Путь одиночки. Книга 12 - Евгений Понарошку

В это время тот, рассматривая меня словно диковинное животное, опустил голову на бок.

— Оказывается, в моей вотчине завелся падальщик, — прозвучало прямо в сознании, минуя уши и перевод Помощника. — Ты выбрал хороший момент, но слишком поздно. Командование вашего последнего оплота обороны уничтожено.

Едва ли он лгал. Похоже, во время схватки крепости и антигравитационного титана произошел размен. Меня это не слишком беспокоило.

— У меня командование на месте, — я постучал пальцем по виску. — Ну так что, сядем за стол переговоров?

Я не сдержал насмешки в голосе. Пространство вокруг врага словно моргнуло, и я почувствовал затаённую ярость врага.

— Ты пришёл в мой дом, тварь Пути, — голос заполнил молельню до краёв. — Убил моих детей. Сжёг мою паству.

— Твоих детей? — я рассмеялся. — Это не дети. Это посуда, из которой ты жрёшь.

Мысленно я отметил что сегодня в ударе. Если бы у нас был бой в «стендапе», то победа была бы безоговорочной. К сожалению, в реальности я добился только того, что божок лишь сильнее разъярился.

— Я видел, что у них осталось внутри, — добавил я. — Святые в вашем понимании — это пустые существа с выжженной личностью.

— Они вознеслись, — в голосе прорезалось искреннее удивление. — Высшая доля смертного — в том, чтобы стать опорой престола.

— Знаешь, а ведь вы даже хуже Пути, — хмыкнул я. — Он даёт выбирать, где сдохнуть, а вы своих лишаете даже этого.

— И тебе тоже выбирать не придётся, — ответил бог.

Фигура на троне шевельнулась впервые за всё время, и молельня взорвалась светом.

Это был мой первый бой с существом такого уровня силы. Несмотря на это, я сделал то, что считал самым простым и в то же время эффективным.

Ускорение сознания включилось на рефлексе. Мир загустел. Тут же я ушёл в рывок — сначала вбок, а потом на божка. Обычная прямая атака стала самым простым способом проверить врага.

Встретила меня сеть из золотых молний, растянутая поперёк всей траектории. Уклониться в полёте было уже нельзя. Пришлось прожигать проход: Пожирание сожрало кусок сети, пусть и подавившись, а остаток разрядов я принял на себя. Тело прошило дикой болью, точнее, её энергетическим эхом, но регенерация уже затягивала повреждения.

Клинок обрушился на сияющий контур и провалился. Фигура растеклась, пропуская лезвие сквозь себя, а затем собралась вновь в паре метров в стороне. Бить чистую энергию физическим оружием было бесполезно, это я понял с первой же попытки. Однако и расщепить ее не получалось. Пожирание не достигло того уровня, чтоб расщепить аватара божества.

«Ладно, — мелькнула мысль. — Поиграем по-другому».

Начался весьма странный бой. Я не мог нанести врагу урона, в то время как он для меня был очень даже опасен.

Божественная энергия мгновенно раскалила всё вокруг так, что всё пространство охватило пламя. Вокруг не просто поднялась температура — она ещё была насыщена обжигающей энергией.

Я окружил себя улучшенным Покровом, но пришлось признать, что против стихии пламени моя защита была совсем слаба. Тело начало гореть, и только регенерация, заполненная энергией под завязку, спасала меня. Я понял, на этот раз меня не спасет и некротическая форма. Огню было плевать, что жечь.

«Надо заканчивать поскорее, — подумал я. — Иначе этот ублюдок меня точно испепелит».

Я со злобой посмотрел на поток энергии, идущей от алтаря к аватару. Он походил на тот, что связывал святых. Я уже использовал его, чтоб убить их. Сейчас нужно было продолжить этот эксперимент.

— Даже не пытайся, — выдохнул божок. — Это не в твоих силах — одолеть меня.

Продолжая перемещаться по залу, я дождался момента, когда алтарь окажется точно за божком. Намечая очередную атаку, я разбил нематериальную сущность, за что получил очередной ожог.

Но даже не пытаясь защищаться, я переместился вперед к алтарю. Тут же я достал из глубин плаща кристаллический кинжал, приложил всю силу и вбил его в алтарь, словно гвоздь.

«Хищник! — мысленно позвал я. — Твоя очередь».

Пришло ощущение, как из глубин сознания скользнула едва осознаваемая тень. Через руку она направилась в кинжал, после чего провалилась куда-то в недра Алтаря.

Закрывшись плащом, я не позволил божку увидеть мой маленький грязный фокус. Когда я ощутил опасность, пришлось уходить в сторону. Тут же переместившийся на моё место противник отогнал меня от кинжала.

Прервав бой, он осмотрел оружие.

— Это инструмент Арфавила, — произнес он. — Даже отнятый у хозяина, он сеет смуту.

Полыхнула мощная вспышка, расщепляя кинжал на моих глазах. Божок же повернулся ко мне.

— Ты никогда не встречался со старшим Богом Пантеона, — произнес он. — И похоже, пора преподать тебе пару уроков.

Ранее неиспользуемое копье в его руках вспыхнуло мощью. Я же осознал нечто важное. Неудивительно, что враг показался намного превосходящим прежних врагов. Это было божественное существо совсем иного ранга.

Я посмотрел за его спину, на Алтарь. Мысленно я выругался — Хищник пока не отвечал. Что, если мощь алтаря сильнее, чем-то, что ему по зубам?

Следующие полминуты божок гонял меня по полыхающему святилищу. Мне пришлось забыть об атаках. Делать вид, что я убегаю, так же не понадобилось. Вокруг полыхал ад. Чтобы выживать, приходилось носиться как угорелый и расходовать жизненную энергию на регенерацию.

Каждую секунду жизни приходилось выбивать с трудом. Я продолжал пристально следить за потоком энергии, связывающим алтарь и божка…

Божок хоть и устроил филиал мартеновской печи вокруг, но не обладал какими-то опасными для меня ближними атаками. Как воин он явно не специализировался на ближнем бою.

Я держался, но ситуация оставалась далека от вольготной. От мощи излучаемой энергии стены раскалились до малинового цвета. Многочисленные фрески будто ожили, а образ божка сиял особенно ярко. Энергия отражалась от них, закручиваясь в испепеляющий смерч.

«Надо продолжать держаться, — повторял я в голове лишь одну мысль. — Но чёрт возьми, это больно!»

Главной проблемой было наличие божественной энергии. В то время, пока повреждения от температуры восстанавливались, она оседала на энергетическом теле. Это ускоряло поражение и усиливало агонию. Но что ещё хуже, я не мог от неё избавиться.

«Через минуту эта дрянь может меня убить, — подумал я. — Что же мне сделать?»

Я ощутил неприкрытое самодовольство божка. Тот явно ощущал все происходящее, а потому никуда не спешил. Он желал изжарить меня на медленном огне.

Я остановился в центре зала, где давление было пониже, и прекратил попытки контратак. От божка в ответ повеяло самодовольством.

«Ты уже отмечен моей