Первый рассвет - Анатолий Пак

— Рация где? — спросил Игорь.

Марсель потер лицо ладонями.

— Нету рации. Здесь она не брала, я тогда в проход вышел, к пандусу. Там ловило. Ты ответил, я начал говорить, а тут одна из этих… — Он кивнул на дверь. — Из-за машины выскочила. Мне надо было руки освободить… Ну, я ей рацию в морду и кинул. Сам не знаю зачем. За машинами прятался. Думал, все, конец, а она на кого-то другого отвлеклась. Еле успел сюда заскочить. Потом телефоном светил, пока не сел. Вчера вечером.

— А выйти?

— Пандус вон там, за стенкой, с этой стороны. — Марсель кивнул в сторону, куда уходили красные трубы. — «Субару» наверху, сразу за ним, у баков. Метров сорок. Ключи вот. — Он похлопал по карману. — «Ярис» здесь стоит, но на нем не выедешь. На подъеме две машины столкнулись, и за ними еще штук пять. Вчера я до середины доходил. Протиснуться можно. А дальше один не пошел. А с ними… — Он посмотрел на жену с дочкой. — С ними тем более.

Он помолчал.

— Я твое письмо прочитал, Игорь. В ту ночь. Когда уже кричали во дворе. Про пандус, про машины на подъеме. Мы уже спускались, а я все думал…

Игорь не ответил. Он сидел у бизнес-центра в машине, а Марсель говорил ему: «Я беспокоюсь за тебя». И просил позвонить утром. Можно было сейчас вспомнить и это. Но Марсель и сам все помнил, по нему было видно.

— Если через пандус не выйдет, — сказал Игорь, — что еще есть?

— Вон там, по ряду, дверь во второй подъезд. Наш. Только что в подъезде, я не знаю. И двор с той стороны.

Игорь вспомнил серую двустворчатую дверь с трафаретом. Значит, та самая.

— Двор ваш видели. Туда нам точно не надо. Пошли к пандусу. Я первый, Марсель за мной. Ира с Алиной и Наташей. Сеня последний.

Марсель потянулся к черной сумке, но Ира оказалась у нее раньше и перекинула длинный ремень через плечо.

— Я возьму.

— Тяжелая же.

— У тебя ружье.

Рюкзак Марсель надел сам. Алина спрыгнула с коробки, прижимая зайца, и посмотрела на Иру снизу вверх.

— Вот здесь держись, — сказала Ира и показала на свой ремень сбоку, рядом с карабином. — Крепко. И иди за мной, ничего не бойся, дядя Игорь с папой нас защитят. Договорились?

Девочка послушно кивнула и взялась за ремень, Наташа держала ее за плечо сзади.

Шли вдоль красных труб, потом через проход между колоннами. Здесь было светлее: впереди, в конце ряда, серел второй въезд. Запах стал гуще. У колонны лежал мужчина в одних трусах. Чуть дальше — еще двое, и Игорь светил не на них, а под ноги. Алина шла, уткнувшись лицом в бок Иры, и Ира закрывала ей обзор локтем.

Пандус поднимался вверх прямо и круто. Как Игорь и писал в письме, только наяву: две легковушки сцепились на середине подъема, одна вмята боком в стену, другая развернута поперек. За ними, ниже, стояли еще машины, бампер к бамперу. Наверху, за полуопущенными секционными воротами, серел день.

Первая щель нашлась сразу: между задом минивэна и капотом седана. Игорь перелез через бампер, Марсель следом. Ира приподняла Алину под мышки и передала ему. Наташа села на капот, оперлась на левую руку и перекинула ноги. Ира держала ее за вторую руку, пока та не встала на пол.

— Молодец. Дальше так же.

Вторая щель была уже: между машиной и стеной. Идти пришлось боком, прижимаясь спиной к бетону. Сумка в нее не проходила. Ира сняла ее, подняла над головой и протолкнула по крыше машины вперед. Марсель принял ее и поставил на капот минивэна, чтобы освободить руки для жены.

Игорь первым добрался до столкнувшейся пары. Отсюда, снизу, казалось, что щель между задним бампером той, что у стены, и самой стеной вполне проходимая: сантиметров пятьдесят — шестьдесят, за ней ровный бетон и серый проем ворот. Он выключил фонарь, света здесь хватало, сделал знак остальным ждать и поднялся еще на несколько шагов.

Через крышу вмятой в стену машины открылось то, чего снизу видно не было.

Там, прямо в проходе, возле ворот лежали люди. Много. И над ними сидели две твари, низко наклонившись, спинами к нему. Одна что-то тянула, и ткань рвалась с сухим треском. Третья стояла на четвереньках на крыше второй машины, у самого выезда.

До ближней было метра четыре.

Игорь медленно отступил на шаг, потом еще. Поднял руку и показал идущим сзади, вниз: назад. Марсель увидел его лицо и понял все без слов. Обернулся к своим.

Пошли назад так же, как пришли, только теперь медленнее, и каждое движение казалось громким. Наташа перелезала через капот, опираясь на левую руку. Ира держала Алину. Девочка оступилась, нога в кроссовке соскользнула с бампера, и нога стукнулась о крыло. Негромко. Почти неслышно.

Тварь на крыше подняла голову.

Игорь увидел, как она выпрямилась, как повернулась к ним. Потом прыгнула на капот другой машины, оттуда на следующую. Железо загрохотало.

Он выстрелил. В бетонной коробке выстрел ударил по ушам так, что на миг пропали все звуки. Тварь сорвалась с капота и провалилась между машинами. Сверху, полезла вторая.

— Назад! Все назад! К двери!

Свой голос он слышал будто через вату. Марсель обернулся, вскинул ружье, но Игорь стоял между ним и тварью.

— Не стреляй! Уводи своих!

Марсель понял. С ружьем в одной руке, другой он подхватил Наташу под здоровый локоть. Ира уже перетаскивала Алину через бампер. Сумка так и осталась на капоте минивэна.

Вторая тварь протиснулась между машин, и бросилась к Игорю. Он выстрелил дважды. Первый заряд картечи задел голову вскользь, но не остановил ее. Второй попал точно. Тварь ткнулась в стекло стоящей рядом машины и сползла вниз.

Захлопали босые ноги. Откуда бежали — снизу, сверху или из проходов между машинами, — понять было нельзя. Эхо шло со всех сторон сразу.

Игорь пятился, протискиваясь боком вдоль стены и держа выезд под прицелом. Над крышей машины показалась еще одна белая голова. Он выстрелил. Голова пропала.

Внизу,