Против ветра - Анна Джейн

Он вдруг встал и под изумленные взгляды родственников прошел вглубь квартиры, прижимая мобильник к уху, будто позабыл, что находится не у себя дома. Эльвира посмотрела бывшему вслед, потерла уставшие глаза, но ничего не сказала.

– Ты знаешь, я так удивился, – продолжал ее отец. – И мне в голову пришли две вещи.

Он замолчал, и Марте не оставалось ничего другого, как спросить:

– Какие?

– Первая – что это пришло как-то очень быстро, а я не успел, – честно отозвался Константин Власович, выходя на балкон и запирая за собой дверь на задвижку, чтобы никто не вошел. – Не успел приготовить тебе и Юле то, что хотел.

Марта сжалась. Она вообще не ожидала такого разговора, тем более с человеком, которого одновременно ненавидела и любила.

– А что ты хотел? – спросила Марта затаив дыхание.

– Собрать – как же это называется? М-м-м, собрать приданое, – вдруг горько рассмеялся отец, и Марту это поразило – она никогда не слышала, чтобы отец так смеялся. – Я хотел, чтобы и у тебя, и у Юли были свои квартиры. Тебе мне хотелось подарить квартиру, такую же легкую и воздушную, как и ты, где-нибудь на высоком этаже, с большой лоджией и огромными окнами – такими, чтобы видеть восход.

Марта ошеломленно молчала, впившись ногтями в запястье.

– У меня специально для этого есть деньги, ты не думай, дочка.

От последнего слова Марта вздрогнула, потому что давным-давно не слышала, чтобы отец обращался к ней так. «Дочка». Надо же, она не только мамина дочь, но еще и папина. Эта совершенно простая мысль стала для скрипачки настоящим открытием.

Мамина и папина.

Марта прижала ладонь ко рту.

– Да, я могу себе позволить сделать вам обеим такие подарки. Но, ты знаешь, я этого только хотел, а ничего не делал – не искал квартиры, не думал, когда нужно будет покупать. Когда я увидел тебя в платье, я понял, что не думал, как скоро это случится. Не понял, что ты взрослой уже стала. Если бы ты действительно выходила замуж, я бы лопухнулся с подарком – это точно. Опоздал бы с ним, а вместо того, что хотел бы тебе подарить, подарил бы деньги. Ты же знаешь, я все время дарю деньги.

Константин раздраженно махнул рукой, вновь отгоняя от себя назойливый черно-белый размытый образ той несчастной девочки из морга. Наверное, только сейчас Крестов понял, как рад, что Марта в порядке.

– Костя, – постучала Эльвира Львовна по стеклу.

– Подождите пару минут! – не поворачиваясь, крикнул Константин.

Марта молчала, не отрывая руки от лица. Всего один день – и столько эмоций. И сколько потом еще будет мыслей и размышлений, и слез, наверное.

– А, еще вторая мысль. Я не сказал тебе о своей второй мысли, Марта, – вспомнил ее отец, глядя на темное ночное небо – оно игриво поблескивало далекими холодными звездами.

– Какая… вторая? – едва слышно спросила Марта.

Она тоже видела небо – и точно такое же. Правда, звезд отсюда было видно больше.

– Я подумал, что если ты не пригласила меня к себе на свадьбу, то я совсем, наверное, никчемный. – Константин Власович рассмеялся. – Мне никогда не хватало смелости спросить тебя о том, как ты ко мне относишься.

Его дочь молчала.

– А сегодня я понял, что должен спросить об этом, пока не поздно, – продолжал музыкант, с содроганием вспоминая белое лицо симпатичной девушки с длинными и светлыми волосами. – И вот, я спрашиваю.

Внизу раздался неприятный звук – будто что-то разбилось, а после кто-то упал. Сердце Марты испуганно замерло, а после бешено заколотилось.

– Подожди, – тихо перебила она отца.

В доме стояла мертвенная тишина. От страха Карловой захотелось залезть под кровать, как в детстве, но она заставила себя подняться. Марта прислушалась: звуки исчезли, не считая стрекотания кузнечиков за окном.

– Что? – Константин Власович уловил в голосе дочери тревогу.

– Папа. – Марта не заметила, как назвала отца. – Подожди, пожалуйста…

– Конечно. Что-то случилось?

Марта ничего не ответила – убрала мобильник от уха, положив его на кровать, между подушками, и направилась к выходу из комнаты, гадая, что случилось на первом этаже. Может, Саше стало плохо?!

Константин терпеливо ждал, когда дочь вернется к нему, внимая тишине комнаты, а после, когда уже подумал, что, может, стоит перезвонить ей, вдруг услышал далекий крик Марты.

Крестов сразу понял, что с дочерью произошло что-то плохое. Он открыл задвижку и спешно вышел в комнату и натолкнулся на брата, который собирался уезжать, узнав, что с племянницей все хорошо.

– Артем, – обратился Константин к брату.

Тот с немалым удивлением заметил, что руки у Кости трясутся. «Неужели до сих пор из-за морга переживает? – промелькнуло у полицейского в голове. – Может, ему водки налить грамм двести?»

– Эй, ты чего, парень?

– Артем, я разговаривал с ней, а она отошла, а потом закричала! И вот там теперь тишина, – торопливо и невнятно, глотая окончания слов, принялся объяснять Константин и сунул озадаченному родственнику мобильник Эльвиры, по которому еще минуту назад разговаривал с дочкой. И еще раз попытался объяснить ситуацию брату. Тот вроде бы его понял.

Артем прижал телефонную трубку к уху и убедился, что в трубке тишина.

– Так, Костик, бери себя в руки, я сейчас все организую! – рявкнул Артем. – Ты знаешь, где она находится? Ну, отвечай, знаешь?

– Н-нет.

Константин словно впал в ступор. Его дочь сейчас была в опасности, а он ничем не мог ей помочь. И если отец ничего не сделает, дочь станет точно такой же, как та девочка в морге.

– Не страшно, по телефону проследить можно, тем более он включен. Только время уйдет на это… Да соберись же ты, все в порядке будет! – рыкнул Артем брату, торопливо набирая на своем телефоне чей-то номер.

– Так, Костя, – появилась на пороге встревоженная Эльвира и внимательно посмотрела на бывшего мужа. Она переводила взгляд с него на Артема, который, не желая, чтобы женщина все слышала, просто-напросто покинул комнату. – Что случилось?

Тот молчал, не зная, как сказать ей о том, что произошло. Или еще происходит?

– Что. Случилось. Отвечай, – повторила Карлова, уже понимая по лицу Константина, что, пока он разговаривал с Мартой по телефону, произошло что-то нехорошее – сердце Эльвиры кричало об этом.

– Все в порядке.

Он не мог заставить себя сообщить ей правду, зная, как эмоционально отреагирует бывшая супруга.

– Я поехал! – крикнул Артем из коридора, продолжая свои переговоры с коллегами. Телефон Эльвиры так и остался в его руках.

– Я с тобой! – отозвался Константин. – Эля, прости, все будет хорошо, веришь? – Он подошел к женщине, двадцать лет назад подарившей ему ребенка, и ласково погладил ее по щеке. – Все будет хорошо. Я позабочусь, чтобы все было хорошо.

– Господи, да что случилось? – простонала Эльвира. – Вы