Срочно ищу жену. Обращаться к некроманту - Татьяна Новикова
Виктор Белир стоял бледный, сжав спинку стула так, что побелели костяшки пальцев. Он проиграл. Публично. У всех на глазах. Да еще и подозревался в сговоре с преступниками.
Как забавно складываются обстоятельства.
Я выдохнула. Только сейчас поняла, что почти не дышала последние полчаса.
— Господин Вирнгольд, — закончил судья, обратившись к моему мужу. — За нарушение порядка получения доказательств вам назначается штраф в размере сотни серебряных монет. Вы обязаны уплатить его в казну в течение десяти рабочих дней.
— Выплачу с огромным удовольствием, — широко улыбнулся Арсений и крепче прижал меня к себе.
***
После слушания с меня сняли все обвинения. Лавку вернули через три дня — точнее, прислали уведомление, что я могу возобновить работу. Но когда я переступила её порог, меня встретили пыль, запустение и едкий запах испорченных трав. Часть товара сгнила без проветривания, часть мазей расслоилась, несколько флаконов с дорогими составами просто исчезли — то ли украли зеваки, то ли потеряли при описи. Всё то, что мне не отдали сразу же, сославшись на «а вдруг это улика», в итоге попортилось или исчезло.
Репутацию нужно было восстанавливать. Это только кажется, что вины нет — значит, всё хорошо. Ну, конечно. Мало того, что соседи поглядывали с любопытством, так еще и шептались, будто я бедняжку-Валерию подставила.
У меня ж муж управляет некромантами, а значит, развязаны руки.
Лавка требовала уборки, полной ревизии, а местами и ремонта. Вон как шкафчик перекосило, как будто дверь вырывали с мясом. К счастью, хотя бы госпожу Лейн вовремя выдворили стражники, а то если бы еще и она «присматривала» за моим имуществом, сейчас бы я точно пришла к выжженной пустыне.
Ну и ладно. Главное — я свободна. Я могла вернуться к прежней жизни — к зельям, травам, покупателям, вечернему чаю в одиночестве.
Только вот размеренный быт больше не казался мне желанным.
Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к шагам — не костяные ли пальцы Филиппа звякнули о поднос. Искала глазами черную тень Морока, хотя кот остался в особняке. Вспоминала, как бабушка Агата спорила со мной о том, что «порядочная жена некроманта не выходит из дома без ниточки жемчуга». Меня забавляла война со старушкой.
Всего день работаю, а уже жутко соскучилась по ним всем.
По дому. По родственникам Арсения. Но главное — по нему. Он ничего не требовал и не просил. Был готов, что я вернусь к себе домой. Даже согласился на расторжение брака.
Ему самому тоже больше не угрожало отстранение от должности. Белир, как мне известно, и сам сел на скамью обвиняемых: за прикрытие сделок на «черном рынке» и пособничество во всяких грязных делишках.
Проверка Надзорного отдела заодно показала, что требование о срочной женитьбе вообще не имело законной силы. Белир вытащил из старого уложения правило двухсотлетней давности, принятое после того, как один из глав Некромантского крыла потерял контроль над даром. Тогда Управление получило право потребовать от опасного одиночки семейного поручителя — но только при подтвержденной нестабильности магии. Эту часть Белир предусмотрительно убрал. Остальным магистрам он показал короткую выписку и представил рекомендацию как обязательное условие для любого главы крыла. Когда подняли полный текст, решение об ограничении полномочий Арсения отменили. Выходило, он мог оставаться холостяком хоть до старости.
При обыске выяснилось, что в архивах Надзорного отдела хватает своих «скелетов», которые косвенно подтверждали вину Белира. Надеюсь, его накажут. Буду следить за его делом с особым интересом.
Антон Лют и Валерия Тарес тоже ждали отдельного суда. Говорили, Лют пытался свалить всё на любовницу, Валерия — на Люта. Прошла любовь, завяли помидоры, что называется. Но меня это мало волновало.
Мы с Арсением могли развестись прямо сейчас.
Но хотела ли я этого?
Вечером, вернувшись в особняк после целого дня в лавке, я застала супруга-некроманта в гостиной. Он полулежал в кресле, внешне расслабленный. Но напряжение исходило от него волнами.
— Как продвигается подготовка к открытию лавки? — спросил Арсений, откладывая книгу, которую читал.
— Медленно. Половину товара пришлось списать. А посетители боятся моей дурной славы. Я ведь жена некроманта. Но ничего, справлюсь.
— Уверен, что справишься. Компенсацию за испорченный товар мы затребуем, как и договаривались. Это хоть как-то поможет?
— Думаю, да. Спасибо.
Повисла пауза. Я стояла у двери, он так и сидел в кресле, и между нами было расстояние в три шага, которое вроде бы так просто преодолеть. Если захотеть. Если позволить себе поверить, что между нами что-то есть
Ночи, полные страсти. И жаркие поцелуи. И еще что-то. Невысказанное. Мешающее думать здраво.
Но Арсений продолжал изучать меня задумчивым взглядом, а я застыла, как приросла ногами к полу.
— Ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила негромко.
Он коротко усмехнулся. Усмешка получилась болезненной. Секунды тянулись, и мне казалось, что Арсений раздумывает, как бы так ответить, чтобы меня не обидеть. Но затем он покачал головой:
— Ты знаешь, в доме всегда было ужасно тихо.
— Ты говоришь о доме, где постоянно болтают призраки и гремит костями скелет? — не поверила я.
— Именно. Тут шумно, но очень тихо. Безжизненно. А потом появилась ты Нет, Мира. Я не хочу, чтобы ты уходила.
Я плюхнулась на подлокотник его кресла. Он взял мою ладонь в свою руку и крепко сжал ее, переплетая наши пальцы.
— И что нам тогда делать? — На моих губах заиграла лукавая улыбка.
— Видимо, придется жить вместе, госпожа Вирнгольд? — предложил Арсений. — По-честному? В горе и радости?
— Ну, можно попробовать.
Из коридора донесся сдавленный всхлип бабушки Агаты:
— Филипп, они решили жить вместе! Доставай свадебный сервиз! Мира, детка! Пиши родителям! Эту свадьбу сыграем, как того велят традиции!
Я рассмеялась, прижавшись головой к плечу Арсения.
К плечу моего законного, совсем не фиктивного мужа.
Эпилог
Лавка снова открылась в четверг.
Я сама отмыла прилавок, перебрала уцелевшие травы, выбросила испорченные и закупила новые склянки. Вывеска, которую я когда-то заказывала у