Куплю твоего мужа - Диана Фад

— Чаще да, но мама зимой больше любит Майами. Они тоже приедут, у них здесь дом недалеко от Москвы.

— Прелесть какая… У тебя большая семья, и это хорошо. Одному быть все время нельзя.

— Да, я не видел родителей и сестру с племянниками почти год. Они были последний раз на похоронах моей жены.

— Я думаю им не понравится, что у тебя в доме теперь живет чужая женщина.

— Им понравится все, что делает меня хотя бы немного счастливым.

Дмитрий так смотрит на меня, когда произносит эти слова, что я чувствую, как щеки загораются румянцем. Поэтому отворачиваюсь и занимаю себя тем, что кладу нам по кусочку торта на тарелки. Я пока не готова к тому, чтобы принять ухаживания от мужчины, тем более он является теперь моим работодателем. И какими будут наши отношения в дальнейшем сейчас зависит в основном только от меня.

Глава 28 Две недели спустя…

Дмитрий появляется в галерее, когда я с головой ушла в составление эскизов.

— Прости, сегодня тебе пришлось работать все утро одной, — извиняется он, ставя коляску рядом с моим стулом. — Близнецы хотели на мне покататься, я теперь что-то вроде электромобиля с водителем.

— Они замечательные, — отодвигаю эскизы и поворачиваюсь к Дмитрию. — Твоя семья мне очень нравится.

— Они не мешают тебе? Я строго-настрого запретил приближаться к этой комнате.

— Ну что ты, главное, чтобы на моих эскизах не появились новые рисунки, — показываю ему лист, где один из близнецов вчера нарисовал карандашом собачку. — Случайно получилось, так мне сказали.

— Вот же засранцы, — сердится сквозь улыбку Дмитрий. — Я пришел, чтобы попросить тебя сопровождать меня на прием. Меня и моих родителей. Это важно для нашей компании. Раньше я ходил с Эльвирой, но в этом году еще не был ни разу. Сама понимаешь, операции, восстановление, но здесь отец настаивает.

— И что за прием? — хмурюсь я.

— Точнее, благотворительный зимний бал в губернаторском дворце.

— Ого! — пугаюсь я. — Ты с ума сошел? Где я, а где губернаторский дворец! Мне кажется, тебе лучше пойти туда с Эльвирой.

— Я уже решил, с кем пойду, — твердо отвечает Дмитрий, и я вспоминаю, какой он был при первой нашей встрече. Все же этот мужчина не совсем мягкий и пушистый, но и это отличает его, например, от моего мужа. — Я хочу посетить этот бал только с тобой или откажусь. Мама расстроится…

— Запрещенный прием, Дмитрий Михайлович, — улыбаюсь я. — Вашу маму расстраивать я точно не хочу.

Мама у Дмитрия поразительная женщина. Я даже ей немного восхищаюсь. Сочетание элегантности, воспитанности и какой-то нежности меня просто поразило. Мне казалось, что она должна быть по типу Алисы, холодная, властная, но нет. Мы как-то сразу нашли с ней и сестрой Дмитрия общий язык, а близнецы очаровательные детишки. С их приездом дом наполнился смехом, вкусными запахами, весельем.

Вечера чаще проводили в гостиной у камина, дети рисовали или играли в настольные игры, а днем я выходила с ними гулять. Дмитрий стал совсем другим, о чем мне призналась Вера Ильинична, его мама.

— Почти год с моим сыном было невозможно разговаривать, — сказала она, когда мы с ней задержались как-то вечером. — Он никого не хотел видеть. Вначале травма, затем предательство бывшей жены, операции… Мой сын замкнулся, но что самое страшное, обозлился на весь мир. Он не винил никого в том, что произошло, но почему-то ужасно раздражался, когда мы надоедали своими вопросами и визитами. Редко звонил, запрещал нам приезжать. Этот дом купили еще до несчастного случая с женой Димы, он стоял пустой. И вот пригодился… Дима заперся здесь и жил как отшельник. Надо сказать, эта идея с витражами меня немного успокоила. Сын начал хоть чем-то интересоваться, к чему-то стремиться. А теперь я вижу, что ему тут не так одиноко.

Она улыбнулась, глядя на меня внимательно и оценивающе. Словно я проходила какой-то отбор предполагаемых невест, что вызвало у меня румянец на щеках.

— Я вижу, что ты ему нравишься, Варя, а вот Дима? Что у тебя к нему? Если это просто работа, то пусть так и будет, а если нет, то не разбивай мальчику сердце. Ты же не останешься здесь с ним.

— Мы об этом не думали, точнее, я не думала. Ещё слишком рано говорить о том, чего пока нет.

И вот мы едем в Москву на машине Дмитрия. Он вызвал водителя, и мама Димы решила устроить шопинг перед приемом.

— Ни о чем не переживай, я все оплачу сама, — убеждала она меня, когда я отказывалась ехать. — Это очень важный прием, Дима обязательно должен быть там, и я рада, что в свои спутницы он выбрал тебя.

— Но могла поехать Эльвира? — слабо сопротивлялась я. С одной стороны, я хотела поехать, упустить такое интересное событие, как настоящий бал, не стоило. — Она бывает в обществе, больше подходит для этого.

— Дима захотел идти с тобой, — тоном, который не предполагает возражений, ответила Вера Ильинична. — Да и тебе интересно будет. Я думаю, что это мероприятие нельзя пропустить. А ты уже подала заявление на развод?

Она спросила так, что вроде бы между прочим, но я видела интерес в ее глазах.

— Да, вскоре я стану свободна.

— Отлично.

В дорогом бутике мы примерили кучу нарядов, которые я бы в жизни не купила. И тут не столько пугала дорогая стоимость, сколько сами платья. В обычной жизни для меня их просто некуда надевать. Пышные и обтягивающие, как перчатка, украшены вышивкой или кристаллами. Дорогие ткани, что вызывали у меня восторг.

— Это бал, и должно быть что-то пышное, романтичное… — говорила Вера Ильинична.

— Мама, сейчас не обязательно наряжаться как принцесса, — возражала ей сестра Дмитрия. — Но это платье словно сшито для Вари.

Я стояла у зеркала в платье цвета фуксии, юбка из фатина, как лепестки роз, корсет с вышивкой из мелких розочек в тон платью и широкий пояс на талии, что завязывался сзади бантом.

— Просто прелесть, берем.

Ценник я даже смотреть не стала. Судя по всему, бутик был очень дорогой. У сестры Дмитрия наряд был, она прихватила его