Код Доступа. Мятеж. - Акибо Тэнсей

— Во что?

— В людей, Вик. У меня сорок человек, и половина — техники. В цепь я их не поставлю: они мне нужнее с отвёрткой. У Роука сотня егерей, но им надо патрулировать границы. Дальше считать?

— Продолжай.

— Дальше двести в казармах.

— Кто это?

— Солдаты нашего Дома, которыми командуют офицеры, верные леди Оливии — пояснил Сай.

— То есть у нас еще двести человек, которые просто сидят в казармах? И ничего не делают?

— Они не сбежали и не стреляли нам в спину. — извиняющимся тоном произнес Сай

— Ждут присяги, — после паузы произнёс Роук. — Вопрос только — кому?

Клегг в отчаянии сплюнул.

— Изумительно! У нас теперь столько оружия, что можно полк, но нет людей?

Тем временем они подошли к деревне. Сначала им попалась башня водокачки, с которой снесло верх одним из лучей лазеров. Дальше тянулось то, что осталось от улицы — открытого огня уже почти не было, лишь по краям дотлевали и дымили фермерские дома и постройки. Поселяне в мрачной тишине разбирали завалы руками и баграми.

У сыроварни на снятой двери лежали в ряд накрытые тела. Из-под мешковины торчали ноги, и по сапогам легко угадывалось, где чужие, где свои, а где деревенские. Пекарню разнесло прямым попаданием, в глубокой воронке стояла вода. В палисаднике у третьего дома, среди сломанных подсолнухов, где ещё утром ничком лежала женщина в переднике, безмятежно сидела девчонка лет семи и аккуратно, по размеру складывала обломки черепицы в горку.

Сай, не выдерживая этого зрелища, отвернулся и пошёл дальше. А Вик наконец понял, что именно казалось ему неестественным в происходящем. Его поражало смирение и молчание жителей: во время войн и катастроф люди обычно кричат.

Тут же повсюду царило унылое безмолвие.

Они вышли на неширокую деревенскую площадь, и вокруг них тут же начали собираться люди.

Вик оглянулся по сторонам, и тут же принял решение.

— Клегг. Трофейные плазмоганы сюда!

— Ты вроде утром хотел?

— Сейчас.

Унтер-майор свшел на связь с Финном. Вскоре транспортный дроид привез несколько десятков стволов и свалил их посреди площади в кучу, стволами вразнобой. Люди с любопытством смотрели на них.

Вик забрался на дроида, чтобы его видели со всех сторон. Сай встал рядом, внизу.

— Меня зовут Вик. Кто-то из вас меня уже знает, с другими — будем знакомы сейчас.

Он подождал, пока стихнет гомон.

— Говорю коротко, потому что вам ещё до утра разбирать завалы. Дом Десмонд пришёл сюда один раз, придёт и второй. Может быть, не завтра и даже не через месяц, но точно вернётся — и, поверьте, их будет гораздо больше.

Вик показал на поле.

— Сегодня за вашу деревню легли наши люди — вы их видели. Сейчас нас немного, а завтра будет ещё меньше. Никто не обещает, что в другой раз мы успеем и сможем вас защитить.

Теперь он показал на кучу оружия.

— Это всё, что осталось от тех, нападал. Оружие есть, но держать его некому. Мы одни не справимся.

Ветер потянул дым через площадь, на дальнем конце кто-то закашлялся.

— Я не зову вас на чужую войну. На другие планеты никто не отправится, обещаю. Речь про эту улицу, эти дома и ваши семьи. Кто готов встать за деревню — выходите сейчас! Кто не готов — идите работать, вас никто не тронет.

Он замолчал.

Настало молчание. Люди не смотрели на Вика. Они молча глазели на кучу стволов, на дома и друг на друга. Никто не двигался, никто не торопился вступить в ряды защитников деревни..

Потом вперёд протолкался мужик в прожжённой на плече куртке. Немолодой, тяжёлый, с руками мельника.

— А чья очередь мою мать срезала?

Вик посмотрел на него сверху.

— В кофте которая, — уточнил мельник. — В вязаной. Её вместе с солдатом положили, одной очередью, на двоих. Так вот, чья очередь-то?

Клегг шевельнулся сбоку, и Вик остановил его ладонью.

— Не знаю.

— Не знаешь?

— Не знаю и не выяснял. Там било с двух сторон разом. Установить можно, если разбирать записи камер. Я не разбирал.

Вик слышал, как это звучит, и не стал ничего смягчать.

— Почему?

— Потому что это ничего не даст.

Мужик кивнул, будто получил именно то, чего ждал.

— До вас тут ничего не жгли, — громко сказал он. — Ни разу. Лорд болел, оброк брали, жили. Пришли вы — и через три дня у меня убили мать и сожгли дом. Так вы нас защищали или наоборот — подставили под удар?

Вся площадь молчала, испытывающе глядя на Вика.

— Мы вас защищали — мрачно ответил Вик. — Кто с этим несогласен — я не задерживаю.

— Ну и всё тогда. Дальше без меня.

Мужик развернулся и пошёл сквозь толпу. Никто его не остановил и не окликнул.

В толпе нарастал гомон. Вик лихорадочно пытался сообразить, что говорить этим людям дальше, но не находил.

Вдруг сбоку от кучи возникло движение. От края площади к сваленным стволам шёл знакомый ему длинный, тощий мальчишка с поврежденным ухом.

Подойдя к куче оружия, он наклонился и вытянул из кучи тяжёлый, длинее его самого плазмоган. Перехватил двумя руками и повернулся к волокуше.

— Это Джем, — негромко произнёс Сай рядом. И после паузы добавил: — У него на глазах убили Тоббина, его отца.

Вик сразу понял, что Тоббин, — это фермер в фартуке, которому конвойные выстрелили в спину. По инерции он пробежал ещё десяток шагов и рухнул лицом в битое стекло.

От этого воспоминания Вик поежился. Даже его пробрало, хоть этот человек был ему никем. А каково было видеть это сыну?

— Тебе сколько? — участливо спросила паренька Эль.

Мальчишка не ответил. Эль повторила громче, ближе к правому уху.

— Четырнадцать.

— Положи ствол, Джем — велел Вик.

Тот не пошевелился.

— Положи. Я тебя не возьму.

Мальчишка перехватил плазмоган поудобнее и остался стоять.

Вик мог отобрать ствол, но кто тогда встанет в ряды самообороны?

Наконец Вик решился.

— Роук!

— Здесь.

— Принимай первого рекрута. Он не в основном составе. Пусть будет при тебе на подхвате. Носить, подавать, таскать воду и учиться. К бою не подпускать. Оружие пусть оставит себе, для самообороны. Кто еще готов вступить в ряды Гринсволдов?

Но никто больше не вызвался.

Тогда вперёд вышел Сай.