Не подведи меня, Ким Тэ Хо 4 - Ярослав Яловецкий

– А ты уверена, что нас никто не узнает? – я покосился на Сэйрин. Для маскировки она ограничилась лишь обычной медицинской маской.

– Да пускай, какая разница. Или ты боишься их? – она обвела взглядом толпу.

– Знаешь, может и боюсь, – буркнул я.

Чувство неуверенности не покидало. Мы стояли посреди просторного двора, где перед импровизированной сценой теснились фанатики в белых одеждах. Я совсем не был уверен, что, если эта толпа решит на нас наброситься, мы сумеем легко выбраться.

Впрочем, здесь я перегибаю. Даже если собравшиеся люто ненавидят Сэйрин, вряд ли они на что-то решатся. Это обычные люди, которым слегка промыли мозги. Сильно сомневаюсь, что даже по приказу обожаемого лидера хоть кто-то из них решится набросится на нас.

– Мы любим тебя, Шин Ман Мун! – оглушила меня стоявшая рядом женщина. Я даже дернулся.

Хотя нет, может, парочка по-настоящему отбитых тут и найдется. Или даже не парочка – я оглядел толпу, в которой то и дело мелькали фанаты, столь же увлеченные персоной этого типа.

– Вон как они его любят, – я усмехнулся и кивнул в сторону ретивого сектанта, который так пучил глаза, что я всерьез опасался, как бы его не хватил удар.

– Ага, прямо бесит. Так бы их всех тут и прибила.

– Шин Ман Мун, Шин Ман Мун! – загомонила толпа, будто дети, призывающие Деда Мороза.

И «Дед Мороз» явился. Шин Ман Мун вышел на сцену, не заставив поклонников долго ждать.

– Мы любим тебя, Шин Ман Мун! – снова заорала мне женщина прямо на ухо.

– Дамочка, отойдите, – я вложил в голос немного силы.

Слова дошли: она послушно отступила на пару шагов, но тут же снова заверещала как чокнутая.

– Какой красавчик, – не удержался я, когда получше разглядел этого «недомессию» на сцене.

Низкорослый мужичок лет пятидесяти, с большой лысиной на голове и с каким-то несуразным лицом, вышел на центр сцены с расставленными в стороны руками, видимо, таким жестом приветствуя своих последователей.

– Я тоже люблю вас, любимые мои, драгоценные мои, – выдал он с таким придыханием, будто перед ним собралась не толпа отбитых сектантов, а весь состав конкурса «Мисс Корея»

– А у них тут все неплохо устроено со звуком, – оценила Сэйрин эффекты.

И правда, голос этого пигмея разносился по всему двору так, будто звучал со всех сторон одновременно. Явная обработка добавляла ему веса и создавала ощущение какой-то мистической силы.

– Чудо, чудо, чудо! – вдруг в унисон загомонил зал.

– Что еще за чудо? – поинтересовался я у Сэйрин.

– Да мне откуда знать, или ты думаешь, я тут не в первый раз?

– Чего?.. – невольно выдал я.

– Как же они меня бесят, – Сэйрин тоже увидела причину моего удивления.

На сцену вышел один из моих старых знакомых, а именно утконосый водный дух, который отличался назойливостью и постоянным желанием играть.

– Фак, – невольно вырвалось у Сэйрин, и я был с ней полностью согласен.

На сцене происходило невообразимое. Утконосый прилипала спокойно подошел к этому Шин Ман Муну и, подхватив его за ноги, приподнял от земли, видимо, явив гомонящей в экстазе публике их долгожданное чудо.

Они еще и спецэффектов добавили: во время всего этого действа несколько лучей света били в этого Шин Ман Муна, отчего он казался и правда какой-то божественной фигурой.

– Вы просили чудо, и я продемонстрировал его. А теперь, последователи мои, внимайте, – сказал он и повернулся в сторону, откуда несли, если прямо сказать, резиновую бабу. К ее голове была прилеплена фотография. Увидев, кто на ней, я едва сдержал смех.

– Да я их тут всех прибью, – выпалила Сэйрин и двинулась к сцене, но я схватил ее за руку.

– Постой, давай досмотрим. Интересно же.

Мне и правда было интересно, что они собираются творить с этой резиновой бабой на сцене, одетой как моя пассия и с ее же фотографией, прикрепленной к голове. Нет, конечно, если он решит использовать ее по предназначению, мне все же придется вмешаться: как-никак будет затронута честь моей женщины. Вот только я почему-то сомневался, что эта резиновая красотка ему нужна для прилюдных плотских утех.

– Интересно ему, – процедила Сэйрин, но все же остановилась.

– Последователи мои, у меня плохие вести: демоница снова набирает популярность, злые силы, стоящие за ней, не дремлют. Но мы не должны сдаваться, мы должны спасти мир от того греха, который она прославляет в своих песнях, – чуть ли не кричал он.

– И с кем я связался, – покачал головой я, косясь на Сэйрин. – Злые силы и правда не дремлют.

– Я тебя сейчас прибью, хотя нет: сначала прибью их, а потом уже тебя.

– Точно демоница, а он дело говорит, – уже не мог я удержаться, поддавшись атмосфере этого балагана.

– Сжечь, сжечь, сжечь! – оглушила меня толпа, и тут кукла вспыхнула, но на этот раз все обошлось без помощи потусторонних сил, а простой пиротехникой.

– Последователи мои, тише, просто прислушайтесь, как горит огонь, – сказал он, и над двором повисла тишина. А потом раздались крики боли, видимо, демонстрируя, как демоница Сэйрин страдает в агонии. Вот только никто не догадывался, что эта демоница стоит сейчас вместе с ними и еле сдерживается, чтобы не устроить тут бойню.

– Мы должны продолжать нашу праведную охоту. И в жизни, и в Сети, куда она пустила свои мерзкие щупальца. Травите ее, пишите самые гнусные вещи о ней. Все это ради спасения душ наших родителей, наших возлюбленных, наших детей, – продолжил он обрабатывать толпу.

– Вот затирает, – усмехнулся я, а потом с подозрением посмотрел на Сэйрин.

– Чего?

– Да вот думаю, может, он все же прав и ты на самом деле демоница.

– Прибью.

– Да шучу я, шучу, – не стал я дальше рисковать своей жизнью и жизнью окружающих.

Остальная часть действа была уже не настолько интересна. Он говорил какие-то пространные вещи о свете, о Боге, об их избранности. Короче, ничего интересного, так что я даже начал зевать. Тем более, все это затянулось на пару часов.

– Ну наконец-то