Воплощение Похоти 7. 18+ - Игорь Некрасов

Таран. Капитан способен направить лошадь напролом в гущу врагов, сила увеличивается на 40 ед. Затраты маны 70 ед.

Клин. Капитан организует ближайших павших всадников в боевой клин и ведёт их напролом в гущу врагов. Сила всех участников клина увеличивается на 50 ед. Затраты маны 100 ед.

Вновь павший. При падении с седла капитан способен стать сильнее в течении минуты, все характеристики усиливаются в два раза. Затраты маны 50 ед.

Дополнительный эффект: При активации «Вновь павший» ближайшие павшие всадники (до пяти единиц) немедленно срываются на помощь капитану. Их характеристики удваиваются на время действия способности. Затраты маны 100 ед.

Клинок Скверны. Капитан направляет негативную энергию в свой меч, увеличивая урон на 50% в течении 10 минут и добавляя эффект разложения к каждой атаке. Затраты маны 100 ед.

Аура Капитана. Все павшие всадники в радиусе ста метров получают бонус в 25% к силе и ловкости. Пассивно.

Приказ. Капитан отдаёт приказ одному павшему всаднику в радиусе видимости. Следующая атака этого всадника наносит гарантированный критический урон и вселяет в цель эффект «Ужас» (замедление + штраф к атаке). Затраты маны 10 ед.

* * *

О-хо-хо! Вот это я понимаю! Вот это настоящий командир для моей кавалерии! С таким во главе павшие всадники станут еще более могущественной ударной силой!

— Сата, ты… — я повернулся к ней, собираясь выдать новую порцию похвалы, но она меня перебила, подняв свою костяную ручку.

— Это еще не всё, господин, — Сата повернулась к сфере и, вытянув руку, взмахнула ей. — … также под конец я смогла создать… его.

И в тот же миг груда костей, оставшихся от тел, что сгорели под Ядром, пришла в движение. Кости задрожали, заскрежетали и потянулись друг к другу, сплетаясь в огромную, уродливую фигуру.

Через несколько секунд из земли поднялся костяной гигант — новый боевой голем.

— Уху-ху-ху! — вырвалось у меня. — Отлично, Сата! Ты как всегда не перестаешь меня радовать!

— Благодарю, господин. Ядро почти опустошено, но… — она сделала паузу, и в её голосе появилось что-то похожее на гордость, — … армия готова. И, конечно же, благодаря тому, что вокруг ещё куча негативной энергии, мы его быстро заполним до краёв.

Я перевёл взгляд на строй.

Изверги стояли неподвижно, ожидая приказов. Павшие всадники замерли позади них, их костяные кони не перебирали ногами, не фыркали — они просто ждали. Четыреста пятьдесят мощных бойцов. Плюс командир рыцарей. И, конечно, ещё один боевой голем, который казался чуть меньше предыдущего, но шире в плечах.

— Супер! Просто супер!

С такой армией можно не просто обороняться, — думал я. — С такой армией можно наступать! Ух, прям не терпится порвать все паучьи жопы!

Сата кивнула и опустилась на землю прямо там, где стояла, — сил идти куда-то ещё у неё явно не было. Лулу тем временем уже перенесли в сторону от ритуального круга и уложили её на расстеленный плащ.

Хм, лучше бы её отправить в подземелье, там будет безопаснее.

Я приказал новому голему этим заняться. Тот молча наклонился, подхватил бессознательную Лулу и тяжёлой походкой направился в сторону подземелья.

А сам я отошёл от места ритуала и направился к свежесозданным извергам и павшим всадникам — хотелось осмотреть их поближе, в конце концов, это теперь костяк моей армии.

Изверги выглядели внушительно с грудными клетками, усиленными костяными наростами, и сильными руками, способными как сжимать оружие мёртвой, но уверенной хваткой, так и разрывать тела длинными когтями.

Павшие всадники производили ещё более мрачное впечатление.

Их костяные кони стояли неподвижно, словно статуи, но я знал — если поступит приказ, они рванут в атаку без колебаний. Доспехи всадников, бывшие когда-то блестящей сталью, теперь почернели — видимо, так проявляла себя негативная энергия, вложенная в их создание.

Я прошёлся вдоль строя, ощущая странную смесь гордости и холодного расчёта. С такой силой можно было не просто оборонять подземелье от любого, кто сунется, но и идти в нападение.

Надо бы их всех спрятать… — подумал я.

— Все вы, выдвигайтесь к лесу и рассредоточьтесь среди деревьев.

Строй извергов пришёл в движение — четыре сотни бойцов развернулись и молча, без единого звука, направились к тёмной стене леса на севере. Павшие всадники двинулись следом, их костяные кони ступали почти бесшумно по вытоптанной земле.

Через несколько минут поле опустело — только груды неиспользованных тел, следы ритуала да несколько сотен низших зомби и пауканов продолжали заниматься делом.

Отлично. — я глянул на стены города. — Лучше не показывать их раньше времени. Вдруг кто увидит, когда пелена над городом окончательно рассосётся.

Я посмотрел на небо.

Ночь ещё не закончилась — у меня оставалось несколько часов до рассвета.

И тут я вспомнил.

— А не заняться ли мне пока собственной прокачкой? — пробормотал я себе под нос и усмехнулся.

Некромантия. Навык, который я почти не тренировал с момента получения. У меня был третий уровень, и этого хватало, чтобы чувствовать негативную энергию и худо-бедно поднимать пару мертвяков. Но теперь, когда вокруг валяются тысячи мёртвых тел, когда я видел работу мастера, а воздух всё ещё пропитан тёмной энергией… грех не воспользоваться моментом.

Я выбрал себе небольшую кучку тел — пятерых солдат, что остались лежать на краю поля, — и приступил.

— Значит, так… — я вытянул руку, как это делала Сата, и попытался нащупать ту самую нить — поток негативной энергии, что связывает мёртвую плоть с… ну, с тем, что дальше. — Концентрируемся… представляем труп… он оживает… подчиняется…

Первая попытка провалилась с треском. Один из трупов дёрнул рукой, перевернулся на бок и затих, будто ему просто надоело лежать на спине.

— Бля… какого хрена? — удивился я. — Раньше же получалось!

Я начал снова.

Вторая попытка была лучше. Труп встал. Постоял. Упал обратно.

Да бля! Так-так, хватит позориться, Срам! Сата тут сотни поднимает, а ты лишь выглядишь как идиот!

Третья попытка — труп встал и сделал шаг. Потом ещё один. А потом его повело, и он потопал куда-то в сторону, пока я не разорвал связь.

К четвёртой попытке я уже начал понимать принцип. Это было похоже на управление марионеткой — только вместо нитей были потоки маны, а вместо деревянного человечка — мёртвое тело с остатками мышечной памяти. Нужно было не просто «приказать» ему встать, а буквально вдохнуть в него подобие воли — той самой, тёмной,