Код Доступа. Мятеж. - Акибо Тэнсей

— Корпус-то хоть цел?

— Целёхонек! — обрадовался Финн. — Манипуляторы целы, приводы в порядке, рама крепкая. Внутри сухо. Это не развалина, командир.

Вик встал и прошёлся вдоль деки.

— Кэндалл! — позвал он.

— Тут я.

— Планетолёт Десмондов, который сел на брюхо. Три двигателя из шести мёртвые, криомагистраль порвана, летать эта штука не будет никогда. А реактор цел?

— Вполне. Я тебе про него в первый же день говорил.

— На экскаватор его хватит?

В канале стало тихо. Потом Кэндалл фыркнул.

— Да, там мощности хватит! Только ты не о том спрашиваешь, командир.

— А о чём надо?

— О том, что этот реактор корабельный, а машина строительная. Ни один разъём не подойдёт, ни одна шина не сойдётся, управляющий контур придётся собирать с нуля. Это не «поставить». Это переходные узлы, каких на Кене никто не видел.

— Точные детали, — подсказал Вик.

— Что?

— Ты недавно сделал сорок два переходника. Чем?

Кэндалл замолчал, и молчал он долго.

— Ах ты ж, чёрт… — выговорил он наконец. — Репликатор!

— И двадцать две упаковки прекурсора, — напомнил Вик. — Мы их вчера привезли.

Майор погасил карту.

— Рядовой, — проскрипел он. — Ты хоть понимаешь, сколько там работы?

— Нет. Расскажи мне!

— Прорва! И у нас на неё двое суток.

* * *

И дело закипело. Все эти годы в такую глушь никто не заглядывал, и «Колосс» стоял брошенный. Опутанный корнями и ветвями деревьев, издалека он походил на огромный зелёный холм. Вик приказал очистить корпус от молодых деревьев и опутавшего его дикого винограда. Пока Кэндалл занялся возней с репликатором, Вик с Клеггом залезли в громаду Колосса. Утнер-майор подогнал технику. Вскрыли силовую шахту, сняли передние бронепанели, и теперь в брюхе машины зияла дыра: тридцать лет назад отсюда вынули реактор.

— Магистрали живые, командир, — Клегг водил лучом фонаря внутри корпуса. — И ни следа коррозии, представляешь? При Федерации строили, не то, что нынешнее барахло.

Вик потрогал обрубок силовой шины толщиной в собственную руку.

— Финн, что с проектом переделки? Сможешь подогнатьреактор планетолета к этому корпусу?

— Надо прикинуть, — отозвался Финн в наушнике. — Так… Сто восемнадцать позиций. Тут всё надо перепрограммировать на новый язык. А вообще тут можно было бы…

— Ты делай. Умничать потом будешь.

Из шахты выбрались на свет. Планетолёт Десмондов, севший на брюхо, лежал в трёх километрах, и там вторые сутки резали крепления: реактор снимали целиком, вместе с транспортной рамой.

— Слушай, парень, а зачем нам вся эта морока? — Клегг спрыгнул с последней скобы и вытер ладони о штаны. — У нас семь целых батарейных блоков лежит. Поставили, обвязали, и машина поедет. И ничего не надо переводить на новый язык!

— Поедет, метров на триста, — согласился слушавший их Финн. — А дальше сядет. Батареи потянут ход или потянут несколько выстрелов, а вместе — нет. Стрельнёшь один раз и останешься стоять посреди поля.

— Ставим реактор, — закрыл разговор Вик. — Я хочу установить на него мазер. А он жрёт, сами знаете сколько. Никакой аккумулятор не вытянет!

Клегг посопел, но спорить не стал.

— Вик, подойди, тут есть вопросы — раздался в коммуникаторе голос Кэндалла. Тон его не сулил ничего хорошего.

Переглянувшись, Вик и Клегг отправились в мастерскую.

Репликатор стоял там же, где его собрали в ту ночь перед боем, — облезлый ящик с чужим блоком управления, прикрученным на скорую руку. Вокруг на полу егеря уже разложили добычу из брошенного лагеря Десмондов: двадцать две упаковки сырья, уже вскрытые, пересчитанные и подписанные мелом. Кэндалл сел за терминал и запустил расчёт.

Полоска индикатора готовности к печати доползла до середины и встала. Вик подошёл ближе

— Что там у тебя?

Поверх серых строк спецификации горели красные. Сначала три, потом четыре.

— Дело — дрянь, — пояснил Кэндалл. — У нас есть только восемьдесят процентов состава.

— Поясни!

— В армейском лагере Десмондов мы нашли обычный легированный титан и алюминий. Это так, дешёвка для мелкого полевого ремонта. А в силовых переходниках нужны редкоземы: тантал, бериллий и ниобий. Там жар и ток такие, что обычный сплав потечёт, как масло на сковородке.

— Ладно, — Клегг пробежался по списку. — Тантал заменим. Возьмём то, что есть, сечение увеличим вдвое, отформуем ребра охлаждения, и обойдётся.

— Не рекомендую… — начал было Финн.

— Отлично! Занесем твоё мнение в протокол. Печатай давай!

Изготовление заняло минут сорок. Всё это время Вик не находил себе места. Наконец, ползунок процесса показал 100%, крышка репликатора отошла. Кэндалл вынул деталь — короткий серый цилиндр с фланцем, тёплый и шершавый.

Вынув деталь — короткий серый цилиндр с фланцем, тёплый и шершавый, — Кэндалл понёс её к стенду.

— Ток с батарейного блока, — велел он. — Финн, считай.

Переходник зажали в контактах, обвязали шинами, и Кэндалл начал поднимать нагрузку.

— Четверть, — говорил Финн. — Треть. Половина.

На половине цилиндр перестал быть серым. Кромка у фланца потемнела, пошла бурыми пятнами, и в мастерской явственно запахло горячим металлом.

— Две трети.

Внутри детали щёлкнуло. Из-под фланца выбило синюю искру, кожух повело, и по контакту потекла тонкая струйка расплава: переходник поплыл, как оставленная у камина свечка.

Кэндалл сбросил нагрузку.

— Шестьдесят два процента, — сказал Финн. — Рабочий режим — сто десять. Командир, эта штука не доживёт даже до первого запуска. Расплавится раньше, чем реактор выйдет на режим.

Кэндалл разжал контакты и долго рассматривал оплывшую кромку.

— Ну и откуда люди вообще берут такие вещества? — не выдержал наконец Клегг.

— На Кене — нигде. Разве что у контрабандистов, — безрадостно откликнулся Кендалл.

— Совсем-совсем нигде?

— Ближайший склад, о котором я знаю, лежит в двух тысячах миль к западу и контролируется Губернатором. Только вряд ли нам чего-то там продадут.

Вик посмотрел на часы. По предсказанию майора, до нового нападения Десмондов оставались сутки с небольшим. А у них не было даже переходников для подключения реактора.

В раздражении он пнул валявшийся возле репликатора мешок с титановым прекурсором. Тот отозвался глухим «пуфф» и облачком серой пыли.

И тут он, наконец