Рассказ первый. Старшина Тарасов Против Снежной Бабы - Sgtmadcat

Февраль 2001 года.

Старшина Второй Роты Прапорщик Тарасов Василий Иванович готовился к заступлению в патруль по гарнизону. Патруль зимой — дело такое. Неприятное. Вот летом — совсем другое дело. Птички поют, зайчики скачут, ежики в траве фыркают. И ты, посреди этого, как диснеевская принцесса при погонах, отдыхаешь душой и телом. А в феврале шарахаться всю ночь по морозу, по колено в сугробах… Но он, когда-то, имел неосторожность принести присягу, и там че-то было про «трудности и лишения воинской службы». Так что надо — значит надо.

Вздохнув, Тарасов допил чай, и принялся утепляться. «Матрешка» вышла что надо — «белуха», дефицитная теплая «нателка», ватные штаны, поддевка от бушлата и тулуп из овчины. Валенки, шапка, рукавицы и, вроде, жить можно. Документы! Сегодня дежурит Начштаба. Он мужик, по военным меркам, старый, пенсионный, так что и сам не напрягается и остальных лишний раз не напрягает. Но за документы порвет кого угодно.

Порывшись в кармане кителя, Старшина достал удостоверение в самодельной обложке из толстого дермантина. Клеёнчатые обложки стандартного образца, которые продавались в военторге, приходили в негодность за год. Эта же уже сколько живет и хоть бы хны. «Трынкнув» ногтем по ребристой поверхности кокарды советского образца, украшавшей обложку, Тарасов убрал документы в внутренний карман, посмотрел на часы и отправился на развод.

***

Маршрут патрулирования был давно отработан. До отбоя навернули пару кружков вокруг казарм и по офицерскому городку, зашли погреться на КПП и, после, вышли на «большой круг». Погода не радовала — сильный ветер лупил прямо в лицо, так что приходилось делать остановку на каждой из промежуточных точек, чтобы отдохнуть и согреться.

В кочегарке все было путем. Истопники из гражданских, судя по блестящим глазам, хряпнули, но на ногах держались твердо, так что, оттаяв у пышуших жаром котлов, подающих тепло в казармы и ДОС, Тарасов повел патруль дальше, сделав крюк, чтобы проверить продсклад и баню. Здесь их от ветра прикрыли боксы автопарка, сплошной темной стеной стоявшие по правую руку, позволив дойти до подсобного хозяйства относительно спокойно. А вот за ним начинался самый длинный и неприятный участок по продуваемой всеми ветрами дороге вокруг складов ДХ, которую, скорее всего, замело нахрен. Вдобавок, ветер превратился в натуральную метель, сделавшей и так не особо приятную прогулку сущим мучением.

Кое-как добредя до «бетонки», ведущей от КПП через склады к стрельбищу, Тарасов огляделся. По правую руку находились действующие склады с вышками, на которых мерзли часовые. А напротив них, мрачным напоминанием о былом величии, раскинулись склады заброшенные. Часть, как и страна, переживала не лучшие времена и батальон испытывал лютый некомплект личного состава. Говорят, доходило до того, что в караул, на вышки, заступали офицеры, а комбат ходил начкаром. Сам Тарасов этого не видел — он в части был меньше года, но охотно верил.

Понимая, что обескровленная часть просто не сможет уберечь вверенное имущество, было принято решение радикально сократить охраняемую территорию, перетащив всё на ближние склады, а остальные оставить. Оставленное немедленно взяли на заметку жители из близлежащих деревень. Разобрать капитальные бетонные ангары незаметно было сложно, но весь металл и все, что могло пригодится в хозяйстве, вымели подчистую, так что здания зияли черными провалами на месте окон и дверей, а кое-где начали обдирать шифер с крыш.

-Товарищ прапорщик… Следы…

Один из патрульных указал на колею пробитую в свежем снегу. Причем начиналась она недалеко от того места, где они стояли. Это было в высшей степени странно — другим концом «бетонка» упиралась в неиспользуемое зимой стрельбище окруженное лесом и оттуда машина точно приехать не могла, тем более, судя по следам, легковая. Там даже танк зимой застрянет. Да и, судя по следам, машина ехала отсюда туда, а не наоборот…

Достав фонарь, Тарасов посветил на девственно чистый и ровный снег — версия, что следы просто замело, отпадала. Колея была свежей и даже такая метель её бы стереть не успела. Да и началась она недавно, то есть машина не могла доехать до сюда, постоять, пока следы не заметет, и поехать дальше. И дальше — куда? Дорогу вдоль заброшенных складов никто не чистил, так что чудо, что она вообще смогла так далеко заехать.

- Пойдем — глянем, куда ведут…

Это предложение у патрульных энтузиазма не вызвало, но они дисциплинированно поплелись следом. Снега на дороге было по колено, однако машина каким-то чудом, пробилась через него и свернула в проезд между складскими территориями. Тарасову показалось, что он видит впереди габариты. Он обернулся, чтобы приказать бойцам быть на чеку, как вдруг, через дорогу, метнулся размытый силуэт и один из патрульных, Бухарметов, вскрикнув, исчез в снежной пелене.

- Ебать! Это что было? - инстинктивно присев в снег, Тарасов скинул рукавицы и принялся выцарапывать из кобуры пистолет, - Парамонов!

- Я!

- Головка от хуя! Ты куда смотрел, дембель херов!?

- Да я это… - патрульный заметался, - Что делать!?

- Бегом в караулку за подмогой! Мухой! Я за Бухарметовым. Я вас под роспись принял, под роспись должен и сдать! Чего встал — бегом давай!

Стараясь не оглядываться, Парамонов поскакал по сугробам в сторону караульного помещения. Проводив его взглядом, Тарасов снял пистолет с предохранителя, дослал патрон в патронник и двинулся по следу волочения, который вел к одному из складов. Жуткий вопль, эхом рикошетивший от пустых стен, потряс здание.

- Бухарметов!!!

- Товарищ прапорщик..!

- Ты там как?

- Я его ножом пырнул!

- Понял! Я сейчас!

Прыгая через снежные намёты у входа, Тарасов нырнул внутрь и упал влево понимая, что его силуэт в проходе представляет из себя отличную мишень, после чего огляделся, привыкая к темноте. Впереди белело пятно скинутого тулупа. Чуть дальше, в углу, шевельнулось темное пятно и блеснуло лезвие штык-ножа.

- Где он?

- Я не знаю…

- Он один?

- Вроде…

- Ты ранен?

- Нет…

- Хорошо… - поднявшись, Тарасов, пригибаясь, медленно двинулся вперед, - Что это за хрень такая..?

Сзади послышался мягкий шлепок и тихое, похожее на смех, шипение. Ужастики, которые продавали на автовокзале с лотка, подсказывали, что в таком случае надо медленно обернуться и сделать тупое лицо. Если ты — главный герой, тебе все