(не) Правильная Снегурочка - Анна Олеговна Ковалева

— Далеко нам еще? — старательно выглядываю в окно, но сквозь темень ни черта не разглядеть.

— Минут десять еще. Потерпи, Снегурка.

Виктор не соврал. Довольно скоро мы въехали в большой и ухоженный поселок. В большинстве своем тут располагались двух-трехэтажные особняки за высокими заборами, лишь в противоположном конце виднелись дома попроще. Улочки освещались фонарями, между отдельными участками были разбиты аллеи, в центре вырисовывались силуэты скамеек и фонтанов.

— Приехали, Леся. Выходи.

Машина остановилась в довольно просторном дворе, слева от внушительного двухэтажного дома. Здесь была какая-то хитрая система освещения, поскольку свет по периметру и на крыльце зажегся, как только открылись ворота. Наверное, это та самая система «умный дом». Хотя могу и ошибаться.

Бегло окинула коттедж взглядом. Не дворец, конечно, но вполне себе респектабельное жилище. На мой взгляд, даже шикарное. Идеальное место для семейного отдыха за городом. Площадка перед домом полностью выложена брусчаткой, а сзади, скорее всего, должен быть большой газон.

— Леся, не тормози, — Виктор ловко подхватывает меня под локоток и заводит в дом. Помогает снять пальто и повесить на вешалку.

— Вот же блин, — замечаю большое грязное пятно в районе подола и горестно вздыхаю. Посидела на обочине, называется.

— Эй, ты чего приуныла? — мужик переводит взгляд с моего лица на ткань и фыркает. — Из-за этой мелочи, что ли? Утром почистишь. А по приезду в химчистку можешь сдать, если следы останутся.

— А как же… наверное, я вам сиденье запачкала, — тут же нахожу новый повод для беспокойства.

— Забей, Леся, — улыбается Виктор. — Там съемные чехлы. Отстираются. Ты о ногах лучше своих побеспокойся. Хромаешь ведь.

Я киваю, сажусь на пуфик и снимаю опостылевшие сапожки. Облегчение настолько огромное, что не удерживаюсь от пары протяжных стонов.

Виктор при этом одарил меня таким пристальным взглядом, что я невольно покраснела.

— Простите, — произношу, чуть откашлявшись. — Просто ступни болят зверски. Такое ощущение, что колодки с ног сняла.

— До гостиной дойти сможешь сама? — Виктор хмуро смотрит на мои ноги, а затем мотает головой в сторону расположенной справа двери.

— Да, без проблем. — чего уж там. Если по трассе не меньше семи километров отмахала, то пару метров до дивана точно осилю.

— Тогда иди. А мне еще коробки принести из машины надо.

Виктор уходит, а я начинаю свой путь до гостиной. И приходится признать, что свои силы я явно переоценила. Каждый шаг дается с неимоверным трудом. В подошвы словно острых осколков напихали, так больно.

В общем, на диван я не сажусь, а буквально падаю безвольным мешком.

Пару минут полежав и отдышавшись, потянулась к ногам. Аккуратно сняла правый носок и от увиденного ужаснулась. Взвизгнуть, правда, не успела, поскольку рассерженный мужской голос, раздавшийся с порога, меня опередил.

— WEB твою мышь, да через битый диск, — Виктор приблизился ко мне, пыхтя как локомотив.

— Чего? — непонимающе вытаращила на него глаза. Даже про окровавленные ступни на время забыла.

— Ничего, — коротко рыкнул, присев на корточки. Потянул мою ногу на себя, внимательно рзглядывая ступню. — П… ц. Давай вторую смотреть.

Ой, — пискнула от боли, когда Виктор стянул с меня и второй носок. Нагнулась, чтобы рассмотреть поближе и скривилась.

Левая ступня пострадала сильнее. Слошные натертости, раны и прорвавшиеся мозоли.

— Как ты вообще шла вот с этим? — потрясенно на меня смотрит.

— А какой у меня был выбор? — тяжело вздыхаю. — Сесть на обочину и замерзнуть? Я шла, чтобы хоть немного согреться. Ну и надеялась поймать попутку. Только не думала, что идти придется так долго. Но не знаю, сколько я бы еще продержалась, не появись вы.

Замолкаю и внимательно смотрю на мужчину, осознав, что погорячилась с первоначальными выводами. Виктор очень красивый мужчина. Не смазливый, не симпатичный, а именно красивый. Тяжелой такой, полновесной мужской красотой.

Густые волосы, твердая линия подбородка, нос с едва заметной горбинкой. Темно-зеленые глаза в окружении пушистых ресниц.

Черт, да ему даже очки идут. Он в них не на очкарика похож, а на модель из журнала. Очень сексапильно выглядит, между прочим.

— Лесь, ты меня слышишь? — сквозь завесу мыслей прорывается знакомый баритон.

— Да-да, слышу, — старательно наклоняюсь вперед, чтобы скрыть смущение, и делаю вид, что рассматриваю свои повреждения.

— Сиди тут и не рыпайся. А я пока схожу помою руки и аптечку принесу. Будем тебя лечить.

— Ладно, — киваю, все так же пряча лицо за волосами. Виктор же, буркнув что-то неразборчивое, вышел.

Оставшись одна, я вытерла сильно вспотевший лоб и откинулась на подушки. Параллельно пытаясь прочистить мозг.

Я только что всерьез раздумывала о красоте и сексуальности этого незнакомца с большой дороги. Капец. Он меня оскорбил, напугал до чертиков, а я глазки раскинула?

Потом, конечно, он мне помог. Домой к себе привез, обогрел, ноги предложил обработать. Но разве это хоть что-то меняет? Характер у него все же дрянной. К тому же, Виктор почти женат на какой-то модели, по сравнению с которой я кикимора. Так что мне даже думать не стоит в ту сторону. Продержаться бы до утра и рвануть к предкам.

А этот случай останется не очень забавным приключением молодости. Будет, что в старости внукам рассказать.

Виктор вернулся минут через десять с тазиком воды в руках и среднего размера аптечкой подмышкой. Отметила невзначай, что он и переодеться успел, сменив джемпер и брюки на шорты с футболкой. Которая, к слову, больше подчеркивала, чем скрывала.

Снова поймав себя на фривольных мыслях, в отчаянии помотала головой. Нет, ни в коем случае не смотреть на красивые мышцы рук, на широкий разворот плеч, и не представлять, какой офигенный пресс прячется под тонким хлопком. Нельзя.

— Готова, Леся? — Виктор присаживается рядом, с видом опытного врача раскладывает бинты, антисептик, пластыри. А меня аж передергивает. Знаю же, что сейчас будет больно.

— Угу, — утвердительно мотаю головой.

Прикрываю глаза, чтобы не видеть кровь. Не выношу ее. Сразу подташнивать начинает. Замираю в ожидании боли, но… вместо этого ощущаю лишь прохладу воды и горячие прикосновения рук мужчины. Виктор действует аккуратно, я бы даже сказала нежно. Бережно вымывая кровь и шерстинки из ран.

И если бы не ноющая боль, я бы искренне наслаждалась этими ласками. Да, ощущалось это именно так. Не как банальная и противная процедура, а как нечто очень интимное.

— Сейчас будет больно, терпи, Леся. — предупреждение звучит за секунду до того, как перекись начинает шипеть на ранках, вызывая жгучую боль.

— Ммм, — мычу от боли как раненое животное, пока мужчина не приходит мне на помощь. Он начинает дуть