Рассказ первый. Старшина Тарасов Против Снежной Бабы - Sgtmadcat

Снаружи тихо скрипнула дверь — еще какой-то счастливчик, сумевший избежать работ, пытался зашарится в расположенни роты, но дневальный прошипел: «Урфин в «Ленке»!» и проебщик, хлопнув дверью, застучал кирзачами по лестнице. «Урфин» значит? Тарасов не зря размышлял над темой армейских прозвищ. Он прекрасно понимал, что и его не минет чаша сия, а с «Тарасовым» или «Тарасом», ничего кроме производных от слова «Пидорас» толком не рифмуется. И надеяться, что кто-то будет столь начитан, что протянет ниточку к Гоголю, не приходилось.

Поэтому, несмотря на всю непредсказуемость армейского злословия, Старшина даже пытался подавать идеи, благо имя-отчество «Василий Иванович», вкупе с фразами вида: «Чапай думать будет», позволяли надеяться, что фантазия местных остряков зацепится именно за это сходство. Но, видимо, его демонстративная любовь к сказке Волкова показалась всем столь примечательной, что перебила даже отсылки к герою гражданской, кинофильмов и анекдотов. Жаль, конечно, хотя, в какой-то степени, можно сказать, что легко отделался. Киселев, мог, не заморачиваясь, схватить любую суперобложку которая под руку попалась, и ходил бы, теперь, «Фунтиком» каким-нибудь. Так что «Урфин» - это, на фоне остального, был прям нормальный вариант и Старшина решил семя этой идеи полить и удобрить. Широким шагом вернувшись в каптерку, он оглядел распотрошенные тюки с бельем и Бухарметова с Парамоновым, старательно делавшим вид, что все это время занимались делом.

- Ну что, мои верные дуболомы? Долго вы еще играться будете?

- Товарищ прапорщик — вы же сами сказали: «Все тщательно проверять, ибо Дубко не дремлет». Все новое пришлось перебирать.

- Много рванья подсунул?

- Вон там, комплектов пятнадцать. С пятнами мы тоже браковали.

- Давайте сюда. Я, сейчас, лично, этому Гудвину недобитому, этот тюк на голову одену. Ведь предупреждал же! Сидите тут — я скоро. И печенье в столе у меня все посчитано!

Последовавший за выдвижением претензий сочный скандал с «Начвошем», взбодрил Тарасова так, что ему хотелось кого-нибудь убить. Остановившись перекурить и успокоится, он вспомнил то ощущение чужого взгляда, которое у него возникло на дороге между заброшенными складами. А еще он чувствовал его как раз тут. После стычки. Промежуток между двумя ангарами, через которое видно заброшку. Выйдя на эту линию, Старшина вгляделся в сереющие вдалеке коробки покинутых зданий и в голове мелькнула мысль. Закинув тюк в каптерку и дав команду проверить все еще раз, он направился в штаб, на ходу придумывая повод. Начштаба перекусывал бутербродом, но, увидев Тарасова, отложил еду в сторону.

- Отвлекаю, товарищ подполковник?

- Вы по служебному вопросу? - Начштаба махнул рукой давая понять, что его бутерброд подождет.

- Нет, пустяки, думал, может вы не заняты?

- Так я и не занят. Что у вас?

- Да даже стыдно спрашивать. Вот… - не придумав ничего лучше, Старшина протянул Начштабу листки с сочиненным, в наказание, рассказом, - С утра с Ротным голову ломаем, не можем понять, что это нам напоминает. Фигня полная, но засело в башке — отделаться не могу. Мимо шел — черт дернул у вас спросить. Ну вдруг?

- Правильно дернул... - Начштаба быстро пробежал глазами текст, - Вольное переложение части «Федота-стрельца» Филатова. В журнале «Юность» за восемьдесят седьмой год печатали. Третий номер, кажется. Почитайте обязательно. А это кто написал, если не секрет?

- Да дневальный один, «задумчивый». Стоял на «тумбочке» - фигней страдал.

- Все бы солдаты так «фигней страдали». Вам это надо?

- Нет — забирайте, товарищ подполковник.

- Спасибо. И фамилию этого товарища мне тоже запишите…

- Вот… - взяв листок, Тарасов накарябал на обороте фамилию дневального, - Извините, что по таким пустякам вламываюсь.

- Да почему пустяки? Очень даже кстати — у меня, весной, писарь на дембель уходит, надо замену искать, а тут и написано грамотно и почерк разборчивый.

- Ну и отлично. Приятного аппетита…

Выйдя из штаба, Старшина, на нервах, выкурил еще одну сигарету, так как ситуация была наитупейшей и ему очень повезло, что Начштаба благодушно отнесся к столь идиотскому поводу посетить его кабинет. Однако, дело было сделано. Тарасову удалось, украдкой, посмотреть на план части, висевший в кабинете. Теперь, сопоставив те места, которые были видны с дороги, с теми, которые проглядывали в промежуток между ангарами возле вещевого склада, он мог примерно определить точку, из которой за ним наблюдали. И что самое интересное, эта точка была аккурат в окрестностях старого расположения продсклада. Рассказ Митрофанова, звучавший как полная дичь, переставал казаться столь уж безумным.

***

«Праздничный наряд» у военных ассоциируется совсем не с новым костюмом или красивым платьем. Это, как правило, означает, что пока все пьют и гуляют, ты, злой и трезвый, несешь службу. Стремительно приближалось Двадцать Третье Февраля и с каждым днем вопрос о том, кто же заступит на праздники, становился все актуальнее, тем более, что как на грех, праздники получались «длинные», плавно перетекая в выходные — идеальный момент, чтобы съездить до дому, загулять с друзьями и прочим образом отдохнуть от военной рутины. Прапорщик Селиверстов поймал Тарасова после развода и отвел в сторону с самым конфиденциальным видом.

- Иваныч, ты-ж, у нас, не семейный?

- Вместо тебя заступить? - уже по самой постановке вопроса легко было догадаться, о чем идет речь.

- Ну да… Мы с тестем договорились на охоту съездить, под Саранск, а мне, аккурат на праздник, по автопарку заступать. Сам понимаешь — ни туды, ни сюды.

- Так я же, двадцать второго, туда же?

- Так вот я и предлагаю — давай я вместо тебя заступлю, вечером сменюсь, тесть за мной заедет и, мы на праздник и все выходные, на кабана. А то 28 сезон закроют…

- Сильвер, падла..! - выругался Ротный, который был занят распределением работ и слегка задержался, нарезая задачи личному составу, - Ты куда вперед старших по званию! Это моей роты старшина!

- Кто не успел, тот опоздал…

- Стопелло! «Да» от него я не слышал.

На шум стали подтягиваться другие желающие — Старшина, не имевший семьи и прибывший в часть недавно, а, следовательно, не обросший друзьями и собутыльниками, был идеальным кандидатом в праздничный наряд. Тарасов, который внезапно стал нарасхват, вытребовав у Ротного импортную