мистер Поттер, после встречи выпускников задержитесь, пожалуйста. — Макгонагалл остановилась рядом с ним так внезапно, что он едва не поставил чашку мимо блюдца. — Кингсли хотел с вами поговорить. Мы будем в кабинете рядом с учительской.
— Хорошо, профессор. — Гарри выпрямился, хотя замечаний к его осанке у нее, по-видимому, не было. — Надолго?
— Полагаю, это в некоторой степени зависит от вас. И, мистер Уизли, я вижу, что вы сделали с галстуком.
Рон с изумлением уставился на галстук, словно вовсе не участвовал в его утреннем появлении на собственной шее. Макгонагалл дождалась, пока узел будет затянут, и пошла дальше; у соседнего стола немедленно вспомнили, что школьные правила пока никто не отменял.
— Про аврорат, наверное, — сказал Рон. Он говорил спокойно, скорее уточняя очевидное, чем задавая вопрос. — Он ведь обещал обсудить все после экзаменов.
Гарри кивнул: до этой минуты «после экзаменов» казалось достаточно отдаленным временем, чтобы о нем не беспокоиться. Теперь оставалось допить чай.
* * *
Выпускников собрали перед преподавательским столом, убрав несколько скамей. Гарри встал между Невиллом и Гермионой, Рон за его спиной разглаживал помятую мантию. Макгонагалл терпеливо ждала, пока стихнут разговоры; по ее лицу было видно, что терпение уже почти закончилось.
Она говорила недолго: поблагодарила тех, кто восстанавливал школу, и преподавателей, составивших программы для вернувшихся учеников. Выразив надежду, что окончание Хогвартса не станет поводом перестать учиться, Макгонагалл обвела взглядом ряды. Рон толкнул Гарри локтем, и тот спрятал улыбку.
Затем стали называть имена. Макгонагалл пожимала каждому руку и говорила что-то негромкое, только для него. Невилл вернулся красным и довольным; Гермиона еще несколько секунд плотно сжимала губы, прежде чем сумела улыбнуться.
Услышав свое имя, Гарри заметил привычное движение голов и поднятый в глубине зала фотоаппарат. Он подошел к столу, готовясь задержаться дольше остальных, однако Макгонагалл пожала ему руку точно так же, как Невиллу.
— Я рада, что вы вернулись, мистер Поттер, — сказала она. Ее голос был негромким, обычным; так она могла бы обратиться к нему после урока. — Надеюсь, этот год оказался для вас полезен.
Заготовленный вежливый ответ вдруг оказался ненужным. Гарри и сам был рад, что вернулся, хотя осенью сомневался в этом почти каждый день.
— Да, профессор. Я тоже рад. — Макгонагалл кивнула и отпустила его руку. Она не стала объяснять всему залу, почему его выпуск должен значить больше, чем чужой, и Гарри был благодарен ей за это.
После церемонии порядок быстро распался: выпускники обнимались, обещали писать, собирались у окон для фотографий. Рон обнаружил на себе разные носки и обвинил Гарри. Гермиона заверила, что на колдографии ног не будет видно, но все-таки посмотрела вниз и рассмеялась.
После трех общих снимков и одного с Невиллом Гарри поймал взгляд Макгонагалл и показал друзьям, что ненадолго отойдет. За дверью оказалось прохладно и тихо. Он пошел за директором по коридору, чувствуя, как с каждым шагом все труднее придумать, что сказать Кингсли.
* * *
В маленьком кабинете пахло свежей штукатуркой. У стены забыли стремянку, зато окно уже вставили, и сквозь чистое стекло виднелись деревья за оградой. Кингсли сидел за столом, где рядом с чашкой лежали две папки и стояла тарелка с нетронутым печеньем.
— Поздравляю, Гарри. — Кингсли поднялся ему навстречу и протянул руку. — Минерва говорит, ты собираешься начать каникулы с ремонта.
— Сначала нужно понять, что там вообще поддается ремонту. — Гарри пожал его руку и сел на предложенный стул. — Кричер считает, что менять ничего не следует. При этом полгода жалуется на сырость в гостиной.
— Знакомая позиция. У нас в Министерстве есть несколько кабинетов с таким же отношением к переменам.
Макгонагалл улыбнулась и оставила их: ей еще предстояло найти владельца трех забытых сов и выяснить, зачем