Кодекс Охотника # 48 - Юрий Винокуров
Уцелел один крупный, с обломанной клешнёй. Ухватил каменного за колено, начал стягивать к себе. Породе уже не хватало прочности, по ноге пошла трещина.
Пародит упёрся рукой в песок.
Из крабьей спины вышел кристалл. Затем второй раскрыл панцирь сбоку. Тварь ещё успела раздавить чужое колено и осела, утащив с собой обломок.
Больше на этом участке никто из моря не вышел.
Я посмотрел на солнце, потом снова на берег, где големы растаскивали останки. Раненых добивали. Своих, если от них ещё что-то оставалось, вытаскивали из-под панцирей и оттаскивали к гряде.
Победа обошлась им дорого. Среди крабов лежали развалившиеся тела, отдельные кристаллы ещё светились, но часть уже начала тускнеть.
А дальше Пародиты взялись за прежнее.
Из песка полезли новые копья. Один держал ладонь над основанием, другой подтаскивал к нему обломки. Крошка уходила в землю, и над ней росло очередное остриё.
Скоро восстановят всё, что крабы пробили своими телами.
Морской народ, значит, полностью сдаваться пока не собирается. Хозяйство увозит, а здесь продолжает воевать. Только с такими соседями тяжело даже тем, кто живёт в океане. Подземные колонии растут, расползаются, достать их всё сложнее.
Задача у Пародитов простая: занять планету и переделать под себя. Кристаллизовать столько, сколько смогут, а дальше добрать оставшееся.
Бывал я на подобных мирах. Наступить без хорошей защиты некуда. Любой камешек режет, пыль лезет в лёгкие, а с виду красивая гора может оказаться таким куском магического стекла, что после первого скола окрестности останутся вообще без всего живого.
Для этих там рай. Остальным же туда лучше не ходить.
Вот и причина гибели мира. Насколько глубоко уже успели забраться, выясню позже. Как попали, тоже интересно. Но это работа на следующий раз.
Улыбнулся, глядя на восстановление частокола.
Секреты развели. Два часа разговоров, чтобы услышать «потом». А можно было назвать одну тварь, и мне уже стало бы понятно, о чём речь.
Ладно. Пора домой, пока паук не решил, что со мной всё равно ничего не получится, и не бросил работу.
Я слез с камня и остановился возле упавшего кристалла. Крупный, почти целый, только треснул вдоль. Сила из него уже понемногу выходила.
Крендель бы и такому обрадовался. Но зачем тащить обломок, если вон рядом ходят вполне приличные образцы? И пока ещё в рабочем состоянии.
Поднял запястье и пустил в паука хороший поток.
Тварь вцепилась сильнее. Пелена вздулась, закрыла мою руку, а затем и всё тело. Посмотрел на себя: ничего не видно. Между скал стояло тёмное пятно, из которого даже клинки толком не различались.
— Вот теперь пойдём за полезным, — сказал я пауку, поправляя хватку на рукоятях.
Самый близкий Пародит возился с копьём. Стоял ко мне спиной, широкую плечевую пластину можно было рассмотреть без всяких помех.
Шаг через Тень, и я у него наверху.
Аквила входит под плечо. Проворачиваю клинок, прохожу вдоль соединения и придерживаю отделяющийся кусок, чтобы не раскололся при падении.
Голем только начал разворачиваться, а пластина уже ушла в хранилище.
Драко вгоняю под основание головы. Добавляю силы, развожу клинки. Грудь раскрывается с треском, и внутри обнаруживается то, ради чего особенно стоило подойти.
Подхватил кристалл, оборвал связи с телом и ушёл в сторону. На голову первому опустился кулак второго.
Херак!
Разбил товарища, заодно закончил с его недостроенной баррикадой. Очень удачно.
— Спасибо, — поблагодарил я, заходя под его руку. — Сейчас и с тобой разберёмся.
Из плеч в меня полетели осколки. Подставил защиту, чуть довернулся, и по предплечью всё-таки резануло. Вот это хороший материал, такого ещё возьмём.
Подрубаю ногу, заставляю перенести вес. Пока каменный старается не свалиться, ставлю Драко в щель возле локтя и выворачиваю сустав.
На этот раз попалась слоистая пластина. Забрал её, затем добрался до того, что держало самого голема. После короткого удара под грудь он осыпался мне под ноги.
Песок уже шевелился со всех сторон.
Оттолкнулся раньше, чем шипы закончили подниматься, и перепрыгнул на плечо следующему. Тот попытался вырастить кристаллы прямо подо мной. Пришлось врезать вниз, разнеся верхнюю часть туловища, и уйти на землю с другой стороны.
Слишком увлёкся выбором, сейчас налезут.
Впереди уже поднимался ещё один. Голова только показалась, а руки он протянул ко мне из-под земли. Уклонился, срезал длинный нарост на предплечье и вогнал Аквилу в грудь.
Слабые связи увидел, пока он собирал тело. Даже целиком вылезти не успел, когда я выдернул из него нужный кристалл.
Дальше пошла обычная работа. Подойти, расколоть, выбрать целое. Долго возиться не собирался, и каждый новый образец сразу уходил в хранилище. Вуаль держал возле себя, лишнюю силу наружу не выпускал. Если по берегу сейчас кто-нибудь и наблюдал, увидел бы чёрную хрень, которая очень сердито добывает камни.
Не должны узнать обо мне… А то, хрен его знает, ещё крабам расскажут, а те матушке…
Один особенно широкий истукан поймал меня ударом сбоку. Принял на доспех, подался вместе с ударом и сам поднырнул к его ногам. Клинками прошёлся под коленями, потом оттолкнулся ему в грудь.
Грохот от падения получился на весь пляж. Пока Пародит пытался собрать обратно ноги, я снял с него большой кристалл, проходивший вдоль спины.
Вот этого хватит. Остальных оставим до следующего визита.
Слева и справа уже двигались стены. Каменные решили зажать меня так же, как крабов. Пропустил перед собой первое остриё, шагнул в его тень и вышел у воды.
По оставленному месту ударили разом. Даже обернуться захотелось, настолько старательно.
Зря стараетесь, я там закончил.
Несколько переходов, и шум остался далеко позади. Под скалой осмотрел добычу. Кристаллы разные, целых хватало. Добил то, в чём ещё держалась чужая жизнь, поставил отдельные печати и убрал поглубже.
Только Пародитов в Горе нам