Мир наизнанку 2 - Отшельник Извращённый

— Аканэ лично хочет с ним встретиться? — спросила Масако.

— По его словам, да.

— Интересно. Она на пустяки время тратить не любит. Значит, тоже что-то в нём разглядела.

— Что прикажете?

— Слежку снять. Он вас всё равно видит. Не позорьтесь.

— А в субботу?

— В субботу он сначала идёт к Аканэ, потом в кино с моей дочерью. Всё так?

— Да, хозяйка. Молодая госпожа уже купила билеты.

— Пусть идёт. — Масако немного подумала. — А в «Олимпе» мне нужен свой человек. Без костюма, пусть выглядит как обычная посетительница. Позанимается заодно. Мне нужно знать, что Аканэ ему предлагает.

— Я могу.

— Нет, Юнеко. — В голосе госпожи послышался смешок. — Тебя он уже видел. И, судя по всему, хорошо запомнил. Не надо встречать его ещё и у тренажёров. Более того, там будет Аканэ. А он принял тебя за её человека.

— Поняла. Простите, хозяйка, за глупость. Отправлю другую.

— Вот и хорошо.

Связь оборвалась.

Юнеко убрала телефон и посмотрела в окно. На переулок. На угол, из-за которого он вышел.

В голове крутилось одно и то же.

Откуда?

Откуда у мальчика, который танцевал на школьном фестивале в розовых шортиках, это она, кстати, тоже видела, отчёт по нему был толстым, откуда у него такие глаза? Такая стойка? Такая спокойная наглость человека, который много раз стоял напротив тех, кто хотел его убить?

— Поехали, — сказала она водительнице.

* * *

Домой добрался к девяти.

В прихожей меня уже ждал папаша. В фартуке, с половником — видимо, от плиты примчался.

— Ишуня, ты где пропадал? Я пять раз звонил!

— С Такеши в Акихабаре были. Прости, не услышал.

— А это что такое?

Он посмотрел на рукоять, торчавшую из пакета.

— Меч. Для стрима купил.

— Меч…

Отец осторожно потрогал рукоять пальцем.

— Солнышко, а ты не порежешься?

— Пап, он деревянный.

— А занозы?

Я уже собирался ответить, потом просто взял и обнял его. Впервые за эту жизнь.

Сам не знаю, чего вдруг. Захотелось и всё.

Папаня замер, посмотрел на меня. Потом улыбнулся и засуетился:

— Ишшшуня… иди переоденься. Я карри разогрею. Голодный, наверное… — И ушёл на кухню, по дороге ещё пробормотав что-то про ласкового мальчика.

Ласковый, блядь. Петруха Кабанов.

Серый бы увидел…

Хотя Серый, может, и понял бы. У него отца вообще не было.

Рэйкиных кроссовок в прихожей не было. На работе ещё. Или не на работе. Мне-то какое дело.

Поднялся в комнату. Спарки так и валялся возле кровати — вчера свалился, когда я за наушниками полез, и никто не поднял.

Посадил его обратно. Достал покупки, положил на стол меч и коробочку с линзами.

Уже хотелось всё примерить, хотя примерять пока особо нечего. Костюм ещё шьют. С мечом перед зеркалом постоять, разве что, как долбаёб.

Забил. Открыл ноутбук.

Анонс висел. «Четверг, 19:00». Под ним уже пять тысяч комментариев. Народ заметил, что я перенёс, и теперь гадал, почему. Кто-то писал, что я заболел. Другие, что мне запретила мама. Третьи, что я тайно женюсь в среду.

Я нажал «изменить».

После «Четверг, 19:00» поставил точку. И дописал одно слово.

«Косплей».

Опубликовал.

И откинулся на стуле — смотреть.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом пришлось прокручивать страницу, чтобы успевать читать.

«КОСПЛЕЙ?!?!»

«ИШИ-КУН В КОСПЛЕЕ!!!»

«Котик! Пожалуйста, пусть будет котик!!!»

«Нет, зайчик! С ушками!»

«Горничный!!! Я умру, если горничный!!!»

«Кошачий принц из „Сладкой академии“. Даже не сомневаюсь».

«А вдруг снова ниндзя? Только с ушками?»

«Я за ангелочка с крылышками ♥‿♥»

«Я уже готовлю донат на то, чтобы он сказал „ня“»

Я читал и улыбался.

Котик. Зайчик. Горничный. «Ня».

Ну-ну, дамочки. Ну-ну.

Готовьте донаты. Только не на «ня».

Внизу хлопнула дверь. Я услышал шаги по прихожей и папашин голос:

— Рэйка-сан, ужинать будешь? У нас карри!

— Спасибо, Сато-сан. Я уже поела.

Поднялась по лестнице.

Прошла мимо моей двери. Не замедлились. Открыла дверь в свою комнату и защёлкнула замок.

Я опять посмотрел на экран.

Не ждал же ты, Петручио, что она зайдёт? Вы утром нормально поздоровались, вечером тоже могли бы. Но не зашла и не зашла.

За стеной, в комнате Рэйки, дважды пиликнул телефон. Двойное короткое «динь-динь». У меня на уведомления Твича такой же стоял, его ни с чем не спутаешь…

Она подписана.

Подписана на уведомления. И ей только что пришло, что я поменял анонс.

«Четверг, 19:00. Косплей».

За стенкой стало очень-очень тихо. Ни музыки, ни шагов. Я сидел и прислушивался, хотя прекрасно понимал, что занимаюсь хернёй.

Потом щёлкнул её замок.

Рэйка вышла в коридор. Прошла несколько шагов и остановилась у моей двери. В щели снизу появилась тень.

Я замер. Не дышал. Даже не знаю, зачем. Как в засаде.

Сейчас постучит.

Но стука не было.

Полоска тени качнулась.

И ушла. Обратно к себе. Щелчок замка.

Вновь тишина.

Я выдохнул.

Ну вот. Теперь она знает. Четверг, семь вечера. У неё — ресторан с Наоей. У меня — камера на штативе и эфир.

И это не назло. Хотел бы я, чтобы было назло, так ведь каплю проще, злость хоть греет. Но нет. Просто так вышло и всё тут. У каждого из нас теперь свой четверг. У неё — нормальный парень, который будет ждать её с дежурства с горячим ужином. У меня — работа. Каждый спасается, как умеет. И никто никому ничего не должен.

Так и надо. Наверное.

А вообще… Ненавижу четверги. Ещё с прошлого мира. Как-то раз в четверг «Стальные псы» спалили наш склад с тушёнкой, и мы месяц жрали крыс. В четверг Малому оторвало руку. И сдох я, кажется, тоже в четверг. Утром ещё собирался пельменей пожрать.

Так и не пожрал.

Я взял со стола меч. Крутанул в руке. Встал в стойку. Посмотрел на своё отражение в тёмном окне. Нелепый, пиздец. Ну, это пока. Прям сейчас и возьмусь за тренировки…

Среда прошла как «День сурка».

Серый однажды притащил этот фильм на кассете. Там мужик просыпался, а день всё не менялся. Что вчера было, то и сегодня. Мы всем подвалом ржали: у нас примерно так же, сплошняком ебучий сурочий день, только по нам