В его огне - Ольга Сергеевна Рузанова

- Спасибо.

- Вес не твоя сильная сторона, ты маленькая и хрупкая.

- Ага...

- Твоя сила в ловкости и точности ударов. Ты сможешь вырубить бугая, если будешь знать, как.

Тряся руками и вращая плечами, я внимательно его слушаю.

- Есть малоизвестные приемы, которые изучают сотрудники спецслужб. Слышала про технику крав - мага?

- Ты же не готовишь меня для какой-то спецоперации, нет? - смеюсь я, - Я ее провалю.

На строгом лице Макса вспыхивает и тут же пропадает усмешка. Он, как и Неволин старший, не любитель проявлять эмоции. Его улыбка тоже на вес золота.

- Я хочу, чтобы ты знала и умела все то, что я могу дать тебе.

- Спасибо, - срывается с моих губ.

Я все время думаю, зачем ему тратить на меня свое время. Какая его выгода?.. Денег он не берет, мужского интереса не проявляет. Что тогда?

В оставшееся до окончания занятия время Максим показывает, как обезвредить мужчину одним ударом ребром ладони по шее. Я, правда, не знаю, пригодятся ли мне эти знания в условиях моей нынешней жизни, но снова впитываю их как губка, уже давно уяснив, что они нужны мне не столько для того, чтобы применять их, сколько для ощущения внутренней силы и уверенности. Мне это нужно как воздух.

- Бить нужно резко, сильно, не сомневаясь и не жалея ни собственной руки, ни противника. Обычно на возможность нанесения такого удара бывает всего секунда, - рассказывает он ровный невозмутимым тоном, - Ты должна будешь точно понять, когда настал момент, чтобы атаковать. Горло должно быть открыто.

Берет мою руку, переворачивает в положение для нанесения удара и приставляет к своему горлу.

- Сюда...

- Я не буду тебя бить.

- Ударишь чуть дальше, - сдвигает мою ладонь к боковой стороне шеи, - Потеряешь возможность защищаться. Он просто сломает тебе руку...

- Ясно.

Я отрабатываю удары по воздуху, представляя, что бью по сопернику, а потом Макс заставляет меня сделать традиционные несколько подходов упражнений на пресс и отпускает принять душ и переодеться.

Когда я выхожу из раздевалки, он тоже уже собран. Стоя у выхода, ерошит влажные волосы и лезет в боковой карман сумки за ключами от машины.

Вместе мы выходим из зала и по лестнице поднимаемся на первый этаж. В воздухе сильно пахнет сыростью, потому что уже третий день, с небольшими перерывами, идет дождь. Под порог перед дверью натекли лужи воды.

- Пока, - бросаю я, накидывая капюшон.

- Стой, - говорит Максим, - Садись, подвезу.

Его седан мигает фарами, и тут же начинает урчать двигатель.

- Куда? - смеюсь я.

- Тебе же на вокзал?

- Нет, Макс!.. Я давно в городе живу.

- Еще проще, - дергает бровью и кивает на машину, - Падай.

Я застываю в нерешительности. Дождь усиливается, длинные тяжелые капли дождя вбиваются в макушку и плечи как гвозди.

- Ладно... - соглашаюсь наконец.

Занимаю переднее пассажирское кресло и ставлю мокрый рюкзак в ноги. Макс настраивает обдув стекол и включает печку. Воздух в салоне быстро нагревается. Я называю адрес и пристегиваюсь ремнем безопасности.

- Насовсем в город перебралась? - спрашивает, тронув машину с места.

- Пока не знаю, но надеюсь, что да, - отвечаю я и поясняю, - Мы с мамой и бабушкой снимаем квартиру.

- Ясно.

Седан выезжает с парковки и не с первой попытки по причине плотного движения на дороге вклинивается в общий поток.

- Работаешь с матерью?

- Нет, я ей только помогаю. А работаю там же, где и раньше - в салоне сотовой связи, - рассказываю, немного удивленная тем, что ему интересны подробности моей жизни. Никогда до этого он не спрашивал меня о чем-то, что не касается моих тренировок.

- Когда вуз заканчиваешь?

- Еще год.

Светофор впереди нас сменяет цвет на желтый, и седан вместе с другими автомобилями начинает сбрасывать скорость, пока вовсе не останавливается.

- Какая специальность?..

- Геодезия.

Внезапно что-то меняется - становится труднее дышать, словно из салона выкачали весь кислород. Инстинктивно вжавшись в спинку сидения, я поворачиваю голову вправо и вижу высокий черный внедорожник за стеклом.

Узнаю мгновенно - сердце не обманешь. Оно скукоживается и замирает.

Стекло джипа медленно опускается. Стекло седана с моей стороны - тоже. Я перестаю дышать и врезаюсь ногтями в ладони. Не шевелясь, смотрю прямо перед собой. В образовавшуюся щель тут же врывается холодный сырой воздух, забирается в мои волосы и хлестко ударяет по лицу. Однако, несмотря на это, его жжет словно от тысячи вонзившихся в кожу иголок.

- Здорово, - слышу негромкий, приглушенный уличными звуками улицы, голос Левши.

- Здорово, брат, - потянувшись к окну, чтобы видеть его, отвечает Макс.

Потом тишина. Я продолжаю пялится в лобовое стекло, парни - смотреть друг на друга, пока не загорается зеленый. Стекло поднимается, машина трогается с места, но повисшее в салоне напряжение можно рубить топором. От него звенит в ушах и ломит виски.

- Ты его боишься? - спрашивает Макс, когда внедорожник Неволина обгоняет нас и скрывается из виду.

- Нет, - отвечаю глухо.

- Он тебе угрожает?..

- Я ничего не сделала, чтобы он мне угрожал.

- Он одиночка, - говорит Максим спустя долгую паузу, - Он привык держать дистанцию, и ты в принципе первая и, я думаю, последняя, кого он подпустил так близко. Видимо, опыт был неудачный.

- Ничего, переживу.

- Главное, не зацикливайся.

Я усмехаюсь. Я зациклена на Левше?.. Кажется, нет. Живу, работаю, тренируюсь. Смотрю в будущее, надеюсь на лучшее. Я не зациклена на нем. А мои мысли и чувства под надежной охраной разума. Они никак не влияют на мою жизнь.

Нет, я не зациклена.

Майя

Следующую неделю я понимаю, как сильно заблуждалась. Я зациклена. Зациклена так сильно, что мысли о нем сопровождают каждую прожитую мной минуту. Нечаянная встреча на дороге отбросила меня назад, в ту точку, когда я сгорала заживо, изводя себя вопросами, на которые нет ответов.

Иногда мне хочется снова добиваться встречи с ним, чтобы заставить его сказать мне все, что он думает. Пусть даже это будут самые нелепые обвинения и при этом - самые жестокие. Главное, я буду знать.

Но, пережив внутренние метания, я глушу порыв бежать к нему и снова обращаю свой взгляд в будущее. Там