Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
Утром их уже ждала целая стопка приглашений. Часть от настоящих людей, но большинство — от магазинов. Шляпница, перчаточная мастерская, ювелир, три разных портнихи. И ресторан. Мама попросила официанта принести газету. Самое странное обнаружилось на первой полосе, ниже сгиба: фотография Дафны. Она выглядела слегка измученной и выходила из магазина белья. Мама почти не попала в кадр, а сама Дафна, очевидно, в этот момент размахивала пакетом с покупками. Заголовок был нелепый: «Магазин белья, выбранный невестой Гарри Поттера». Даже имя переврали. Мама фыркнула.
— Придется раздавать карточки.
Они вернулись в номер и за десять минут превратили гостиничную бумагу в визитные карточки с именами. Мама имела наглость указать возраст. В отместку Дафна взяла самопишущее перо и дописала мамин настоящий возраст на карточках. Мама скрестила руки и уставилась на нее.
— Ты их испортила.
— Мама, тебе сорок шесть. В этом нет ничего стыдного. Для сорока шести ты выглядишь великолепно.
Апелляция к самолюбию немного ее смягчила. Дафна не стала упоминать, что видела свидетельство о браке родителей, согласно которому мама была на два года старше и этого. Через несколько страниц газеты мама тоже обнаружилась на фотографии — довольная и очень привлекательная для ведьмы ее возраста. При подходящем свете спокойно сойдет за женщину чуть за тридцать. Иногда Дафна надеялась, что тоже будет стареть настолько красиво. Бабушка по маминой линии старела прекрасно до самой смерти, а прапрабабушка... ну, она была невероятно стара и при этом выглядела всего лет на семьдесят-восемьдесят. Это заставило Дафну вспомнить другую бабушку, папину мать. Та выглядела ровно на свой возраст: серебряные волосы, морщины. И она до сих пор не знала грязных подробностей их брачного договора и того, как вся сделка пошла наперекосяк. Когда-нибудь Дафна придумает, как ей рассказать.
Мама с Дафной отправились к шляпнице и несколько часов с удовольствием примеряли шляпы. Мама выбрала пару себе, а Дафна нашла аккуратную маленькую шляпку — именно настолько шикарную, какими, по ее мнению, и должны быть французские шляпы. Когда дошло до оплаты, хозяйка несколько секунд поговорила с мамой, отменила решение продавщицы и отпустила их, взяв меньше половины цены. На улице мама вручила каждому журналисту по карточке и сказала:
— Мы прекрасно провели время в этом магазине и очень довольны купленными шляпами.
Потом тихо добавила:
— Дафна, надень шляпу.
Дафна нахмурилась, но послушалась. Вспышки камер замелькали сразу. Она постаралась смотреть сквозь них, словно ничего не происходит.
— Что случилось? — спросила Дафна по-венгерски.
— Владелица дала нам скидку. Если тебя сфотографируют в ее шляпе, сделка окончательно окупится. Думаю, поэтому нам и присылают приглашения. Они хотят, чтобы ты покупала их вещи и тем самым рекламировала их.
— Почему?
— Один из журналистов и один фотограф работают на французский «Еженедельник ведьмы». Похоже, ты знаменитость.
— Только потому, что выхожу за него.
— Мы заплатили за шляпу четыре галлеона вместо шестнадцати.
— Все равно платит он, — возмутилась Дафна.
— Он платит столько, сколько рассчитывает заплатить. Совсем необязательно рассказывать ему о скидках, — сказала мама. — Так мы сможем купить больше.
На секунду Дафна представила, что ради скидки на новое белье придется фотографироваться прямо в нем, и содрогнулась.
— Что такое? — спросила мама.
— Скидки на белье. Я представила фотографии.
— Ни одну мою дочь никто не станет фотографировать в нижнем белье, — твердо сказала мама. — А после снимка в «Le Monde Magique» каждая ведьма увидит, что ты сходила в тот магазин и ушла довольной. Уверена, они...
Они как раз проходили мимо магазина белья. Очередь ведьм тянулась от двери далеко на улицу. Дафна с трудом сглотнула. Похоже, они запустили моду. На обед они пошли в ресторан, который прислал приглашение. Стоило им начать заказывать, как официант сообщил:
— Хозяин желает угостить вас сегодняшним специальным меню.
И, видимо, вопрос был закрыт. Дафна оставила булочку нетронутой, зато с удовольствием ела утиное конфи. И паштет. И запеченные овощи с сыром и трюфелями. И обжаренный сладкий перец. И... блюд было очень много. Мама облизывалась.
— Это вкусно, — сказала она по-английски.
Когда мама попросила счет, официант просто покачал головой.
— Gratis. Maison gastronomique d'Henri рад был видеть вас своими гостями.
Дафна вышла из ресторана весьма сытой. Разумеется, снаружи уже ждали журналисты и камеры. Она улыбнулась — ну, отчасти фотографам, отчасти воспоминанию о начинке с сыром и трюфелями. Мама передала карточку и похвалила ресторан.
— А вы, мадемуазель Гринграсс, рекомендуете его? — спросил журналист.
Дафна глубоко и успокаивающе вдохнула.
— Ну... ужин мне сегодня придется сделать очень легким, иначе платья перестанут сходиться.
Журналисты рассмеялись. И расступились.
— Если бросить им кость, перестают лаять, — сказала мама по-венгерски.
— Очевидно.
В отеле их ждало сообщение от портнихи: на следующую примерку Дафна должна принести туфли и белье. Дафна закатила глаза и потащила пакеты с собой, пока мама шла рядом, перебирая огромную стопку приглашений.
— О. Это приятно, — сказала она.
— Что?
— Приглашение в оперу. Ты ведь любишь оперу, дорогая?
— Когда?
— Когда угодно. По вечерам.
— Сегодня?
— Почему нет. Наверняка... бесплатно, — хихикнула мама.
На примерке Дафна стояла в идиотских туфлях и новом белье. Мадам осмотрела ее сверху вниз.
— Вот это... это я смогу сделать идеальным.
Дафне совершенно не понравился ее тон. Ее снова измерили, набросили грубую заготовку из кремовой ткани, сделали разметку, затем позволили вернуться в халат и сесть рядом с мамой на диван.