Кодекс Охотника # 48 - Юрий Винокуров

Вот за это я иногда Бездну и не любил. Она очень хорошо знала, куда ткнуть, и когда именно.

— По моим прикидкам, у тебя сейчас пятьдесят две двери, — сказала она. — Ещё ниточек, за которые можно потянуть, наберётся не меньше сотни. Всё при тебе. Но вместе с силой придут последствия, и ты об этом прекрасно знаешь.

Я промолчал.

— Боишься, — добавила Бездна, продолжая меня разглядывать.

А у меня в голове в этот момент было другое.

Пятьдесят две? Тридцать я и сам насчитал. Где она ещё двадцать две нашла? Неужели действительно с моей памятью плохо стало? Или я чего-то не учитываю?

Захотелось мне даже переспросить. По её улыбке я понял, что именно этого она сейчас ждёт, и удержался. Сначала вытащи из меня признание, что я дурак, потом помоги ещё раз в этом убедиться.

— Охотник не должен забывать об Охоте, — Бездна потянулась и поправила спинку шезлонга. — У плохого Охотника дети голодные, зато зверь в лесу сытый. Смекаешь?

— Смекаю, — ответил я, приподнявшись на локте. — Ты надолго решила моим воспитанием заняться?

— Времени у меня немного, приходится спешить, — она улыбнулась. — Сам помогать не хочешь.

Да понимаю я, куда она клонит. Возражения-то закончились гораздо раньше, чем начался этот разговор.

Сила Земли была хорошим вариантом. Я ведь действительно нашёл в бою то, чего пришелец не повторил, и за эту возможность стоило ухватиться. Подружусь с миром, научусь пользоваться его даром, сумею встретить врага. Всё правильно.

Только очень хотелось, чтобы на этом история с чужаком и закончилась. Вот в чём дело.

Я искал способ справиться с одним противником, после которого остальные оставят меня в покое. Они ведь могут даже не узнать, что здесь произошло? Решат, что их товарищ неудачно выбрал планету, не вернутся за ним. Или вообще забудут, куда он собрался.

Ага, конечно. Прямо сейчас и забудут.

Бездна молчала, давая мне полюбоваться собственной находчивостью.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Понял. Только ответь мне на один вопрос.

— На какой? — она придвинулась к краю шезлонга.

Я открыл рот и замолчал.

Задать его оказалось труднее, чем ожидал. Пока не произнесёшь вслух, всё ещё можно считать одной из неудачных догадок. У меня их в Цитадели накопилось много, почему бы этой не оказаться среди них?

— Секрет Мироздания? — подсказала Бездна, наблюдая за мной. — Или как на самом деле звали Первого Охотника? Могу даже сказать, где лежит Истина.

Я фыркнул.

— Ты с ней бухала недавно, что она до сих пор лежит? — спросил я, посмотрев на гостью.

Та прикрыла рот ладонью. Плечи затряслись, а одна облачная Тёмная сверху тоже почему-то начала смеяться.

— В точку, мой дорогой, в точку, — выговорила Бездна. — Думала здесь тебя подловить, а ты всё понял.

Я улыбнулся. На какое-то мгновение даже захотелось плюнуть на свои вопросы и расспросить, как именно они провели время. Уверен, послушать там было бы что.

Но пора уже.

— Если я его убью… — начал я и замолчал. Провёл ладонью по лицу, посмотрел ей в глаза. — Когда я его убью или прогоню, всё начнётся? Остальные придут?

Бездна перестала смеяться.

— Обязательно придут, Сандр, — ответила она.

Вот и всё, даже переспрашивать незачем. Общество заинтересуется тем, кто сумел справиться с одним из них. Доберутся сюда, познакомятся со мной поближе и, скорее всего, предложат занять место рядом.

Почётное приглашение, от которого нельзя отказаться. Они таких отказов не терпят, тут иллюзий у меня давно не было. А я принимать их предложение не собирался.

И что дальше? Знакомиться с каждым по очереди? Или они окажутся достаточно умными, чтобы сразу прийти все вместе?

В любом случае придётся работать. Очень долго и очень далеко от дома, если захочу, чтобы дома хоть что-то осталось. А уйти с Земли сейчас нельзя. Многомерная только и ждёт, когда я выберусь, чтобы снова её захлопнуть. Отличный расклад. Любой из новых приятелей может сунуться к оставшимся здесь людям, пока я разбираюсь с остальными, и тогда придётся ломать себе дорогу обратно.

Дети тем временем будут расти. А я всё собираюсь с ними посидеть.

— Скажи, — Бездна опёрлась локтем о подлокотник, — когда ты встретил Бессмертного на той планете и увидел, что он творит, ты о последствиях думал?

Я посмотрел на неё.

— Он ведь даже не знал, как умирать, — продолжила она. — Ты научил. Почему тогда справился без подобных размышлений? Чего боишься теперь, Сандр?

Ту планету я вспомнил сразу. Долго ходить и выяснять, кого обижу смертью её хозяина, мне тогда не потребовалось. Хватило того, что увидел.

Если мои враги добирались до братьев, те обычно радовались, что не пришлось самим искать. Потом звали выпить и рассказывали, как всё прошло. Иногда даже упрекали, что я оставил им слишком мало работы. За себя они и сейчас постоять сумеют.

Сейчас у меня есть те, кому вообще не нужно встречаться с подобными тварями. Они маленькие ещё. Только родились, а к одному уже явились с вопросом, куда его можно забрать.

— Всё ты знаешь, — сказал я, встретившись с Бездной взглядом. — Хватит уже. Оба понимаем, о чём речь, а я тут сижу и изображаю дурака.

— Знаю, — согласилась она. — Но как ты теперь любишь говорить? Назвался груздем, полезай в корзину, Сандр.

Я лёг обратно. Смотрел на облака и ждал, что она скажет ещё. Бездна ведь явно пришла с чем-то помимо желания напомнить, какой я Охотник. Так-то и сам помню.

Она дала мне ещё немного помолчать.

— Восемь часов, — произнесла Бездна.

Снова повернул к ней голову.

— С этого момента у тебя восемь часов, — она смотрела прямо на меня. — Если Дорничев продержит его дольше, исчезнет навсегда. Отпустит, сможет вернуться. Позже, когда восстановится и найдёт дорогу. А вот твой противник будет здесь сразу, как только спадёт стирание.

Я сел.

— Он жив? — спросил я, уперев ладони в землю.

— Пока жив, — ответила Бездна. — Держит его…

В горле