Рюрик. Князь из будущего - Владимир Викторович Бабкин

— Отправляй уже, не жди, — не отрывая глаз от реки поторопил старейшина воеводу, — Умил пусть поглядит что да, как, и на пороги бежит, а там пусть уже его ждет Бегота.

— Да, Ведомир, уразумел. Сейчас пошлю. И еще паре скажу, чтоб готовы были побежать с новыми вестями от нас.

Старик кивнул, воевода скользнул со стены, некогда лясы точить, чудные корабли идут ходко.

* * *

РЕКА ВОЛХОВ. НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». ВВИДУ КРЕПОСТИ ЛЮБША. 11 мая 862 года.

Мы стояли впятером. Мы — это я, Ольга, Преслана, Торсон, Мёллер. Стояли и хмуро смотрели на приближающуюся крепость. Я её уже видел на экране «глазами» дронов, но визуально она ещё больше и массивнее, чем через камеры.

Что я там говорил, про деревню за частоколом? Мы ещё смеялись. Весело так.

С высоты конечно крепость выглядела деревянной. Дорожки-то на стенах и лестницы деревянные и крыши над стенами и башнями тёсом крыты. Внешние форты так и вовсе частокол.

Говорю — не верь глазам своим, а ещё больше не верь камерам своим. Было ясно, что, вдруг что, крупняки наши разве что ворота вынесут. Стену штурмом взять можно. Веков через пять. Пушек и тренированных для этого людей у нас нет. Только если греческого огня подбросить с воздуха? Но мы сюда не убивать и жечь шли. От викингов как раз здесь и удобно оборону держать. Потому нам целой нужна эта крепость. Первая каменная крепость будущей Руси. Руси никакой ещё нет, а Любше уже два века. Вот и думай, была ли цивилизация в этих землях до призвания Рюрика.

— Борис Петрович, у вас в загашнике крейсера нет случаем?

Мёллер хмыкнул:

— А вам зачем, командор? Мы ж не воевать прибыли, насколько я помню. Да и не «прокормили» бы мы крейсер. Но, соглашусь — выглядит сие весьма и весьма внушительно. Весьма. Я впечатлён, не скрою.

Торсон кивнул, соглашаясь с коллегой.

— Да, серьезная конструкция. Я даже не знал, что наши предки на такое были способны.

Пресланы уже никто не стеснялся особо, но умная девочка помалкивала, хотя выводы делала и на ус мотала.

Ольга тоже промолчала. Вообще, после того, как мы объяснились, я боялся ревности и антагонизма со стороны Оли, но, жена моя как-то не так себя повела, чем я ожидал. Они всё так же держались вместе, что-то обсуждали. Иногда косились в мою сторону. Ладно, разберутся между собой и мне сообщат. Нечего мужчине туда вообще лезть.

Да, жертва со стороны Ольги была болезненной. Но, Преслана не совсем девочка с улицы, которую вдруг навязали. А вот что будет, если (или, когда) княжеский гарем и в самом деле замаячит впереди? Ох, не знаю. Мне и двух жён много.

Впрочем, формально, Преслана мне не то, что не жена, но даже не сватанная невеста. Это у простолюдинов всё просто сейчас — очередной языческий праздник, молодёжь бесится, прыгает через костёр, танцы всякие весьма эротические, потом кустики да стога сена, нужно попробовать если не всех, то хотя бы чтобы сравнить и не ошибиться. Понравилось обоим — кольца из ветвей ивы, осенью сватов засылают, то-сё, свадебка.

С княжной так не получится. Никто не даст её трогать до свадьбы. И она сама не даст. Будущий муж должен быть уверен, что он у неё первый. И брак ведь политический. Всегда. Это только в сказках Царевна Забава сбегала на летучем корабле со своим любимым в небеса. Увы, «Штокман» летать не умеет. А жаль.

Что ж, буду добиваться дозволения на брак от Гостомысла. Со всеми обрядами и плясками с бубном. А это непросто. Вадиим опять же. А он не отступит, я уверен. Ведь брак с Пресланой даёт право на власть. И даже если это Вадиим, как и я, этого брака желает, так за ним же стоит вся водь. Собственно «имя» его не имя, а просто «Вождь води», а теперь тоже вождь.

Но, мы уже определились ДО БЕРЕГА. Поэтому за мной надёжный тыл в виде согласия двух женщин и поддержки команды. Потому я полон решимости отстоять свою женщину, пусть даже и вторую.

И Преслана хочет остаться.

И команда хочет.

Так что выбора у меня нет.

ДАЖЕ ЦЕНОЙ ВОЙНЫ.

Любшане, ещё когда варягов шедших впереди нас увидели, как ошпаренные забегали. Ушли за стены, скот загнали, даже лодки с пристани унесли. Видно что не первые у них учения по поводу такой «чрезвычайной ситуации». А может и не только учения, не зря же они стены такие возвели?

— Командор, есть картинка. Главных вроде нашли.

Дроны летают после случая с Ульфом на отдалении, но операторы видят общую картину и могут разобрать по поведению кто там кто есть. Теперь с одного из них и оптики «Штокмана» за выявленными крепостными начальниками следим.

Оборачиваюсь к экранам. Мужчина в кольчуге и старик весьма почтенный. Старик что-то говорит, Преслана по губам переводит:

— … посли иного. И еще ко Гостомыслу отряди Умила с Беготою. Уразумел ли?

— Мудр ты еси, Ведомире. К варягам уже сестрича своего Дражку послил, на обратном пути велев и за ладьями приглядети, но прав еси — надобно иного послати, дабы прежде узрел. Ныне распоряжусь. И о посольстве ко Гостомыслу: посмотрю с отроками за ладьями, да сочтут, дабы имел Гостомысл с чем идти.

Ну, конечно не ИИ, но всё чётко.

Гляжу за разговором в крепости, рации передают переговоры наших на берегу, на катерах и даже переговоры на драккарах.

Такие дела. Двадцать первый век…

Встаем малым ходом носом к крепости, посреди реки. Волхов нынешний полноводен, но глубины мы постоянно мерим. На «Штокмане» к здешнему причалу мы точно не подойдём.

— Стоп, машина.

Ну, мы на месте.

— Отдать якоря. Подготовить шлюпки и трап.

Якоря упали в воду, загремели, разматываясь цепи. Мы зафиксировались. Драккар Мечислава высадил его на лестницу трапа и отвалил дальше.

— Юля, остаешься на хозяйстве. Последи за ними.

Я не уточнил, за кем, «за ними». Зная Юлю — это значит, следи за всеми.

— Да, командор. Всё будет в порядке. Хорошего разговора с местными. Наушник не забудьте.

— Хорошо.

Наушник в ухо, камеру на каску, микрофон в петличку. Теперь остающийся