Тренер Гильдии Фамильяров 8 - Сергей Харченко
Пока бригада собирала инструмент, Полина в это время тщательно опрыскала застывшую жёлтую массу на руках тапироида и на самом стекле. Раствор зашипел, пошёл пузырями, и сверхпрочный клей начал постепенно размягчаться, переходя в пенообразное состояние.
Бурбур, почувствовав свободу, с громким чавканьем оторвал свои ручищи от стекла. Он грузно осел на задние лапы, понаблюдал как Полина убирает с его рук остатки клейкой массы.
Бригада покинула вольерную, а я проверил Бурбура. Стресс в норме. Один процент. Ядро слегка неустойчиво, но это нормально после интенсивной работы.
Ухаль смешно потряс затёкшими передними конечностями и вдруг начал очень требовательно, басовито и безостановочно хрюкать, глядя на стоявшую рядом Раису Павловну.
Из моего нагрудного кармана тут же высунулись усы барона Сверчанского, затем сверчок вылез наполовину.
— Передаю почти дословно, командир! — бойко застрекотал гусар. — Этот длинноносый хряк рапортует, что принял участие в спасении гильдии от тактического позора и банкротства. Требует немедленного представления к награде… то бишь к внеочередной порции борща! Бадью наваристого борща с мясом требует, оказия.
Раиса Павловна, не слыша барона, но интуитивно понимая своего любимца, всплеснула руками и просияла от умиления.
— Да ты ж мой хороший! Ты ж мой спаситель! — заворковала повариха, ласково поглаживая тапироида по жёсткой щетине. — Заслужил, ох как заслужил! Сейчас, миленький, накормим тебя! У меня ещё есть кастрюлька. Подожди минуточку!
Она сунула Бурбуру два оставшихся пирожка в руки-лапы, которые тот проглотил не жуя, и выскочила из вольерной.
Тапироид довольно захрюкал, облизываясь, а я усмехнулся. Кризис был преодолён, комиссия пройдена, а животные сыты. Почти все, за исключением одного проглота.
Я вернулся на плац. И понял, что пора включаться в работу.
Белов откровенно филонил, с кем-то болтая по телефону и лузгая семечки. А команда расположилась на лавочке.
Правда, Белов успел их изрядно загонять. Проводники тяжело дышали, хлебая воду из бутылок. Питомцы отдыхали, каждый по-своему.
Матильда вылизывала хвост, Неон разлёгся ковром у ног Дэнни, мерцая шёрстью, Бублик водил шеей то вправо, то влево, шумно фырчал, разлёгшись на пузе перед своей хозяйкой. А Желешка пускала пузыри и расплылась в расслабленную позу, а точнее в лужицу.
Я подошёл к ним. Белов увидел меня и чуть не подавился семечкой, подобрался и подскочил. Хотел спросить, что с Бурбуром, но я ему сообщил, что всё нормально, уладили вопрос с вольерами.
— Тренер, только не говорите, что мы сейчас опять пойдём шины таскать, — простонал Дэнни Ветров, смахивая пот с лица. — Я ещё одной силовухи не осилю. У меня мышцы забиты. Неон вон вообще вставать отказывается.
— Согласна с мажором, — Лера злобно зыркнула на Белова. — Артём Сергеич нас как ездовых собак гоняет. Выживание какое-то. У меня Бублик скоро лапы сотрёт.
Белов, замерший в сторонке с секундомером, лишь хмыкнул в ответ.
— Не перелОмитесь, — буркнул он. — В Бронзе вас жалеть не будут.
— Артём Сергеич, достаточно. Никаких силовых тренировок сегодня больше не будет, — громко объявил я, и над плацем пронёсся дружный вздох команды. — Но мы изучим новый тактический приём. Называется «Зацеп».
Я прошёлся перед строем, постукивая по бедру разрядным копьём, которое осталось у меня после нашего рейда.
И вдруг Желешка, мирно отдыхавшая рядом с Костей, резко собралась в куб, затем в шар. Содрогнулась всем своим полупрозрачным зелёным телом, издавая клокочущее бульканье, похожее на звук закипающего гейзера. И сорвалась с места.
Она бросилась по плацу с немыслимой скоростью, а Костя кинулся за ней.
— Эт-то ещё что за фигня, — выдавила Лера, провожая взглядом меняющую форму Желешку.
— Желешка! Стой! Что с тобой случилось⁈ — Костя уже бежал за ней, стараясь перехватить.
Живчик помог немного. Задержал парочкой барьеров. Костя ухватил Желешку, рухнул на колени, крепко прижимая к себе дрожащую желейную массу.
— Тренер! Помогите! Ей опять плохо! — крикнул Смирнов, едва удерживая брыкающуюся питомицу.
Я уже был рядом, нахмурился.
Воспаление Ядра так не проявлялось. Это было похоже на приступ острой паники. Или отторжения.
Я присел рядом с Костей, всмотрелся вглубь полупрозрачного тела Желешки, пытаясь разглядеть источник вибраций.
И то, что я увидел, заставило меня удивиться. Вот так ситуация.
Внутри Желешки метались теперь уже два тёмных сгустка размером с кулак. Они лихорадочно носились внутри зелёной массы. Причём двигались они синхронно и не сталкиваясь друг с другом.
Глава 3
— Отставить тренировку! — гаркнул на фоне Белов.
Я же всматривался в блуждающие тёмные пятна внутри Желешки.
— Смирнов, неси её в лазарет, — взглянул я на уже начинающего паниковать Костю. — Живо. И отставить эти дёрганья. Так ты точно своей питомице не поможешь.
Парень судорожно кивнул, скомандовал Желешке, чтобы она сформировала щупальце и ухватился за него, потащил через плац к главному корпусу.
Я последовал за ним.
В лазарете мерно гудел старенький эфирограф в тестовом режиме. Воздух здесь как и обычно пропитан въедливым запахом медицинского спирта, сушёной ромашки и антисептика.
Полина находилась на своём рабочем месте и при нашем появлении сразу же указала на диагностическую платформу.
— Всё будет хорошо, моя красотка. Мы справимся, — бормотал Костя, бережно подтягивая подрагивающую Желешку на металлическую поверхность.
Его питомица невероятно нервничала. Хлопала глазами, окидывая нас, будто мы её привели на эшафот. Оказавшись на платформе, он мгновенно сжалась в плотный шар размером с гигантский арбуз и вновь выпустила в воздух тревожный запах прелой травы.
Полина с абсолютно невозмутимым видом подошла к аппарату, принялась крутить тумблеры, настраивая фокус. На матовом экране прибора высветился полупрозрачный силуэт питомицы. Внутри её желеобразного тела отчётливо виднелись два тёмных пятна, каждое размером с кулак.
Эти странные сгустки продолжали синхронно кружить по замкнутой орбите, полностью игнорируя диагностические волны.
— Не просвечивает, — озадаченно пробормотала Полина. — Ничего не понимаю. А если так?
Она подкрутила резкость, подкрутила настройки. Эфирограф загудел сильнее.
Но… он не мог просветить странные объекты, как