Городские беспредельщики - Мира Форст

об этом и без напоминаний все знают. В полицию обращаться бесполезно, в статье

упоминалось, что в нашем законодательстве нет такого понятия, как сталкинг,

соответственно, за него не предусмотрены ни ответственность, ни наказание.

– Юля! – от стука в дверь и голоса Руслана встали дыбом мельчайшие волоски на моей

коже.ГЛАВА 9. РУСЛАН НЕЧАЕВ

Звездочкина воспользовалась появлением карги Никифоровны и смылась, оставив меня

одного держать удар. Еле отделался от надоедливой бабы. И зачем сказал, что хирург?

Чтобы выслушать поток слов на тему болячек и пожелание оказаться на приеме

немедленно?

– В больницу приходите, – важно было сразу обозначить для всех местных, что на дому я

никаких осмотров проводить не намерен. Хотя… Юленьку я бы осмотрел. С удовольствием,

и спереди, и сзади.

– Приду-приду, – пообещала Нюра. – А сейчас мозоль мою не посмотришь?

На помощь мне пришел Рекс, чутко улавливающий все оттенки настроения хозяина. Пес

поднялся с земли, растопырил лапы и по-бычьи уставился на бойкую старушку.

– А че за собачка-то у тебя с такой мордой жуткой? – быстренько смело соседку за

калитку.

– Гостей не любит, – соврал я.

– Господи помилуй…, – перекрестилась женщина. – Страхолюд-то какой, – покачала она

головой и наконец отправилась восвояси.

– Ну что, Рекс, – погладил питомца по вовсе не страхолюдской морде, – пошли

знакомиться с нашим новым домом.

Я вынул из кармана связку ключей и направился к той половине, которая, по всей

видимости, была моей. Интересно, по каким критериям Юля выбирала свою сторону?

У входной двери столкнулся с препятствием. Ни один ключ не подходил к замочной

скважине. Появлялся весомый повод увидеться с девушкой прямо сейчас.

– Юля! – постучался к ней.

Молчание. Тишина.

Вот же вредная девчонка, – чертыхаюсь мысленно, но в то же время нечто теплое

разливается в груди. Ни капли я не разочаровался, увидев Юлию Звездочкину вновь.

Убедился лишь, что не выдумал своего интереса к ней. Бывает так, чувствуешь – твоя

женщина и все тут. И разница в возрасте не пугает. Подумаешь, на десять лет старше.

А зачем ей ровесник нестабильный, на других баб поглядывающий? Я вот только на нее

смотреть готов, да и любую прихоть ее исполнить готов, кроме той, где она меня

посылает куда-нибудь подальше.

– Юля, в моей связке ключа не хватает, – не теряю надежды, что ей станет меня хотя бы

немного жаль. – Может быть, ключ от твоей двери подходит и к моей?

До моего слуха доносится легкий звук, шлепанье голых ступней о деревянный пол. Дверь

мне все же отворили.

– Не подходит, – одаривает меня девушка странным взглядом, который я пока не могу

расшифровать, и кладет на мою ладонь металлический предмет. – Твой ключ, – поясняет

она.

Ее пальцы едва касаются моей кожи, но даже такого прикосновения достаточно, чтобы мне

захотелось большего. Я помню, что она упала, потому смотрю на ее коленки. Правая

брючина немного порвалась.

– Почему ты не сняла штаны? – возмущен ее безалаберностью.

– Что, прости? – взметнулись черные брови вверх.

– Ты упала, Звездочкина, твоя штанина порвана. Скорее всего, образовалась ссадина или

даже рана. Нужно обработать, – объясняю очевидные вещи.

Она моргает, опускает взгляд ниже и будто только сейчас замечает дыру в джинсах.

– Черт… Порвала, – волнует ее не ссадина, а испорченная вещь.

– Давай посмотрю, – наклоняюсь, желая убедиться, что все не так страшно.

– Я сама справлюсь, – отступает Юля от меня подальше.

– Я все-таки врач, – настаиваю на осмотре. – Лучше доверься профессионалу.

На ее милом личике читается очевидное сомнение, тогда спрашиваю строгим тоном:

– Ты знаешь, отчего умер отец Маяковского?

Юленька учительница, оттого отвечает прилежно:

– От заражения крови.

– Вот именно. Тоже не придал значения незначительной ранке.

– Хватит, Нечаев, – подмечаю в большущих глазищах испуг. – Хватит меня пугать.

– Тогда дай осмотреть твою рану, – на самом деле беспокоюсь я.

– Ладно, – сдается девочка. – Проходи. Проходите, – поправляется она, скашивая глаза

на Рекса. – И ждите здесь, – велит нам, скрываясь в санузле.

Мы ее не слушаемся. Рекс, отстегнутый от поводка, замечательно устраивается в пустой

плетеной корзине, оставленной в одной из двух комнат. Я снимаю ботинки, ставлю свою

сумку на пол, достаю из нее дорожный врачебный набор и сажусь на диван в той же

комнате, где расположился Рекс. Оглядываюсь. Чисто, светло и уютно так, как бывает

только в том доме, где живет женщина. На подоконнике цветок с блестящими зелеными

листьями, на комоде салфетка с вышивкой, тяжелые шторы подвязаны лентами. Очевидно,

это не спальня, но туда я пока соваться не рискую. Долгое воздержание и

расправленная постель, хранящая запах понравившейся мне девушки… лучше не рисковать.

Я вытирал руки спиртовой салфеткой, когда Юлия вернулась. Она сменила джинсы на

длинные шорты и убрала волосы в хвост.

– Твой пес такой же наглый, как и ты, Нечаев, – проворчала Юлька, недовольная тем,

как использовали корзину, вероятно, приготовленную не для того, чтобы в ней дрых

питбуль.

– Просто Рексу у тебя понравилось, – присел перед ней на корточки, осматривая обе

девичьи коленки. На одной ссадина, на другой – мелкие ранки.

Пока я обрабатывал повреждения антисептиком и клеил пластыри, она вообще не

шевелилась, прямо застыла статуей. Боится меня? Нервничает? Я, конечно,

воспользовался ситуацией и потрогал ее ноги немножечко дольше, чем следовало. Кожа

на стройных ножках была гладкой, совсем без волосков.

Глава 10. РУСЛАН НЕЧАЕВ

– Ну вот, теперь все в порядке, – выпрямился во весь рост, глядя на Юлю. Она пахла

так, как я и запомнил, липой. Этот запах преследовал меня целый год, и теперь, когда

его источник рядом, я просто не мог не тянуться к нему.

– Спасибо, – сделала шаг назад девушка. – Ключ у тебя есть, и вы с Рексом сможете

попасть на свою половину, – намекала она на то, что мне пора убираться.

– Рекс, – позвал питомца.

Пес ответил раскатистым храпом.

– Он тебя вообще не слушается, – смотрела Юля куда угодно, но только не на меня.

Все-таки ей стыдно за то, что упекла меня в тюрьму? Или разволновалась потому, что я

касался ее коленок?

– У него стресс, связанный с переездом, он просто уснул, –