Сильнее, чем ты думаешь. Книга 2 - Мария Летова

Он уходит, и я могу собой гордиться, ведь от случившегося со мной армагеддона осталась только горящая на щеках краска. Она и понимание, что, глядя на эту переписку, я узнаю человека на том конце провода в каждой чертовой букве и в каждом знаке препинания.

Аделина

Держаться подальше от страницы Охотника — это то, чему я очень хорошо научилась, с этим нет проблем даже сейчас, когда он по моей просто промаршировал.

Эта переписка не только разделила мой день на до и после, но еще и мысли вывернула наизнанку, потому что вопрос «что это было?» становится у меня в меню основным. Только теперь в моей голове так много предохранителей, что она, несмотря ни на что, мгновенно охлаждается сама.

Даже если я не в состоянии взять в руки ничего тяжелее воздуха, иначе я это уроню, забуду, для чего взяла или где оставила.

Я не могу не думать, но горит у меня не голова. Горит внутри. Не пожар, а фитиль, который вызывает изжогу. Я мечусь, не зная, чем это горение потушить, и просто рада, что у всех этих метаний нет свидетелей.

Даже если бы в дверь позвонили, я бы не открыла. Это одна из моих новых привычек — брать себе столько личного пространства, сколько потребуется. Она, пожалуй, теперь самая любимая на всю жизнь.

Я ничего не жду! Ничего. Мои попытки проанализировать ситуацию ничем существенным не закончились, но Охотник и этот процесс обнуляет, потому что пишет следующим же утром!

Теперь у меня в голове не шумит, а стучит, потому что наши скорости явно не совпадают. Наверное, мне не хватает айкью, чтобы за его скоростью поспевать! Я все еще в своем сумбурном анализе, тогда как Багхантер все мои старания обнуляет!

baghunter: У меня есть лишний билет. Тебе должно быть интересно.

Он прикладывает ссылку на выставку в галерее, которая сильно на слуху в последние несколько лет. Ее пространство даже на фотографиях выглядит высококлассно, и оно приглашает познакомиться с работами современных фотографов.

Это красиво. Так атмосферно, что ответ очевиден, но не для меня сейчас.

Меня впервые раздражает, что имя отправителя светится зеленым. Что он не уходит, словно наблюдая за тем, как много времени мне нужно, чтобы найти для него ответ.

Все время, пока Павел был силуэтом за мутным стеклом, общение с ним представлялось мне убийственным мероприятием, но все оказалось не так страшно. Общаться с ним не больно, не трудно. Это просто опасно для здоровья, ведь кровь по венам у меня носится с огромной скоростью.

Я: Спасибо. Я его возьму.

baghunter: Напиши свою почту, отправлю тикет.

Я: И сколько у тебя билетов?

baghunter: У меня их два )

Он ставит скобку в конце предложения, помечая его улыбкой.

Я лишь секунду думаю, прежде чем спросить:

Я: Собираешься пойти?

baghunter: Да.

Мне этого достаточно, чтобы свернуть нашу переписку. Лишь для того, чтобы перестать видеть его окрашенный зеленым никнейм!

Я просто отправляюсь делать то, что собиралась, — сушить волосы и выбрать одежду, чтобы отправиться позавтракать в кафе у дома. Единственное, что я так и не научилась делать, — это завтраки, которые мне бы хотелось съесть, поэтому я предпочитаю пользоваться услугами профессионалов. Но я ни на секунду не забываю, что Багхантер ждет.

Ждет, пока отправлю ему адрес своей почты.

Его ожидание безмолвное, и на это есть очевидная причина — он предложил встретиться! Назвать это свиданием у меня уж точно не повернется язык, а подходящее слово я искать не хочу. Но мой день успел разогнаться за секунду, чтобы успевать хоть о чем-то думать.

Я отправляю адрес еще до того, как мне приносят мой завтрак. Обещанный билет падает на почту через пару минут, и я проваливаюсь в него, чтобы изучить детали.

Это через два дня.

Проход лимитирован по времени, это для последней очереди посетителей — с половины пятого до закрытия, но очевидно, что, если у тебя есть желание ознакомиться с экспозицией в нормальном режиме, а не галопом, лучше прийти вовремя.

Если мы вообще думаем об одном и том же.

Я бы не стала уточнять.

Тем более наше молчание становится обоюдным.

***

При том разгоне, который набрала, я успеваю еще раз встретиться с Яной уже в понедельник.

В качестве компенсации за потраченное в прошлый раз время и бензин обещаю прислать все завтра вечером. У меня есть и задание для себя — спускаться в спортзал на цокольном этаже моего дома хотя бы два раза в неделю.

Для меня спорт — один из способов контролировать аппетит, ведь после него я всегда дико голодная.

Я пропускаю тренировку. Качать мышцы, когда полностью отсутствует синхронизация между головой и телом, — пустая трата времени. Зато я укладываю волосы. Так скрупулезно, что они выглядят даже слишком идеально.

В том числе и поэтому я вызываю себе такси вместо прогулки на метро, хотя мне нужна всего одна пересадка и три остановки.

Я мало о чем думаю, пока машина везет меня по городу.

Все благодаря моим предохранителям!

Я только чувствую, что воздух слишком кусается, когда выхожу из такси. И уличный, и тот, с которым соприкасаюсь, когда проскальзываю в дверь галереи…

Здесь даже немного прохладно. До легких мурашек.

Я предпочитаю не осматриваться по сторонам.

У меня под ногами — пол в черно-белую клетку.

Прижав джинсовую куртку к груди скрещенными руками, я иду прямо к турникету, где светят мой билет и объясняют:

— По лестнице на второй этаж.

Там, разумеется, почти никого.

Пространство слишком большое, чтобы толкаться плечами. Полы — холодного цвета глянец, в нем отражается потолок. Я кручусь вокруг оси первым делом, как попадаю внутрь, но низкие потолки глушат звуки моих шагов, плюс мои балетки бесшумные.

Мне нравится.

Направление я выбираю наобум, прохожу в коридор с синим освещением, где на ЖК-дисплеях представлены фотографии ледников.

Я их рассматриваю, продолжая сжимать куртку и ощущать сквозняк, который пробирается под лежащие на плечах волосы.

Спешить это место не позволяет, только взирать, неторопливо и бесшумно. И я этот месседж принимаю. Мне нравится. Нравится процесс. Нравится видеть, когда я смотрю на все как человек, работающий с кадром. Это другие ощущения.

Атмосферно...

Через плечо смотрю на подсвеченную белым лестницу, но выбираю другой коридор — красный. Там черно-белые фото. Маленькие рамки, много деталей, чтобы задержаться