Покойтесь с миром, или я вам помогу - Керри Лемер

— Нари?

Передо мной стояла сбежавшая эльфийка, заламывая руки. Вспотевшая, красная, в пыльном платье, покрытом пятнами и взглядом… ну примерно таким, какой был у каждого жениха, приведенного дедом, когда они уносили ноги из этого дома.

— Корнелия, помоги! — Она всхлипывала и смотрела на меня так жалобно, что у меня аж скулы свело.

— Так, пошли, я буду одеваться, а ты рассказывать, времени нет.

Вбежала в комнату, быстро достала удобный костюм на все случаи жизни и смерти — приталенная блузка и штаны наподобие растянутых треников. Пока одевалась, Нари, чуть не рыдая, рассказывала историю их побега.

— Ну и вот, оказались мы, значит, на кладбище. Маник сказал, что там нас точно не найдут.

— Еще бы, — пробормотала.

Идиот — он и на кладбище другого мира идиот, а Маник бил все рекорды.

— Мы собирались вернуться, прихватить еды, воды, одежды и денег, а потом отправиться в город, как тут… — Она заплакала. — Мертвые начали вставать из могил. Я еле сбежала, а он остался та-а-ам… — Она завыла, точно герцог Вольфрам, когда услышал про дядюшку Мортимера. — Корнелия, его съедят, помоги.

— Его даже Чернышка есть не стала, а более разумные и подавно не тронут, — Увидев выражение лица Нари, вздохнула. — Не реви, Маник глупый, но живучий, спрячется, пока мы с дедом проблему решать будем.

— Там лич, я видела, — прошептала Нари, — они чуют все живое, от них еще ни один разумный не сбегал.

— Так то разумный, а то Манник! — Я схватила лопату, а Нари — меня.

— Я пойду с вами! — Ее голос сорвался на писк, а хватка на моей руке была похлеще, чем у начальника СИЗО в сезон отпусков.

— Нет уж, дома сиди, а то опять делов наворотишь! — возмутилась, отдирая ее пальцы от рукава. — Не хватало еще потом тебя спасать. Жди, говорю.

Выскочила за дверь и заперла снаружи, чтобы эта дуреха за мной не пошла, а сама побежала вниз с лопатой наперевес.

— Спаси его, пожалуйста! — неслось мне в спину.

Дед уже ждал, при полном параде. Надо же, прямо как в армии — оделся, пока горит спичка. Лицо хмурое, сосредоточенное, в руках какая-то странная вещица. Наверняка очередной артефакт. Хоть бы в этот раз без приключений обошлось, не хотелось переместиться на крышу чужого склепа.

— Ну что, дед, готов? — Я поправила лопату на плече.

Он кивнул, схватил меня за руку, и перед нами открылся портал. За сиянием я видела множество скелетов, а за ними, словно военачальник, возвышался… возвышалось… в общем, нечто. Наверное, это тот самый лич, о котором Нари упомянула.

Это было последнее, о чем я подумала, прежде чем шагнула в портал. И лишь потом поняла, что нас не двое…

— Ну, внуча, настал час твоего величия!

Хотелось сказать, что я так-то не рвалась в местные знаменитости, хватило одной паршивой газетенки.

Оглянулась. Думала, пойдем вдвоем с дедом, но за нами зачем-то увязался Сережа… и Каррэт. Получается, квартет? Ох, и зачем только рогатый с нами отправился? Толку от него никакого, только если нежить возжелает выпить на брудершафт.

— Ты на кой ляд с нами поперся, нежить перегаром распугивать? — прошипела, ткнув рогатого в бок.

— Я демон высшего ранга, — возмущенно пыхтел Каррэт, — от меня больше пользы, чем от этого, — и кивнул на Сереню, спрятавшегося за чьим-то надгробием.

В чем-то я была с ним согласна. Ну не выглядел скелет в фартуке и с чепчиком на голове угрожающе.

— Ладно, — отмахнулась от горе-помощников, — поздно пить боржоми.

Портал закрылся. Мы стояли посреди древнего кладбища, перед нами армия нежити во главе с личом, за ними все то же кладбище, но уже перекопанное, словно один из восставших трактористом подрабатывал.

— Деда, а может, с ними это… поговорить? Пусть приберутся тут, в могилки свои вернутся, а мы завтракать пойдем, я даже прощу им утренний будильник, — предложила с надеждой. Ну а вдруг.

Дед медленно повернул голову, посмотрел на меня как на недоразумение некроманской природы и прошептал нечто далекое от всех приличных слов.

— Корнелия, мы где, по-твоему? На светском рауте? — разозлился дедуля, указывая на ходячих мертвецов. — Конечно, побеседуй с ними, спроси о погоде, их самочувствии! Они марионетки лича, а не собеседники с плохой гигиеной. Плюс источник его силы. Одного мертвеца упокоишь — еще парочка восстанет, и уж явно не для того, чтобы чашечку чая выпить.

Мда… Нервный дед — горе в семье. Я же просто предложила, а он вон как разозлился.

— Тоже мне, лернейская гидра, — вспомнила старую легенду. Откуда такое в памяти — ума не приложу. Никогда не увлекалась подобной литературой, а гляди ж ты, застряло.

Вечно в моей голове что-то застревает, то лопата, то бред какой-то.

— Надо подобраться к личу, — дед вглядывался в мертвяков, которые и не особо-то интересовались нами, мычали что-то, травку топтали, но при этом упорно продвигались вперед, — и ударить вместе, я заклинанием, ты лопатой.

Проще сказать, чем сделать. Смотрела я на это существо и думала, что он и близко нас не подпустит. Понимает же, что на кону, да и рожа у него не больно-то дружелюбная. Какого ляда он вообще восстал? Лежал бы себе в загробном мире и в картишки играл!

— И как мы это сделаем? — с сомнением осмотрела наш квартет.

Сереня так и прятался за надгробием, от Каррэта толку как от козла молока, дед уже не молод, чтобы наперегонки с нечистью носиться, оставалась только... Почти полноценная боевая единица, не я — лопата.

— Нужен отвлекающий маневр, — дед оглянулся и внезапно гаркнул так, что у меня аж уши заложило: — Анарендил!

Сереня нехотя выглянул из своего укрытия, обреченно вздохнул и трусливо засеменил к деду.

— Не трясись, столько шума от твоих костяшек, — дед был крайне раздражен, — все в порядке с тобой будет, просто стой и привлекай внимание.

Стоять и ничего не делать в окружении армии мертвяков — та еще задачка,