Брошенная невеста дракона - София Руд
Я тут дневать и ночевать готова, лишь бы сдать экзамены. Только вот призыву Силаха это никак не поможет. А без него, как известно, даже если по другим предметам получить высший балл, толку не будет.
И за что меня этот древний источник направил к боевикам?
Выписав несколько заметок касательно призыва, перехожу к печати на замках, но оказывается, что в академии на этот счет все строго. Самому лезть нельзя.
Остается артефакт. Дэзар ведь за ним вернется, и лучше бы знать, какую цель он преследовал, явившись ночью в мою комнату. Если это вообще его артефакт.
Может, он все-таки принадлежит кому-то из соседок? Жаль, не спросишь их из-за карантина. Представляю реакцию Гары и Лу, когда они узнают, в чью команду я попала. Ой, мамочки. Кажется, жизнь становится все «веселее».
Глубоко вздыхаю, перелистывая очередную книгу и сравнивая рисунки артефактов, как надо мной вдруг нависает тень.
— Хорошо учиться, когда пакость удалась?
От неожиданности подпрыгиваю со стула и во все глаза смотрю на топырящийся на мускулистой груди синий пиджак и приметный синий галстук.
Я знаю, кто передо мной стоит, но все же скольжу взглядом вверх по выпирающему кадыку, острому подбородку и высоким скулам — вплоть до прищуренных глаз. И сокрушаюсь, когда все мои подозрения подтверждаются.
— Глава! — тяну я, глядя на кончики рыжих волос и пугающее лицо Спарта.
А сама невольно сжимаюсь, прекрасно понимая, что ничего хорошего от его визита ждать не стоит.
Однако в тот самый момент, когда Спарт подмечает перемены в моем настроении, его хмурость и высокомерие сменяются каким-то странным весельем. Он по-мальчишески задирает свой четко очерченный подбородок еще выше обычного, но самодовольную ухмылку даже с такого ракурса прекрасно видно.
— Испугалась, рыжая? — Серо-зеленые глаза сверкают искрами довольства. — А я-то думал, у тебя страх еще утром атрофировался. Хвала богам, нет.
— А тебе зачеты ставят за запугивание или за плохие шуточки? — Я тут же беру себя в руки, ибо если не научусь давать ему отпор, он так и будет «шутить», когда вздумается.
А я от испуга, вообще-то, и умереть могу.
— А ты, оказывается, и юморить умеешь, рыжая?
Кажется, господин артефактор удивлен.
— А то. Так зачем ты на самом деле подошел? — спрашиваю я, пряча листочек с рисунком под книгу. Нечего всяким совать нос в мои дела. А этот товарищ как раз намеревался рассмотреть, чем я тут занимаюсь.
— Зачем подошел? Дай подумать, — тянет он с важным видом, а затем вспыхивает, точно фитиль, поднесенный к огню. — Ты это специально, да?
— Специально что? — охаю я опять с перепугу.
Ну а чего он такой нестабильный? Никогда не знаешь, чего от него ждать. То усмехается, то вдруг злится, будто я что-то успела ему сделать.
— Сюда посмотри! — Парень указывает пальцем на копну своих волос. — Я рыжий!
— Мне тоже было чуточку интересно, почему ты решил стать таким. Еще утром светлый цвет хотел вернуть вроде, — жму я плечами.
Глава злится так, что краснеет в цвет своей новой прически.
— Это из-за тебя! Из-за твоего псевдоправдивого зелья это случилось. И не говори, что все вышло случайно. Не смей!
— И не буду. Случайно так напортачить нельзя. У тебя точно руки не из того места, — выдаю я Спарту.
И, пока он на секунду теряет дар речи от возмущения, серьезно задумываюсь. В самом деле, это как же нужно было напутать с рецептом, чтобы вышло то, что вышло?
— Издеваешься? — щурится Спарт.
— Да это ты надо мной издеваешься. Я дала тебе абсолютно правильный рецепт. И рыжий оттенок там был не предусмотрен.
— Ах правильный! Ну, тогда пошли! — объявляет он и собирается схватить меня за руку.
Э… нет! Я на подобное не соглашалась, потому тут же отпрыгиваю от него за спинку стула.
— Рыжая, ты чего?
— Это ты чего? Кто тебя вообще учил хватать малознакомых девушек, когда вздумается?
— А кто просил малознакомую девушку бедой на мою голову становиться? Ну-ка иди сюда, пока по-хорошему прошу! — рычит он и опять посягает на мои запястья.
Ага, ушлый какой. Нашел дурочку!
— И не подумаю! Мало ли что ты затеял.
Отбегаю еще на пару шагов, и в этот раз так, чтобы нас с этим бугаем разделял стол.
— Я затеял? Ты натворила, тебе и расхлебывать! Будешь варить зелье. То самое, по рецепту! При мне! И прямо сейчас.
— Я только луковой шелухой тебя окропила случайно. А с зельем ты сам намудрил! Да и времени у меня «прямо сейчас» нет! — напоминаю я Спарту.
Его лицо искажается так, что лучше не спорить.
— Но знаешь, что? По доброте душевной я сама тебе то зелье приготовлю. Только одна. И завтра. Так подойдет?
— А откуда мне знать, что после твоего другого зелья я не облысею?
— Так я жить хочу! — отвечаю я вполне логично.
Но парня это не устраивает. Он вновь кидается ко мне в обход стола со словами, что по-моему не будет.
— Нет уж! Будешь готовить свое зелье у меня перед носом. И только так! — рычит он, пока я обегаю стол уже с другой стороны.
Ох, и где госпожу библиотекаря носит? Пришла бы — и разогнала бы нас, нерадивых. Точнее, Спарта бы выгнала, а я бы уговорила ее позволить мне полочки с книгами от пыли протереть. А потом бы и про черный ход на всякий случай спросила, чтобы у главного ни с кем злым не встретиться. Запасной выход ведь должен быть?
И где же библиотекарь? Долго я от Спарта бегать не смогу.
— Ладно! Ладно! На твоих глазах приготовлю. Но не сегодня! — уже запыхавшись, решаю я.
А он, кажется, в раж вошел. И в этот раз все-таки умудряется поймать меня за руку. Больно!
— Не понял… — раздается приглушенный рык.
Вот только исходит он вовсе не от рыжего, а со стороны. И звучит этот рык очень знакомо.
Оборачиваюсь к дверному проходу, залитому ярким солнечным светом. А там — широкоплечий высокий мужчина, лица которого пока еще толком не видно.
Он делает угрожающий шаг в нашу сторону и выходит из-под ослепляющих лучей. Переводит пронзительный взгляд с запыхавшегося рыжего на пойманную меня, и его синие, режущие льдом глаза наполняются яростью.
Не ошиблась: Дэзар.