Последний Начертатель Пустоты - Оливер Ло
Обычная плоть удержать Небесное русло не могла. Чтобы кость больше не смыкала проход, практик должен был выковать канал заново: за те три вдоха, пока затвор открыт, пропустить сквозь костный мозг чистую сущность сокровища мирового уровня. Тогда кость впитает его первородный закон, закалится изнутри и навсегда сохранит новое русло. Восемнадцать Небесных каналов требовали сокровищ немыслимой ценности, причём каждый следующий канал открыть будет тяжелее предыдущего.
Мин свернул кожаный свиток и посмотрел на тёмное окно. Впереди лежал Звёздный Кратер. Сердцевину Звёздного Железа на его дне он собирался добыть для будущего тела старого учителя, а теперь она могла помочь и ему самому открыть следующий канал.
У перевала Трёх Сосен дорога уходила с равнины в каменистые кручи. Тропа здесь вилась по узкому карнизу над глубоким провалом, на дне которого в белой пене билась горная река.
На площадке под нависшей скалой Мин усадил Ши Эр на плоский валун и сел рядом. Закатал левый рукав, распустил внутреннюю складку ци. На запястье полыхнуло багровое деревце родовой метки Хань. Прежде чем соваться в оживлённые места у кратера, он хотел проверить, кто пасёт эти дороги и как быстро сюда доберутся люди Дворца.
Ждать пришлось до полудня следующего дня.
Снизу, со стороны соснового редколесья, донёсся перестук окованных сапог и звон оружия. На карниз один за другим поднялись тринадцать человек. Десятеро носили тёмные кожаные куртки местных ловчих с железными бляхами на груди. Впереди шагал сухопарый загонщик в сером плаще Дворца с костяным компасом в руке, а по бокам от него шли двое широкоплечих воинов. Оба открыто давили вокруг аурами ранней ступени Ядра.
Серый загонщик остановился в тридцати шагах, сверился с дрожащей костяной стрелкой и уставился на одинокого юношу с белым посохом и девочку в чёрно-красном платье на камне позади него.
Мастер Ядра справа, рослый детина с медными кольцами в ушах, довольно ухмыльнулся:
— Гляди-ка, братцы, сидит и дожидается! Я думал, мы до самой ночи будем гонять эту дичь по буеракам! За живой ключ рода Хань надзиратель Гэ отсыплет нам столько звёздной руды и чистого серебра, что каждый до старости будет пить столичное вино!
Второй практик Ядра, кривоносый мужчина со шрамом через губу, оглядел Ши Эр, задержав взгляд на её лице и длинных волосах:
— А малявка-то при нём совсем ладная, чистенькая. Старший, как закуём этого умника в колодки, отдай девчонку нам на вечерок. Позабавимся, всё одно её к утру отправят во дворец, а там разберут для поглощения силы.
Ловчие за его спиной гадко засмеялись, вытягивая из ножен широкие тесаки.
Мин поднялся с камня и коснулся бронзового колокольчика у пояса. Над валуном, где сидела Ши Эр, со звоном сомкнулся золотой купол Колокола Первого Устава, отрезая девочку от звуков и ветра ущелья. На обоих концах карниза в трещинах камня вспыхнули две чернильные капли. Клякса оставил их там ещё на рассвете.
При звуке древнего колокола серый загонщик побледнел:
— Назад! В рассыпную!
Мин вскинул левую руку и сжал серебряное начертание «Бездны» в полосу шириной в три шага. Она протянулась вдоль карниза от одного конца до другого, накрыв всю тропу перед ним. Знак забирал вдвое меньше силы из Ядра, зато тяжесть Дна Разлома теперь давила на весь каменный выступ.
Воздух над карнизом потемнел и рухнул вниз.
Десять ловчих и серый загонщик даже вскрикнуть не успели. Кости хрустнули разом; тяжесть расплющила людей о тропу, выбила оружие из рук и вдавила тела в щебень.
Устояли лишь двое мастеров Ядра. Их защитные покровы затрещали под гнётом, но выдержали долю вдоха, позволив вырваться из-под удара. Практик с медными серьгами бросился назад к спуску, а кривоносый швырнул под ноги дымовой шар и прыгнул к скальному уступу.
Мин сложил пальцы в знак «Переноса».
Пространство мигнуло. Мин шагнул из чернильной метки у спуска прямо перед рослым охотником. Белый «Драконий Хребет» с ударил того в горло, пробил остатки духовной защиты и сбросил обмякшее тело в пропасть к реке.
Мин развернулся и разомкнул звенья посоха. Среднее звено на длинной духовной нити со свистом рассекло клубы дыма и раздробило кривоносому оба колена.
Охотник с воем рухнул лицом на камни и потянулся к выпавшему мечу. Мин наступил ему на кисть, придавив пальцы к скале. Меньше четырёх вдохов ушло на то, чтобы уложить весь отряд.
— Ты слишком вольно открыл рот в сторону Ши Эр, — сказал Мин, глядя сверху вниз в искажённое болью лицо. — Всякий, кто посмеет хотя бы подумать о том, чтобы тронуть её, умрёт вдесятеро хуже.
Мин сомкнул звенья посоха и добил охотника ударом тяжёлого навершия.
Затем присел у тела серого загонщика и вытащил из его нагрудной сумки вощёную карту провинции и приказ с печатью. Всем местным постам велели следить за меткой Хань и докладывать о каждом её перемещении до прибытия из столицы Дворца «особого посланника». На карте жирной чертой выделялись рудные тракты. Дворец собирал с этих земель огромную дань звёздной рудой, а работами и охраной ведал надзиратель Гэ Хуай. Руду возили из Железной Чаши, гигантского кратера упавшей звезды посреди Железных гор. Того места, которое значилось на карте из Архива Тан.
Мин сбросил тела в стремнину и смёл окровавленный щебень ветровым талисманом. Затем снова спрятал багровую метку на запястье во внутреннюю складку ци. Он узнал достаточно. Сняв купол Колокола, юноша посадил Ши Эр на плечи и свернул с главного тракта на боковую горную тропу.
Через два дня пути они вошли в Хэйтие — мрачный пограничный городок в двух переходах от самого кратера. Дома здесь складывали из тёмного ноздреватого шлака, с окрестных плавилен несло гарью и серой, а по улицам то и дело сновали хмурые наёмники и рудокопы.
В двухэтажной чайной у западных ворот стоял чад от бараньего жира и дешёвого табака. Мин занял угловой столик у окна, заказал чайник горячего чая и для Ши Эр блюдо ягод в застывшем меду. Ягоды нанизали на тонкие палочки, и девочка сразу потянулась к угощению.
Не прошло и десяти минут, как на лавку напротив без приглашения скользнул юркий человечек с редкими усиками. Его глаза бегали от посоха Мина к кошелю у пояса. Уличный шептун, из тех, кто кормится продажей