Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
Они приземлились в Хогсмиде. — Что ж, я покаталась на твоей «Молнии», и метла действительно потрясающая, — признала Дафна. — Только один вопрос: можно я одолжу ее на минутку?
— Конечно, — ответил Гарри. — Только будь осторожна: с одним седоком она разгоняется так, что в первый раз становится жутковато.
Дафна наколдовала защитные очки. — Сейчас вернусь, — бросила она и оттолкнулась от земли. Метла слушалась каждого движения куда лучше, чем экземпляры в родительском поместье. Кажется, там были «Кометы-15». Подножки оказались великолепны, не хуже хороших стремян. Дафна неспешно отлетела в сторону, а затем прибавила скорость. Запас мощности у «Молнии» казался бесконечным. Ветер резал лицо, как нож, и сердце колотилось все быстрее. Она потянула метлу вверх — та набрала высоту с такой стремительностью, что Дафна пробила низкое облако и оказалась над похожими на пушистое одеяло облачными вершинами. Но даже здесь уже темнело. Она снизилась, увидела огни Хогсмида и рванула к Гарри. Он стоял под фонарем, засунув руки в карманы. Свет отражался в стеклах очков, волосы торчали во все стороны. Ее муж. И, как он сам любил напоминать, какой-то там победитель Темного лорда. Дафна мягко приземлилась и сняла ноги с подножек.
— Эта метла, — сказала она, возвращая «Молнию» Гарри и развеивая очки, — совершенно безумная. Если научить мужа ездить верхом, а потом посадить на абраксана, зрелище выйдет занятное. Может, он даже окажется прирожденным наездником. Почему-то от этой мысли по телу пробежало неожиданное возбуждение.
Гарри кивнул и перекинул метлу через плечо. Дафна задумалась, уж не любит ли он эту чертову «Молнию» больше собственной жены. Проверять догадку предложенным Полумной способом с помощью веритасерума было бы, мягко говоря, неудобно. К тому же после зелья Гарри наверняка снова станет очень плохо.
Перед сном он охотно согласился заняться с ней любовью, а потом спросил: — Значит, прогулка на «Молнии» понравилась?
— Мне понравилось обнимать тебя, — призналась Дафна.
Изножье кровати было куда уже, чем широкие смягчающие чары «Молнии», так что она даже не стала предлагать опробовать его в том же качестве. Тем более Гарри наверняка отпустил бы замечание о езде на метле в спальне. Вместо этого Дафна уютно растянулась поверх его жилистого тела.
— Эй, слезай. Я спать собираюсь, — хрипловато пробормотал Гарри.
— Теперь и я устала, — лениво отозвалась Дафна.
— А ты… э-э… еще не хочешь? — спросил он.
— Нет, я собираюсь спать, — чинно ответила Дафна. Она чуть повертела бедрами, пытаясь устроиться так, чтобы косточка его таза не давила в неудобное место. Гарри тут же ухватил ее за ягодицу.
— Если ты будешь так ерзать у меня на коленях, поспать пока не получится, — сообщил он, обхватил ее ладонью и прижал к себе.
— Гарри, я устала, я хочу спать, — повторила Дафна, зевая. Она уложила голову ему на грудь и закрыла глаза. Гарри пошевелился, а его вторая рука нежно скользнула вдоль шеи к ее волосам.
— Ну, а я бы… я бы хотел еще немного, пожалуйста, — сказал он. Дафна приоткрыла один глаз и посмотрела на него. Гарри выразительно поднял брови. Какие все-таки красивые скулы, — сонно подумала она.
— Я устала, — повторила Дафна и перекатилась с него на матрас. Постель была куда мягче, хотя и чуточку прохладнее Гарри.
Но его пальцы снова запутались в ее волосах. Он нежно коснулся губами ее губ, а затем поцеловал так, что у нее перехватило дыхание. Дафна открыла глаза. Гарри смотрел на нее очень пристально.
— Я устала, Гарри. Я не собираюсь просто лежать здесь, пока ты…
— Просто лежи и думай об Англии, — предложил он с самым плутовским выражением лица. Дафна закатила глаза и раздвинула ноги. Ну вот, опять будем заниматься этим скучным, совершенно никудышным сексом, — иронично подумала она.
Гарри поцеловал ее в кончик носа, а потом неожиданно сполз ниже по кровати, и… О МЕРЛИН! Все, что последовало дальше, слилось в нечто восхитительно сумбурное, от чего пальцы на ногах сами собой поджимались. На следующее утро Дафна проснулась в тепле и блаженной уверенности, что в мире все прекрасно. Но стоило улыбнуться, как щеки и губы болезненно защипало, словно она обгорела.
— Что со мной такое? — спросила она.
Гарри, уже в пижаме, приподнялся на локте. — Да просто лицо обветрилось, — небрежно пояснил он. Дафна попыталась сесть и обнаружила, что прошлой ночью умудрилась потянуть несколько мышц на животе. Интересно, он что, наблюдал за ней, пока она спала?
Она кое-как поднялась. Оказалось, что болят еще ноги, ягодицы и даже ступни. Прихрамывая, Дафна добралась до примыкающей к спальне ванной, где хранились мази практически на все случаи жизни. Зеркало отразило картину катастрофы: волосы взъерошены, щеки обожжены ветром, губы потрескались. А этот негодяй еще и вымотал ее ночью до последней капли сил!
Он ведь знал, что ветер может так обжечь кожу, и даже не предупредил. На день рождения никакого секса ему не будет. И уж совершенно точно она никогда не станет летать голой, распластавшись по Гарри, словно по одной из этих маггловских машин — мотоциклов. Если обветрится задница, это будет настоящий кошмар. Как потом принимать горячую ванну, чтобы размять все неизбежно затекшие мышцы?
Дафна долго нежилась в горячей воде, вымыла голову и щедро намазалась лечебным средством. Когда она, в халате, погнала Гарри, тоже одетого в халат поверх пижамы, вниз на завтрак, он недоуменно заморгал.
— Ты уже воспользовалась мазями и зельями? — удивился он.
— У меня щеки обгорели! — огрызнулась Дафна и в отместку забрала весь бекон.
— Но потом-то все пройдет? — поинтересовался Гарри немного погодя.
— Потом пройдет. Но сегодня никаких поцелуев! — заявила Дафна, вытаскивая застрявший между зубами кусочек бекона.
Гарри взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев. — Вот и поцеловал, — поддел