Парагвайский вариант. Часть 4 - Олег Воля

Но относительная теснота зала натолкнула Солано на мысль об альтернативном сценарии. Дело в том, что в Белене среди сувениров из Амазонии ему достался пучок коротких оперённых дротиков и небольшой деревянный тубус с чёрной смолистой пастой. Это было самое настоящее кураре. Верми хвалил этот состав и называл его «ядом на два дерева» — что означало, что раненая обезьяна успевала перепрыгнуть два дерева, прежде чем паралич лишал её подвижности и она падала на землю.

Память Долова подсказывала, что кураре вполне долго хранился и не сильно при этом терял в эффективности. Так что в арсенале Солано был ещё один инструмент. Вот только средство доставки — двухметровую духовую трубку — он с собой из Амазонии брать не стал, полагая, что при необходимости трубку сделает сам.

И вот необходимость нарисовалась.

Уподобляться дикарю из леса и напрягать свои лёгкие Солано даже в голову не пришло. XIX век на дворе! Человечество уже знало великолепные образцы пневматического оружия — от многозарядной системы Жирардони до работ европейских оружейников вроде Штоденмайера, Контринера и Фрювирта. Жаль только, что заранее Солано об этом не подумал, а в Буэнос-Айресе ничего пневматического достать было нереально. Ну а раз так, то следовало сделать самому.

В Нью-Йорке, готовясь к акции, Солано приобрёл две спортивные винтовки — сорокового и тридцать пятого калибров. Последняя стала основой для переделки в казнозарядную. А винтовка сорокового калибра так и осталась дульнозарядной. Вот её-то Солано и решил использовать. Для этого нужно было создать два элемента — баллон и клапан.

В качестве баллона подошла толстостенная медная турка для кофе, купленная в магазине английского торгового дома. Она была сделана без швов — с помощью вытяжки. Осталось только заплатить мастеру-меднику, и он заузил горлышко и припаял баллон к спусковому механизму серебряным припоем.

Механизм этот изготовить оказалось намного сложнее. Но среди людей Алистера Макинтоша нашёлся слесарь, который взялся за это в свободное от основной работы время. Используя элементы родного замка винтовки, он, с подсказками Солано, изготовил из латуни подпружиненный клапан, который молоточек ударника приоткрывал на короткое время, а регулируемая возвратная пружина возвращала в прежнее закрытое положение.

Источником сжатого воздуха послужил штатный насос от «Вакханки». Он вполне был способен продавить воду в котёл, где давление доходило до 10 атмосфер. Так что приспособить его для набивки баллона было делом техники.

К концу ремонта яхты пневматика была готова. Спусковой клапан врезан в казённую часть, к нему снизу наглухо припаян баллон. А заряжалась воздухом вся эта система через ствол. На его конце была нарезана резьба, и вся винтовка наворачивалась на специальный патрубок насоса. Спусковой клапан ставился в открытое положение, и воздух набивали в бывшую турку, ориентируясь на показания внешнего манометра.

При всей монструозности конструкции она исправно работала. Одной заправки баллона хватало на примерно три одинаковых стабильных выстрела и ещё семь выстрелов с заметно ухудшающимися характеристиками. Дротик в поддоне из папье-маше уверенно бил точно в цель на 30 шагов. Лететь он мог и дальше, но уже не точно и не всегда остриём вперёд. Единственно что удивляло — довольно громкий хлопок. Бесшумной эту винтовку назвать было сложно.

Решение было элементарно простым. Резьбу на конце ствола переделали так чтобы на неё можно было навернуть глушитель от пороховой винтовки и выстрел стал звучать как шипение газировки.

Оставалось потренироваться в стрельбе. И делать это было лучше всего в Уругвае. Подальше от вездесущих соглядатаев Мазорки.

* * *

Все персоны упомянутые в главе абсолютно историчны. Кроме управляющего гостиницы и владельца верфи разумеется.

Ремонт «Вакханки» занял две недели. По окончании ремонта Солано расплатился с Макинтошем и двинул в Уругвай. Пока шоу не переберётся в Буэнос-Айрес, самому Солано делать там было нечего. А вот в Уругвае, в устье Санта-Лусии, его ждали Рамон, гуарани, Анна и пачка новостей с телеграфа. От связи он был всё это время оторван, поскольку антенное хозяйство демонтировали перед ремонтом.

Пришвартовавшись Солано оглядел локацию.

Рамон и гуарани уже вбили в дно реки несколько свай. К ним позже привяжут длинный пеньковый канат, на котором между берегами будет курсировать паром-самолет. Идея такого парома не была нововведением попаданца — их уже строили и до него, но в Европе. До Уругвая такой метод ещё не добрался.

Сам понтон был ещё не готов. Его строили выше по течению Санта-Лусии, там, где к речке подступают леса. По словам Рамона, через неделю его обещали спустить по течению к месту будущей службы.

Домик паромщика уже перестал выглядеть заброшенным. Появилась мебель вместо украденной, на окнах колыхались муслиновые занавески. Комары были в этих местах одной из существенных проблем. На открытой кухне хлопотала Анна. Она уже заметно округлилась во всех местах, и на лице у неё вылезли некрасивые пятна, отчего она жутко страдала.

— Я знаю, что они должны пройти после родов, но так неприятно, — хныкала она, прижимаясь к своему мужчине. — Вдруг я тебе разонравлюсь.

В настроении легко читался страх остаться одной на чужбине с ребёнком и без денег и статуса. Солано не имел достаточного опыта в утешении женщин, но излил на неё поток заверений, что она самая-самая и всё будет хорошо. Что они обязательно доберутся до Асунсьона и там поженятся. Вроде успокоил. И смог уже заняться корреспонденцией.

Из Нью-Йорка, помимо текущих новостей о бизнесе и движении средств, пришёл обзор обстановки в политическом пространстве США. Тема «великой кражи» не прекращает будоражить общество. По улицам Нью-Йорка чуть ли не каждый день ходят толпы, распевая: «новомодный боевой гимн республики авторства какого-то Сороса». Но верховные власти проявляют осторожность в речах.

Её же проявил и кандидат от Демократической партии Мартин Ван Бюрен — и за это поплатился. На внутрипартийном голосовании он проиграл протеже Джексона, экспансионисту Джеймсу Полку.

«История повторяется, — подумал Солано. — В реальности Полк тоже выиграл борьбу кандидатов своей воинственной риторикой по Техасу».

По мнению дяди Лопеса, южане пришли к консенсусу о необходимости войны за Техас.

«В демократической прессе рисуются апокалиптические картины для США. Британия получит свой источник дешёвого хлопка и сможет вынудить американских плантаторов снижать цены. Кроме того, земли Юга истощены, и многие крупные игроки рассчитывали