S-T-I-K-S. Человечность - Даниил Владимирович Ткаченко
— Почему? Совсем неинтересно?
— Я еще две недели назад был дома.
— Ого! — Алиса удивленно осмотрела его, хмыкнула. — По виду не скажешь. У тебя взгляд особый. Я такие видела, когда брата с войны встречала. У него, у его товарищей…
— Щдесь у всех такой.
— Нет. У Холопа, Копатыча обычный. У Ника тоже.
— А какую способность хотела бы ты?
— Не знаю, — после долгой паузы ответила она. — Помогать людям. Но как? Нужно что-то особенное, сильное! Хотя бы знахарем стать, как Гип. Кир…
— Ну?
— Зачем ты тогда поехал с… теми, двумя? Я тут прочитала, — хлопнула по карману с брошюрой по Стиксу. — Что их ненавидят больше всех. Нет никого хуже, разве что внешники.
Последнее слово сказала с такой ненавистью, что Кирилл поежился, невольно посмотрел в сторону Ника. Тот возился со своей непонятной пушкой.
— А откуда ты знаешь, кто я? Может, такой, как они.
— Иначе бы не спрашивала.
— Да я и сам пожалел потом. Но иногда выхода нет. Откажись поехать с ними, покажи я страх, меня бы убили. А потом, когда в лесопилке все началось, я хотел перестрелять их, ждал момента… Прости. Надо было сделать это сразу, до того, как тебя…
— Не надо, — она покачала головой. — Я забыть стараюсь. Ты ухаживал за мной, пока я в нирване была, я помню.
Помолчали.
— Но я не пойму, — Алиса потерла виски. — Почему те уроды с Ником сцепились? И как он на лесопилке оказался?
— О чем ты?
Алиса рассказала свою историю. Как оказалась в Стиксе, их с классом «эвакуировали» внешники, отбили иммунные, хотели отвезти в стаб, но на стоянке напали мертвяки.
— Ник в тот момент пошел за водой, повезло ему. А я… не знаю, как выжила. Долго по лесам брела, пока меня не поймали муры…
Конечно, Кирилл знал о прошлом своих товарищей. Гип поведал. Но рассказ Алисы дополнил картину новыми деталями. Получается, хитрец Рамов закосил под жертву внешников и сбежал? Ну да, он ведь уже был заражен, ходил без маски.
— Странно все. Вроде помню, но урывками. Спасибо Гипу, иначе бы с ума сошла, — Алиса потерла шею, где виднелась полоска светлой кожи шрама на месте раны. — А как мы выкрутились? Кто-то газовую гранату взорвал?
— Угу, — буркнул Кирилл. Посмотрел на Ника. Тот о чем-то тихо говорил с Копатычем, показывая пушку нолдов. Да уж. Мало того что запачкался общением с мурами, так еще путешествует в компании со внешником. Пусть и бывшим. Наверное, надо было убить Шпрота, Жабыча и Ника в самом начале. Но Кирилл и сам не лучше. Мог ли спасти ту семью на заправке? Вряд ли. Но помнил свою радость и злорадство, когда отобрал машину, гарантированно обрекая на смерть.
А Найк и его дружки? Можно было помочь выжившим после атаки мертвяка. Показать, где вольфрам, смирно таскать за процент и жить в Лесном. Но нет, с удовольствием пристрелил их.
Нельзя говорить Алисе правду о Нике. Либо попытается убить, либо никуда не пойдет, упрется из принципа. А разделяться опасно. Новым знакомым, Копатычу и Холопу, Кирилл не доверял.
А нужно ли держаться вместе? Просто уйти. Судьба Алисы и Гипа — не его забота. Все равно скоро разбегутся в разные стороны. Но нет. Кирилл понял, что оттягивает момент. Банально страшно снова остаться одному. Наверняка Рамов мыслит так же.
Кирилл в ответ рассказал свою историю. Без лишних подробностей.
Подошел Холоп.
— Эй, ты как? — спросил заботливо, взял ее руку. — У меня есть коньяк, давай тебе с живчиком намешаю?
Кириллу стало тошно. Интонации Холопа были обволакивающими, тихими. При любой возможности касался Алисы. Вспомнил, что иногда видел такое на студенческих пьянках. Обязательно находился парень, который цеплялся к девушке и не отставал. Без грубостей и силы, тонко лавируя, чтоб его не выкинули за дверь. Отказы не слышал, убеждал, что его интересует «только дружеское общение» и продолжал лезть. Постоянные тактильные контакты, попытки ухаживания… Что? Идешь спать? Я лягу с тобой рядом, просто полежим, ты так интересно рассказываешь, у тебя такой богатый внутренний мир… И самое удивительное, это срабатывало, парочка уединялась до самого утра с недвусмысленными звуками.
Кирилл встал и отошел на другой конец крыши. Не выдержал, обернулся. Алиса положила голову на плечо Холопу, а тот что-то увлеченно рассказывал. Приковылял Гип, начал хмыкать, жевать губами.
— Это биология, — не выдержал. — Не осуждайте Алису.
— Да мне какое дело? — ненатурально удивился Кирилл.
— Она снова в стрессе, остро нуждается в защите… или защитнике.
— Ага, Холоп именно защитить ее хочет! — сказал с едким сарказмом.
— Представьте себя на ее месте. Вам страшно, одиноко, рядом увивается пошлая баба, хватает вас, тискает, но при этом слушает, отвлекает болтовней, играет мышцами…
Кирилл невольно улыбнулся.
— … или что там у нее. А есть нормальная девушка, но она, едва вы заводите разговор, встает и уходит. Как вы прямо сейчас. Как бы поступили? Кинулись догонять, выпрашивать заботу и внимание?
Кирилл почувствовал, как краснеет. Действительно, все просто. А он — идиот.
— А вы не только в медицине разбираетесь, получается.
— Три раза был женат, — рассмеялся Гип. — Да, я не красавец, мягко говоря, но у женщин внешность не на первом месте. А с теми, кто лишь на нее обращает внимание, и связываться не стоит.
— Вы и Алиса скоро осядете в стабе. А я? По ночам через стенку букеты с записочками кидать? Так что… Все бессмысленно.
Кирилл махнул рукой, поплелся к Нику. Тот задумчиво листал инструкцию к непонятному оружию.
— Зачем ты ее таскаешь? Или пальни уже, станет ясно, что это.
— Нолдовскими штуками разбрасываться нельзя… За некоторые технологии можно половину развитого стаба выкупить.
— Давай пальнем! — не успокаивался Кирилл. — Интересно же.
— Именно. И не нам одним. Ты убивал в Стиксе? Я не про зараженных.
— Угу. А что?
— Мне не нравятся Холоп и его дружок, — Рамов понизил голос.