Спрячусь от предателя. Он не узнает тайну - София Брайт

— Огурчик хочешь? — Анфиса Петровна открывает крышку и подносит ко мне банку.

— Ой! — чувствую запах маринада, что проникает в ноздри и щекочет их изнутри, медленно опускаясь к горлу.

Приступ тошноты оказывается таким резким и неконтролируемым, что я, затыкая ладонью рот, бегу к уличному туалету и успеваю распахнуть его дверь в последний момент.

Желудок пустеет, голова кружится, в висках стучит, а во рту остается горький привкус.

— Василиса! — слышу тревожный голос Анфисы Петровны. — Деточка, что с тобой?

— Не знаю… — вытираю губы оторванным кусочком туалетной бумаги. — Наверное, еще не отошла от вчерашнего.

— Да ну тебя! — хмурится она. — Это уже второй раз за сутки. Ты точно здорова?

Я пожимаю плечами, стараясь не думать о возможных причинах.

— Может, отравилась? — предполагает хозяйка дома.

— Возможно… — соглашаюсь я, хотя понимаю, что ничего подозрительного не ела. — Но я ела все то же, что и вы.

— И то правда. Хотя если бы ты отравилась, то лежала бы бледная и без сил. А так вроде резвая… — задумчиво говорит она. Ладно, иди в дом, приляг. А я тебе травяного чаю заварю. А потом в аптеку сбегаю, возьму тебе угля активированного, да еще что-нибудь для желудка.

Возвращаюсь в комнату и ложусь на кровать, закрывая глаза. Тошнота прошла, но в теле какая-то слабость. Неужели это все на фоне стресса?

Снова в голове мелькает калейдоскоп событий последних дней. Макс и Злата в отеле, подслушанный разговор и холод от человека, которого я все еще люблю… И в довершение ко всему, ложь лучшей подруги. Все это расковыривает зияющую рану в груди.

Вспоминаю про телефон, который не доставала с момента побега. Встаю с кровати, отыскиваю гаджет и зарядку для него, а потом ставлю на зарядку. Как только телефон заряжается достаточно для того, чтобы я его включила, не снимая с зарядки, возвращаю его к жизни. И он тут же пробуждается от спячки, пиликая бесконечным количеством сообщений и пропущенных звонков от Макса, Ани, коллег и даже от моих родителей, которым, видимо, уже успела позвонить подруга.

Но я все их пролистываю, решив отписаться только маме, что со мной все в порядке и я уехала сменить обстановку и позвоню ей чуть позже.

Закрываю мессенджер, борясь с искушением посмотреть, что именно мне пишет Максим. Потому что это ничего не изменит. У него другая женщина, и она скоро родит ему ребенка.

Последним на дисплее выскакивает значок женского приложения с календарем критических дней, требуя обновления. Бросаю на него взгляд и чувствую, как по пищеводу в мой многострадальный желудок опускается холодная волна, скапливаясь где-то в самом низу живота ледяной глыбой, потому что я пытаюсь вспомнить, когда в последний раз у меня были месячные, и не могу.

Нажимаю на иконку и вижу, что у меня задержка уже почти двадцать дней.

Кровь отливает от лица, и волосы встают на теле дыбом.

Нет…

Странная слабость, тошнота, головокружение…

Нет! Не может же быть…

Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди.

— Василиса? — в дверь заглядывает Анфиса Петровна с кружкой в руках. — Чай горяченький.

— Спасибо… — беру кружку дрожащими руками.

— Ты бледная какая-то. Может, доктора вызвать?

— Нет-нет, — качаю головой. — Просто… мне нужно в аптеку.

— А что случилось?

Я опускаю глаза, не зная, должна ли говорить о таком. Но с другой стороны, я не имею права лгать женщине, так великодушно приютившей меня.

— Я… Думаю, мне нужно сделать тест. На беременность.

Она замирает на секунду, а затем ее лицо озаряется пониманием.

— Ох… — протягивает она. — То-то я и думаю, что от моей стряпни тебе не могло так поплохеть. Тогда я в аптеку.

— Нет, я сама…

— Да брось! Ты еле на ногах стоишь. А я за пять минут сбегаю.

Она уже натягивает платок и выходит за дверь, оставляя меня наедине с мыслями, которые в панике пытаются отрицать очевидное. Я все еще надеюсь на гормональный сбой.

Но чем больше я думаю, тем отчетливее понимаю, что я вполне могу оказаться беременной.

Я закрываю лицо руками, пытаясь восстановить дыхание и погасить подступающую истерику.

Что я буду делать, если это правда и я жду ребенка от предателя?

Глава 11

— Ну что там? — из-за двери, словно сквозь толщу воды, доносится голос Анфисы Петровны.

А я смотрю на бегущие цифры на таймере смартфона, что отсчитывают время до момента, когда можно будет посмотреть результат.

Три минуты сорок восемь секунд. И цифры меняются, будто в замедленной съемке, заставляя все сильнее нервничать.

Две.

Одна.

Двадцать три секунды.

Сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди. Руки дрожат, когда я наклоняюсь и поднимаю тест со стиральной машины, что стоит рядом с унитазом, и из меня вырывается какой-то странный полувздох-полустон.

Две полоски.

Я беременна.

Мир вокруг меня сужается до этой маленькой пластиковой полоски, которая перечеркивает все мои планы и мечты.

Ребенок. У меня будет ребенок от Максима. От человека, который предал меня.

— Василиса? — стучит в дверь хозяйка дома.

Я отодвигаю защелку, и дверь приоткрывается, и в щель просовывается встревоженное лицо Анфисы Петровны.

— Ну как?

Я не могу говорить, как и осмыслить случившееся. Все слова застряли где-то в груди. Просто протягиваю ей тест.

— Ох, деточка… — она берет его, смотрит, и ее лицо становится мягче. — Это значит что… у тебя будет малыш, да? — смотрит на меня своими добрыми проницательными глазами.

— Я не знаю, что делать, — голос срывается, и слезы наконец вырываются наружу.

Всего за несколько дней моя жизнь перевернулась вверх тормашками. Мой прежний мир разрушен, и я сама не знаю, как жить дальше. А тут еще малыш. Ребенок, которого не ждали и не хотели. И как я должна дальше строить свою жизнь?

Анфиса Петровна подходит, обнимает меня, и я прижимаюсь к ее мягкому плечу, вдыхая запах выпечки и трав.

— Все будет хорошо, — шепчет она, поглаживая меня по волосам. — Ты не одна. Дети — это чудо!

Но я чувствую себя так, будто стою на краю пропасти. Ребенок.