Неудержимый. Книга LIV - Андрей Боярский
Девушка буквально оказалась между молотом и наковальней, и ей сильно повезло, что последняя не выдержала. Проломив плато, она начала уходить под землю на десятки метров. Казалось, что атака никогда не закончится, но Сиваре было уже плевать, ведь она давным-давно потеряла сознание от невыносимой боли.
Если бы Сивара была обычным человеком, то, скорее всего, умерла бы в тот же миг, и на этом всё закончилось. Благо человеком она уже давно не являлась, это и спасло ей жизнь.
Да, стремительную атаку остановить не удалось, избежать её или уклониться тоже. Даже с защитой не очень вышло, она просто не успела вырастить кристаллы. Зато практически у каждого порождения скверны был один очень важный козырь — живая броня, которая из последних сил боролась за жизнь своей хозяйки.
Получив множественные увечья, живая броня очень быстро окуклила девушку в плотную непроницаемую оболочку, как это делают гусеницы перед тем, как стать бабочками. А после началась регенерация, которая высосала из организма практически всю энергию, включая и божественную.
Остатки энергии потребовались для того, чтобы выбраться наверх при помощи гарпунов, которые буквально пробивались на поверхность через толщу земли. Удивительно, но Сивара всё это пропустила. Процесс восстановления и подъёма занял больше часа, и всё это время она спала под пристальным вниманием скверны.
Очнулась она только тогда, когда начался сильный ливень, который старательно смывал с её лица землю и грязь. Боль никуда не делась, и девушка застонала, не в силах держать её в себе…
— Ааа-а-а-аа! — раздался крик на многие километры вокруг, но её никто не услышал.
Застряв наполовину в земле, она очень быстро поняла, что ноги её не слушаются. Ещё бы, ведь они обе были сломаны, всё-таки скверна, находившаяся внутри, не была волшебницей. А может, и наоборот, потому что она распределила оставшуюся энергию так, чтобы организм смог выкарабкаться с того света, а остальное оставила на откуп хозяйке.
Стиснув зубы, Сивара попыталась приподняться, но у неё ничего не получилось. Более того, она сползла ниже с гладкой поверхности плиты, на которой лежала. Земля по-прежнему не отпускала её, стараясь засосать обратно.
— Чёрт! — Стиснув зубы, девушка легла обратно, упёршись руками в плиту, не желая так глупо умирать.
Прикрыв глаза, Сивара заплакала. Она проиграла… Она пообещала Повелителю, что вырвет из лап этих уродов Николая, но не справилась с заданием. Не смогла убить даже драную кошку!
Внезапно огонь ненависти и ярости разгорелся в душе. Это не конец! Сивара всё ещё дышала, а значит, могла изменить судьбу…
* * *— Повелитель… Повелитель, прошу вас… — Сосредоточившись и засунув свою гордость куда подальше, Сивара начала умолять про себя. — Прошу вас, помогите мне…
Девушка повторяла эти слова словно заклинание в надежде, что они достигнут цели, но каждый раз в ответ звучали лишь тишина и бесконечный шум дождя. Но даже так она не сдавалась, потому что других вариантов просто не видела.
— Повелитель… — вновь простонала она про себя.
— Живая ещё? — Внезапно голос Эклиса прозвучал в голове девушки словно гром среди ясного неба. — Надо же, какая цепкая дрянь, — добавил он с нотками отвращения.
Сидя на трибуне, бог скверны продолжал наблюдать за ареной. Семёрка, или же уже шестёрка, Посланников продолжала держаться на радость публике. Трибуны буквально трещали от выкриков, бесконечных споров и пари. Гомон стоял такой, что впору было надевать на себя защиту от посторонних звуков, но так ведь можно и не услышать что-то интересное…
Эклис прекрасно знал, что здесь решалась судьба какого-то мира. Повелителю скверны было плевать на подробности, как и большинству сильных богов. Все они пришли сюда не для того, чтобы развлекаться, а для того, чтобы посмотреть на технатов и Ультима в частности.
Слава завоевателя миров очень быстро закрепилась за Ультимом. Благодаря технологиям он сумел создать настоящую отлаженную систему по порабощению миров, поставив это дело на поток. Но самое главное — никто толком не знал, как это всё было устроено изнутри.
Эклис, обладая несметным количеством миров, опасался новой расы и бога, который уверенно шагал по улицам Этернума и всей Вселенной. Понятное дело, что рано или поздно они обязательно встретятся на поле боя, но перед этим Эклис хотел знать про столь неудобного противника абсолютно всё. А ещё лучше — сразу выработать какую-то тактику, ведь в стальных консервах не было ни грамма биологической жизни. А раз так, то и скверне справиться с подобным противником будет крайне трудно… Но когда он услышал, что решалась судьба Земли, то стал следить за Посланниками внимательнее.
Пробежавшись по мыслям некоторых Посланников, он оказался приятно удивлён. Дмитрий, мать его, Донской, собственной персоной. Удача, о которой он даже и мечтать не мог. Мало того что ему не пришлось его искать, ведь он буквально находился на блюдечке, так ещё и сам бой говорил о том, что парень наконец-то обретёт здесь покой. Больше не придётся никого посылать, а сам мир больше не сможет сопротивляться скверне, ведь второго такого засранца в нём просто нет и уже никогда не будет. Осталось только дождаться…
О поражении своей подчинённой он уже знал. Собственно, поэтому и игнорировал все её попытки достучаться до него. Сейчас же ему просто надоело слушать завывания этой сучки, ведь внизу происходило куда более интересное представление.
— Я не могу выбраться, — торопливо заговорила Сивара, обрадовавшись даже такому ответу. — Меня завалило. Повелитель, дайте мне немного силы… Я выберусь и…
— И что? — ленивым голосом перебил её Эклис. — Опять всё просрёшь?
Сивара задрожала, ведь он попал своими словами точно в цель. Оправдания, которые она повторяла про себя, пока пыталась до него дозваться, вдруг показались совершенно бесполезными. Но промолчать она тоже не могла.
— Там был ещё один маг, — выдавила она. — Я почти вернула Николая, но он ударил прямо из облаков. Я не успела…
— Какое мне дело, кто там был? Или же кто тебя не добил? — Эклис, увидев, как Дмитрий убегал и прятался от энергетических лучей, усмехнулся.
— Но я… — Сивара попыталась оправдаться, но Эклис грубо её перебил.
— А чего ты ждала, дрянь? Что