Рассказ третий. Старшина Тарасов против посланника - Sgtmadcat
Тарасову приходилось устраивать засады. Это долго. Мучительно долго. Ты часами напрягаешь все органы чувств, чтобы вовремя заметить приближение противника и, одновременно, пытаешься не выдать себя. Надо быть хорошо обученным профессионалом, чтобы просидеть в таком режиме больше суток. У обычного человека крышу сорвет уже через несколько часов. От напряжения пойдут натуральные галлюцинации. Тебе начнет мерещится всякое. Ты начнешь слышать то, чего нет. У тебя затечет все тело. Ты будешь устраиваться поудобнее, перемещаться, захочется пить, есть и ссать. Перекинуться парой слов с соседом, просто чтобы как-то снять напряжение. И тогда ты спалишься. И превратишься из охотника в жертву.
Да — тот кто двигается, рискует больше, чем тот, кто его поджидает. Всегда опаснее атаковать, чем защищаться. Но сидя в глухой обороне победить невозможно. Поэтому, надо действовать. Старшина надеялся, что ему больше никогда не придется красться через ночь с оружием на изготовку. Всем, кто спрашивал, он честно говорил: «Спасибо — хватило. Больше не надо». Но вишь как все повернулось? Вдобавок, по иронии судьбы, за частью начинались поросшие лесом скалы из песчаника. Ушлые солдатики даже бегали туда фотографироваться, чтобы на родине думали, будто он служит где-то в горах. И сейчас Тарасову приходилось постоянно напоминать себе, что вокруг Поволжье, а не окрестности Комсомольского…
Судя по траектории движения ангела, пришел он откуда-то с этой стороны. Конечно, с его скоростью можно было обежать часть за пару минут, однако, другого способа сузить направление поиска Старшина не придумал. Он не знал, что и кого искать, сколько их, кто они такие и что ему делать, когда он их найдет. Но делать что-то было надо… И он делал. Все, что мог и как умел. Как и тогда.
***
Митрофанов сидел у тлеющего костра подкидывая в него веточки. Старшина, устало пошатываясь, подошел к нему и, опустившись на землю, огляделся.
- Твои где? С ними все в порядке?
- Да. Отправил обратно — скоро утро уже, скотину кормить надо, убираться. Нашел?
- Нет… Как иголку в стоге сена. Тут столько проселков, а меня уже ноги не носят.
- И че делать теперь?
- Без понятия. Но есть и хорошие новости. Бойцы сказали, что пока мы тут рысачили, Комбат на связь выходил. Тревогу отменили. Типа ошибка какая-то. Кто-то в штабе перебдить решил.
- То есть они возвращаются?
- Да. Он нам на подмогу Мешкова отправил с десятью бойцами. Остальные утром сворачиваются и к обеду, край — к ужину, будут здесь. Думаю, до этого времени наши «друзья» среагировать не успеют, а потом мы уже в домике…
- А если успеют?
- Если успеют, то будем отбиваться.
- Чем?
- Чем попало.
- Я серьезно… - Митрофанов кинул в костер еще одну ветку, - Я, в тихую, поспрашивал — выстрела никто не слышал. И гильзу я тоже не нашел. Хотя искал. Из чего ты его завалил?
Старшина молча вытащил «Наган», провернул барабан и вынул из каморы стреляную гильзу. Взяв у него оружие, Митрофанов удивленно покрутил его в руках.
- Ты же сказал, что ты не оперативник? Откуда у тебя эта штука?
- Не поверишь — нашел.
- Не поверю.
- Самому не верится. Интересно, откуда он тут...
Выбив из пачки сигарету, Тарасов сунул руку в карман и протянул разочарованное «Бля-я-я… Зажигалку проебал, пока бегал...». Митрофанов покосился на него и, достав веточку с тлеющим концом, протянул, чтобы тот прикурил.
- И это, Вась — синяки на горле замажь… Палево…
Тарасов, глядя в огонь, молча кивнул, ощупал шею, потом, нащупав веревочку, вытянул висевший на ней деревянный оберег, который лопнул точнехонько на две части.
***
Часть постепенно приходила в себя. Момент, когда они все действовали словно единый организм, был краток, однако влияние, оказанное им оказалось куда больше, чем кто-либо мог предположить.
- Ты думаешь мне так нравится тебя дрочить? Ну скажи? Думаешь же? Да я вижу… Сам так думал. Но ты вот о чем подумай — вон там, в оружейке, в трех метрах от тебя, сотня «стволов». У нас, сейчас, за кроссовки убивают. А за них тебе башку свернут не задумываясь. И мне. И всем остальным. А ты дрыхнешь на «тумбочке». Ну хули ты на меня глазами лупаешь? У меня дембель скоро. Я живой хочу домой вернуться...
Старшина послушал, как Коростылев, стоявший дежурным по роте, отчитывает задремавшего дневального, усмехнулся и вернулся за стол. Приятно, когда ты можешь вложить в чью-то голову верные мысли. Тем более, что у него сейчас не было ни времени, ни желания заниматься воспитанием личного состава. Он перекапывал все имеющиеся у него книги на предмет знаний о новой напасти. Правда, информации было негусто. Литература на эти темы не блистала особыми подробностями и, в лучшем случае, там были мифы. В худшем — автор откровенно высасывал из пальца, либо, вообще, опирался на сюжеты из видеосалонов. Закрыв очередной томик, Тарасов достал блокнот и начал перечитывать свои записи. Если чего-то не знаешь — ищи, где почитать. Если почитать негде — попробуй додуматься сам. Широкий кругозор и эрудиция для того и нужны, чтобы можно было решить проблему опираясь на логику и имеющиеся знания.
Итак — что он знает об этих «ангелах»? Быстрые, сильные, но легкие. Митрофанов говорит, что у них полые кости. Но они не летают. Тогда зачем? Возможно потому, что это необходимо не только для полета? Между ними было одиннадцать с половиной метров, которые он преодолел где-то за полсекунды. То есть, его скорость - в районе двадцати трех метров в секунду. Это около восьмидесяти километров в час. Ускорился и остановился ангел почти мгновенно. Чем больше масса, тем сложнее такие фокусы проделывать — может для этого.
Пули их не берут. Но это, опять таки, со слов Митрофанова. Который осведомлен, но не то что бы сильно. Пуля из «Нагана» взяла, хотя особенным ни сам «Наган», ни боеприпасы не выглядят. Он разбирал и то и то, но, внешне, это были обычные пули и обычный револьвер. И того ангела, которого Митрофанов видел в молодости, тоже подстрелили. Значит пули их берут. Просто