Демон - Михаил Алексеевич Ланцов

«Здравствуйте, дорогая мама.

Пишет вам ваш новоиспеченный сын с благодарностью и любовью, которой и жив в эти трудные дни.

Местные Боги умудрились превратить этот мир в помойку не хуже «мамонтов» из ордена, поставив его на грань самоуничтожения. Причем меня пытаются заставить принести себя в жертву. Совсем с головой, у них, видимо, беда, если они считают, что смерть одного демона, пусть и добровольная, способна спасти эту выгребную яму. Но к делу.

Мне жутко неудобно компрометировать вас своим жалким существованием, но больше мне не к кому обратиться за советом и помощью. Очень нужна информация о том, почему происходит самоуничтожение миров и что с этим можно сделать. Из того, что я смог выяснить, мне очень не понравилась большая война, что прошла несколько столетий назад, в ходе которой одна часть Богов изгнала другую. В результате возник определенный перекос. Например, вместо Бога Войны у нас тут почему-то резвится Божество Разрушения, а вместо Богини Любви или Семейного очага — почему-то Страсть. И так далее. Возможно, я на ошибочном пути, но, на мой дилетантский взгляд, оставшиеся небожители сами исказили энергетический баланс таким образом, что он ускоренно прогрессирует в плане саморазрушения.

Нижайше прошу прощения за совершенно неуместное письмо, но мне действительно больше некуда обращаться за советом, а умирать я не хочу и не собираюсь.

С любовью, ваш сын Бэр»

Шер положила письмо на стол и, взявшись за виски, откинулась на спинку кресла.

— Что?! Что там?!

— Прочтите, полагаю, это больше не секрет, — Бхенар мгновенно схватил письмо и жадно впился в строчки.

— Какой стервец! — подвел он итог, швырнув письмо обратно на стол. — Кстати, когда ты его умудрилась заделать?

— Это тот парень, который добровольно нам помог во время вскрытия запечатанного мира. Азура его тогда решила использовать для диверсии на территории ордена и не прогадала.

— Почему тогда он выжил? — прошипел Бхенар. — Ты же сказала, что не дала ему ни капли энергии.

— Откуда я знаю?! — со злостью крикнула на него дочь. — Полагаешь, я счастлива получать письма от подобных существ? Это ничтожество не только выжило вопреки всему, но и имеет наглость устанавливать контакты с родом вместо того, чтобы забиться в дальний угол и не отсвечивать.

— Он все равно не убежит из гибнущего мира. Хотя, признаться, я удивлен. Ведь он верно определил проблему.

— И что?

— Если он сможет придумать способ стабилизации энергетических потоков того проклятого мира, то вполне не только выживет, но и недурно наберет силы.

— И что ты предлагаешь? Нестись туда сломя голову и собственноручно отрывать ему голову? Если кто узнает — стыда не оберешься.

— Ты и так опозорилась как могла, — покачал головой красный демон. — Почему ты не проверила, как он там устроился?

— Он не мог устроиться! Понимаешь? Он был настолько слаб, что сдох бы за сутки максимум. Ты веришь в чудеса? Я не очень.

— И вот теперь это чудо тебе пишет. Ты как, счастлива? — усмехнулся Бхенар. — Ладно, мамаша, давай думать, что с этим выродком делать. Я, конечно, постарался скрыть факт получения письма из той клоаки, но он, похоже, то говно, которое топи не топи — все равно всплывет. А ведь откручивать голову уже поздно, как и игнорировать. Сама знаешь, репутация — дело такое, раз испачкаешь, потом не отмоешь. Так вот — мы по твоей вине изгваздались по уши.

— Маленький уродец! — вскрикнула Шер и, вскочив из кресла, нервно стала вышагивать по кабинету. — Вот ведь гад! Как он вообще посмел?!

— Если судить по тексту, то он в курсе того, какой проблемой для нас является.

— И что нам делать?

— Мам, — от двери донесся голос Азуры. — Как «что делать»? Напиши ему.

— Азура! — грозно произнес Бхенар. — Не лезь не в свое дело!

— За что у нас не любят бастардов? — проигнорировала слова деда юная демонесса. — Правильно, за то, что они слабые. Слишком слабые. Настолько, что это позорит кровь благородных родов.

— И что? — спросила Шер.

— Бэр смог дважды выжить в ситуациях, когда не имел на то ни единого шанса. А это значит, что он по меньшей мере удачлив. И, по всей видимости, умен. Иначе зачем бы он прислал это письмо, да еще таким образом? Он ведь поставил нас в положение, при котором мы пойдем у него на поводу.

— Что ты имеешь в виду? — хмуро посмотрел на внучку Бхенар.

— У меня уже спрашивали, как это моя мама умудрилась так промахнуться. Все, кто хотел, уже в курсе. Поэтому нам нужно что-то делать с этим бастардом. Причем убивать уже бессмысленно. У нас только один путь остается — помочь ему набраться сил и утереть нос всем остальным родам, дескать, у нас их даже бастарды обходят. Если мы приведем его на инициацию и он ее успешно пройдет с первого раза, то позор обернется нашей гордостью. Сколько бастардов стало полноправными в истории? Пятеро. Сколько с первого раза? Ни одного. А тут такой случай… Так что, я думаю, мам, тебе нужно написать ему письмо, а я его передам. Лично. Заодно взгляну на него.

Спустя сутки. Мир Лхасси. Холм ведьм

Пошли уже третьи сутки с момента передачи письма. Макс упорно ждал ответа, зная, что не среагировать родичи не могли. Слишком уж характерные реакции просыпались у него в крови, когда он пытался поставить себя на их место.

Костер весело потрескивал угольками, а сам юный демон колдовал над своим оружием — легким мечом, что с огромным трудом получилось сделать в замковой кузнице. Два месяца извращений и вправки мозга закостенелому кузнецу — и вуаля: очень умеренного качества «девайс», выполненный по доселе неизвестной Вервальду дамасской технологии, оказался в руках у юного барона. А тот образец, что он держал в руках сейчас, только неделю назад на свет появился. С учетом, так сказать, выводов и дополнений.

— Чем это ты занят, братец? — раздался знакомый женский голос где-то совсем рядом, и к костру вышла та самая младшая демонесса, которую он хорошо запомнил в зале Большой печати.

— Азура? — неуверенно произнес Бэр после пары минут разглядывания девицы.

— Отлично! — улыбнулась она. — Ты уже начинаешь чувствовать родственную кровь.

— Судя по интонации, ты не убивать меня пришла, — чуть прищурившись, произнес Бэр.

— Верно, — кивнула Азура. — Ну и заварил ты кашу! У деда от ярости чуть вся чешуя не вылезла, а мама едва ли по потолку не бегала, когда поняла, что ты не только жив, но и вполне здоров.

— Приятно