Брошенная невеста дракона - София Руд

Сейчас еще и про мою бездарность напомнит?

— В твоем случае помогут только правильные тренировки. Я собрал команду. Времени на подготовку к соревнованиям осталось мало, двоих уже отчислили. Так что считай, что ты принята с поблажками. И иди за мной, если действительно хочешь получить свой Силах.

Ох, ничего себе! Наверное, стоит порадоваться долгожданному шансу обучаться у самого талантливого выпускника боевого факультета.

Только вот мне подачки не нужны!

— Спасибо за предложение, но я свое место в команде займу по праву, а не в долг, — выдаю я.

Дэзар, конечно же, не понимает, что я имею в виду. Сердито наблюдает за тем, как я, гордо выпрямив спину, делаю несколько движений руками и гордо произношу: «Силах!»

Смешки в образовавшейся возле нас толпе уверенно пророчат мне очередной провал, но как же приятно видеть удивление на лицах, когда передо мной возникает не просто всем надоевшее золотое свечение, а стрелы, лук и даже колчан. И да! Они когда-то слушались только Дэзара.

Еще секунду назад я не была уверена, что у меня получится, потому что даже на тайных тренировках выходило через раз. К тому же артефакт сломался. Зато в моем сердце столько огня, сколько я прежде и не чувствовала.

— Боги… Как? — слышится в толпе.

Но они еще не знают, что это лишь первая часть моего шоу, потому что вторая выглядит так…

— Два Силаха? — охают адепты, когда в воздухе появляется… веер. Угу, самый обычный веер. Но зато мой! Собственный! И ради этого стоило не спать и мучиться!

Внутри столько радости, что даже природа слышит крик моей души. С неба, как по щелчку пальцев, срываются первые хлопья снега и танцуют в воздухе, обнимая целых два призванных мной Силаха.

— Лив, как такое возможно?! — завороженно выдают соседки.

Только их осипшие голоса перебивает резкий визг:

— Лив Руж?!

Оборачиваюсь и вижу профессора Сайру, глаза которой округлились настолько, что занимают почти половину лица. Но пугает меня вовсе не она, а стоящий за ее спиной седовласый мужчина в зеленой мантии — ректор.

Вот так показала фокус!

Я впервые в кабинете ректора, и от нервов подрагивают пальцы. Вскользь оглядываю темную резную мебель и огромный стол с двумя креслами, обтянутыми черной кожей. В одно из них седовласый глава академии и велит мне сесть, пока проминает тяжелыми медленными шагами красно-зеленый ковер.

Пересиливаю себя, чтобы подойти. Не в силах избавиться от странного, сковывающего по рукам и ногам дискомфорта, опускаюсь на сиденье. Оно мягкое, а чувство, будто на камни села. Это от нервов, от непрекращающегося беспокойства о том, как отреагирует ректор на то, что я сделала во дворе, призвав сразу два Силаха, один из которых даже не мой.

До сих пор глава академии не сказал мне ни слова и даже лицом не намекнул, одобряет он мой успех или считает такую выходку неприемлемой. И сейчас, когда он грузно садится за свой стол, его со спины засвечивает солнце. Трудно будет считывать эмоции, но утешает одно: пышущую явным недовольством профессора Сайру он в кабинет не пустил.

— Значит, два Силаха, адепт Руж, — тянет ректор, задумчиво почесывая седую бороду.

— Золотые стрелы я не намеренно призывала. И никакого запрещенного заклинания не использовала. Так уж выходит, что сначала появляется чужой Силах, и только затем уже — мой собственный, — спешу я объясниться, но при этом заставляю голос звучать спокойно и уверенно.

Лебезить бессмысленно, хотя именно этому и учили девушек в моих кругах. Либо молчи и слушай (что лучше всего), либо моли. Никаких пререканий и оправданий!

Но в этой академии я поняла, что никто не посчитает тебя бескультурным или невоспитанным, если ты деликатно и четко объяснишь свою позицию. Даже если она не сходится с мнением другой стороны.

Выходит, Эш-Альс уже дал мне больше, чем я рассчитывала. Он дал мне шанс узнать мир за пределами старого общества. И шанс познать саму себя.

— Был призван Силах Дэзара Дьемара, если я не ошибаюсь, — уточняет ректор.

Я молча киваю, давая ему время обдумать случившееся.

— Что ж, давно такого не происходило. Но теперь я понимаю, почему прежний ректор поставил личную печать на пригласительном письме для вас, — заключает он.

Во мне разгорается нешуточный интерес.

— И почему же? — тихо спрашиваю я.

— Полагаю, дело в вашей матери. Она ведь не из круга староверов. И, насколько мне известно, всегда выдавала себя за сироту без дара. Однако…

Он делает паузу в самый неподходящий момент. А меня даже передергивает изнутри.

Я не помню, когда в последний раз дома говорили о маме. Разве что бабушка порой упоминала ее, но затем тут же меняла тему. А отец — так и вовсе бледнел и сжимал челюсти до скрипа. Я считала, что это реакция на потерю любимой женщины, но, может быть, он знал что-то еще?

Если ректор сейчас не договорит то, что собирался, меня разорвет на части.

Терпи, Лив, и жди!

— Однако… — наконец-то возвращается из своих воспоминаний ректор и оставляет в покое замусоленную пальцами белую бороду. — Она несколько раз приходила к бывшему ректору. Потому ваше лицо и фамилия показались мне знакомыми. Разве что волосы…

Он кидает взгляд на мое рыжее каре. Верно, мама была блондинкой.Я тоже сейчас сидела бы с таким же цветом волос, если бы не извозчик и не необходимость скрываться. Сначала от слухов, которые могли дойти до академии, но, к счастью, так и не дошли из-за запрета на связь с внешним миром. А потом уже из-за жениха, который, как оказалось, даже не потрудился запомнить меня.

— А вы знаете, зачем мама сюда приходила? — Я пересиливаю себя, чтобы задать вопрос.

В груди все дрожит. Я готова ловить каждое слово, которое дает обманчивую надежду ухватиться за ниточку, ведущую к маме.

— Нет. Но думаю, насчет своей магии она лукавила. Возможно, из-за суровых законов, все еще действующих в обществе старой касты. Эта магия есть и в тебе, иного объяснения случившемуся сегодня я не вижу, — говорит ректор, откинувшись на высокую спинку кресла.

Помолчав, он приподнимается, опирается ладонями на стол и очень внимательно смотрит на меня.

— Что ты помнишь о своей матери, Лив?

Казалось бы простой вопрос, а к горлу подкатывает ком боли.

Я помню только