Дворник 36-го уровня. Том 14 - Дмитрий Дорничев

— Сам ты нубяра…

Люди разговорились, но…

— МЯУ! — раздался недовольный возглас.

— Директор! — воскликнул Геннадий, и вся четвёрка встала в шеренгу.

Пятёрка же удивилась, а потом они увидели вальяжно шедшую суккубу-блондинку, на чьих руках лежал чёрный толстый кот.

— Ваш директор — суккуб? Сисястая, — подметил один из парней.

— И что за директор? Какой директор? — недоумевал второй.

— Директор ЖЭУ, — ответила Мила.

— Чего-чего? Какой ещё ЖЭУ? Вы долбанутые?..

— МУР? — кошачий голос оглушал! И пятёрка схватилась за уши.

Тень спрыгнул с мягких рук Зары и подошёл к своим дворникам.

— Мяу?

— Уже всё решили. У них вопросы были, мы ответили, — ответил Бочков, и Тень прищурился.

— Бешеный котяра, так орать! — выругалась одна из собак.

— Да, совсем сдурело, животное! — возмутился один из парней, а вот человек-кот пятился.

— Мур? — сильно удивился Тень и пошёл к пятёрке. Собаки уже начали рычать на Тень, парни ругаться, а Иннокентий пятился.

— Ребят… Стойте… Не надо…

— Ты что, кошака испугался? — рыкнули на него собаки.

— Дуры… Это не кошак. Это… Это Сумрачный кот!

В этот момент Тень открыл свой третий глаз и взорвался тьмой. А затем раздались крики… Всех, кто не исцарапан, исцарапают, и никто не получит пощады!

— Ах! Мой директор, вы великолепны, — Зара обняла себя за плечи и с восторгом смотрела на облако тьмы, из которого слышались вопли…

Мила с парнями же стояли ровно. Бочков уже успел ощутить на себе когти Сумрачного кота. Он может царапать не тело, а саму душу… И это жутко больно!

— Когда всё закончится, к Миле я принесу газовую печку, сосисок пожарим, — тихо сказал полный парень.

— А я дошик заварю, — согласился худой.

— А овощи кто будет есть? — прошипела змея.

— Змеи! — заржала вся троица, а Мила хлопнула себя по лбу. Но…

— Мяу? — Тень отвлёкся от истязания и, оставив четвёрку исцарапанных тел стонать, подбежал к своим дворникам и покачал головой. — Мур!

Он запрыгнул на руки Зары, которая тут же зацеловала кота и, виляя эффектным задом, направилась к ближайшей подсобке.

— Чего ждёте? — спросила суккуба, обернувшись. — Господин зовёт вас.

Четвёрка сглотнула, потому что, когда начальство зовёт за собой, обычно это к выговору или чему-то схожему… Но пошли, а затем суккуба открыла дверь в подсобку Геннадия, и… за ней был трактир.

Войдя в него, люди замотали головой. Они здесь уже были, и вроде ничего особо не изменилось, но стало уютнее. А ещё здесь играла музыка, слышался женский смех, и было многолюдно.

Точнее, кицунэ, суккубы, четыре дзинко и пара инкубов, несколько чертей, зомби и ещё парочка духов собрались за столами, на которые расставляли пластиковые плошки, кастрюли и контейнеры.

— Директор вернулся! — воскликнули они.

— Мяу! — заявил кот на руках суккубы и махнул лапкой.

Миг спустя милые кицунэ схватили дворников за руки и усадили за большой стол.

— А что происходит-то? — спросила Мила, так как парни застыли и боялись даже дышать.

— Ужин! — ответил один из дзинко, сидевший в окружении лисичек. Девушки виляли своими пышными хвостами, их фигуры были неописуемо великолепны, и парней бросало то в жар, то в пот от этих изгибов и красоты…

— Ужин? — опешила Мила.

— Конечно. Заказали аж из Южно-Сахалинска! — ответила одна златовласая девушка с пышным хвостом.

— Это где вообще? — спросила та.

— Остров Сахалин.

Девушка захлопала глазками и посмотрела на парней. Те тоже не знали.

— Это далеко! — хохотнула златовласая и похлопала. Миг спустя гостям поставили тарелки, стаканы с компотом, хлеб и чаши с ароматными пельменями. — Вы — работники ЖЭУ, так что еда для вас бесплатная. Трактир пока не открылся, ибо повара ещё не нашли. Но как откроется — приходите поесть.

— Да?.. Спасибо… — удивилась девушка и попробовала пельмени. А миг спустя у неё аж змеиный язык вытянулся, и кончик хвоста завилял. — Как вкусно! Столько энергии! — ахнула та.

— Ага! Сама Светлана готовила, — закивал Ян.

— Мур!

— А, ну да, начинку сделал сам Михаил, ваш босс.

— Михаил… ещё и пельмени делает? — опешил Бочков.

— Делает. И ты ешь, ешь, — заулыбалась златовласая, и все продолжили есть, пока не раздался возглас.

— Аж девять Живучести дали! — воскликнул Бочков и посмотрел на Милу. Да и не только он.

Вся троица смотрела, как та без ложки длинным языком хватала пельмени и затаскивала их в рот, а потом с таким наслаждением ела, что захотелось добавки. Срочно! Много! Ещё больше пельменей!

Вот только вместо пельменей им принесли рыбу. И после этой рыбы их жизнь больше никогда не станет прежней…

Окраины Атлантиды.

Утро.

— Эх… опять каша, — вздыхал я.

— Ну так экономия, — сказала Катя, и да, экономия прям экономная… Народу мы привели столько, что даже с учётом супермаркета, если не экономить, на долго еды не хватит. А сколько нам здесь торчать? День? Два? Неделю?

Негатив всё прёт и прёт в Атлантиду, и, что немаловажно… Купол Атлантиды ещё немного уменьшился, так что благоприятного исхода в ближайшее время можно не ждать.

Там, в городе, похоже, тоже не всё ладно. Тьма беженцев, раненых, голодных и тьма неподконтрольных Одарённых.

— Пха-ха-ха-ха! — Даша пришла в ресторан и, увидев меня, заржала.

— Что опять? — вздыхал я.

— Не скажу, а вот Кате покажу! Давай сюда!

Рыжая вскочила и умчалась к Даше, а потом схватила телефон и стреляла в меня глазами.

— Качество бы получше, но… Я возбудилась!

— Ты ещё не слышала комментарии сестёр, — хихикала Даша.

— Представляю…

— Женщины, о чём вы вообще? — подошёл я, и… мне показали видео, где я уклоняюсь от пуль. Вид сзади… — Ты же не удалишь, да?

— Почему? Вот,