Русские пазлы войны - Иван Жердев
После фиксирования ударов авиации собираемся домой. Я спрашиваю у Дукати:
– Не помнишь, в прошлый раз я здесь бабулю встретил, Галину Назаровну? Не знаешь, где она, что с ней?
– Так вот её дом. Хочешь, зайдём? Мы ей продукты подкидываем, когда её нет, у порога оставляем.
Заходим, стучим, нет никого. Жаль, садимся, уже отъезжаем, и вдруг по рации Дукати из своей машины:
– Анатолич, Назаровна вернулась, разворачивайте.
Возвращаемся. Точно. Идёт баба Галя, несёт из магазина воду и пакетик с едой. Встретились. Помогли донести до дома. Жива Назаровна, ворчит по-стариковски, но глаза те же.
Пожурила нас, что долго воюем и попросила закончить поскорее. Ребята сказали – сделаем.
Есть оно ощущение больших перемен. Большая наша Россия-матушка, неповоротливая, как медведь в спячке. Но не дай вам бог разбудить. А ведь мы просыпаемся, встряхиваем сон вместе со снегом. И уже ясно видим того, кто тычет колом в берлогу. И это не Украина, Украина – всего лишь кол. Проснувшийся медведь одной лапой ломает кол, а второй вспарывает того, кто колом этим тыкал. Так и будет.
Я не перестаю удивляться силе духа наших солдат. При всех, иногда очень сложных исходных данных, нет ни малейшего сомнения в нашей Победе. Илья говорит: «Мы математически не можем проиграть». Он странный, Илья, как все писатели и учёные, но за его математикой Вера в Победу. А Кай говорит: «Да нет, мы по-любому победим». И за этим его «по-любому» тоже Вера, хотя и ругает он всё и вся, но верит, свято верит. А Кот процитирует Высоцкого и скажет: «А как иначе?» Согласен – иначе никак!
Дай бог вам удачи, мужики! Будем жить!
Воины, мистики и всадники
Я раньше думал, как и многие другие мои коллеги, что мы проигрываем информационную войну. Так вот, мы её не проигрываем. Мы не можем её проиграть, потому что мы в ней не участвуем.
Наши СМИ, в том числе и то, в котором я имею честь присутствовать, не являются оружием этой войны. Мы реально соответствуем названию. Мы работаем для информирования нашего родного населения, а не их, западного. В нашу задачу не входит перевоспитание бесов. Сие невозможно гуманитарными средствами. Они слов не понимают. Я в этом убедился, когда жил в США.
Помню один случай в баре в Калифорнии. Сидели с америкосами, выпивали. Один узнал, что я из России, покивал головой то ли одобрительно, то ли снисходительно и сказал:
– Соединённые Штаты – самая лучшая страна в мире.
Я спросил:
– А в каких странах ты был?
Он:
– Да ни в каких странах я не был, у меня даже паспорта нет.
На этом основан их западный патриотизм – мы лучше других, это аксиома. Значит, другие хуже, простейший силлогизм.
Но живём-то мы на одной планете и свою правоту доказать всё же придётся. Каким же образом? Да простым – дать по морде. Это работает и в баре, и во дворе, и в мире. Человек так устроен, что удар в репу убеждает сильнее тысячи слов. Вот потом уже можно и рассказать, за что и почему так больше не надо. Так было после Наполеона, так было после Гитлера. Так будет и сейчас.
А работа военкоров состоит в том, чтобы фиксировать подвиги своих и раскрывать мерзости врагов. Военкоры, и все тыловые службы – это вспомогательные отряды армии, рота обслуживания. Армия сейчас выполняет главную работу, бьёт по морде. Переучивать будем потом.
И ещё нужно иногда слушать мистиков. Есть такие мудрые люди. Они в силу возраста и знаний видят уже многое со стороны и сверху. Им не нужна известность, и имена их уже мало что значат даже для них самих.
Мне повезло знать одного. Назовём его Петрович. С Петровичем мы знакомы давно. По образованию и призванию – лекарь. По сути – мистик. И вот чем он поделился недавно. Не дословно, конечно, но очень близко.
Любой мало-мальски образованный человек знает про четырёх всадников Апокалипсиса. Всадники эти скачут на Белом, Рыжем, Вороном и Бледном коне. Это Болезни, Война, Голод и Смерть.
Если бы России была необходима только победа в спецоперации в Новороссии, тогда – да, уже весной необходимо было бы нанесение наших массированных ударов по всей инфраструктуре Украины. Необходимо было бы взятие Киева и Харькова. Но Россия ведёт мировую войну, войну за переустройство всего мирового порядка. А для этого быстрая победа в Новороссии оказалась бы «пирровой победой».
При быстром развитии спецоперации, отключении украинской энергосистемы, взятии столицы и так далее Всадник на Бледном коне (Смерть) опередил бы остальных троих Всадников Апокалипсиса. Скорее всего, мгновенный ядерный конфликт закрыл бы вопрос о глобальном переустройстве мира, коренной задаче России. Нечего бы было переустраивать. А оно нам надо? Нет, «оно» нам не надо. Задача России – не угробить, а переустроить этот грешный мир.
Три первых Всадника (Болезни, Война и Голод) могут и работают на перевоспитание, переустройство, перезапуск человечества. Бледный подводит итог, черту, когда это переустройство уже закончено или невозможно. Он просто приканчивает неудавшийся проект и одновременно запускает новый. Россия, возможно, в последний раз, пытается сохранить и улучшить старый. Наш с вами проект. Достойны ли мы этого? Не знаю. Посмотрим.
Воины на Донбассе своей жизнью и смертью говорят: «Да, достойны». Люди в России, поддерживающие бойцов на фронте, русские по всему миру, которые понимают и сопереживают – говорят: «Да, достойны». Наши «бегунки» – артисты, олигархи и просто мелкая чиновничья и айтишная сволочь, кричат: «Нет, мы не достойны». Вся западная потребительская мразь вопит: «Нет, мы не достойны».
А Всадник смотрит и ждёт – чья возьмёт, и тогда либо придержит коня, либо поскачет.
Надо отдать ему должное, он не злодей, он – функция. Он не за тех и не за этих. Он даже демократ. Он просто пересчитает все «за» и «против» и выполнит своё предназначение.
Задача Русского мира – дать остальному миру ещё один шанс, скорее всего, последний. Это шанс на смерть достойную. Ту, на которую мы в нынешнем состоянии не способны. Мы все смертны, и главный вопрос для любого человека, народа и всего человечества может и должен быть только один – достойная встреча. А для