Непослушная девочка бойца - Татьяна Бэк
– Судя по твоему участившемуся дыханию и расширенным зрачкам, ты хочешь! И ещё как! – ухмыляется он.
Да что хоть происходит? Нельзя так! Спрыгиваю резко со стула, покачнувшись на высоченных непривычных каблуках.
– Да что ты о себе возомнил? Думаешь, весь такой из себя охрененный и каждая готова по щелчку пальцев к тебе в койку бежать? – мой крик привлекает внимание соседей по барной стойке, которые пялятся на нас с интересом, словно пришли в бесплатный цирк.
– Да, именно так я и думаю! – всё так же насмешливо и почти покровительственно продолжает самодовольный мажор.
Ненавижу, когда со мной разговаривают в подобном тоне. А ещё не переношу оказываться в нелепой ситуации. Внутри закипает раздражение, требующее выхода. Чувствую себя чайником, у которого сорвёт крышечку, если не выпустить пар.
– Ну так вот, милый… – начинаю нарочито громко, но елейным ласковым голосом, улыбаясь ещё шире, чем ослепительный красавчик. – Ты сильно ошибаешься. Я вот не хочу оказаться с тобой в одной постели. Боюсь, что после такого спорного мероприятия придётся принимать ванну с хлоргексидином и антисептиком. И кстати, забыла сказать. Вот эта твоя поза, в которой сидишь, широко растопырив колени, свидетельствует о том, что ты хочешь показать всем, что у тебя между ног нечто настолько большое, что мешает. Но обычно так поступают те, у кого на самом деле крохотный член.
Поднимаю свой стакан, где на дне плавает растаявший лёд, и салютую опешившему мажору. Кажется, пришла пора уносить ноги, пока он завис и переваривает услышанное. Несусь к выходу и параллельно вызываю такси. Чёрт, машина подъедет только через двадцать минут… Но лучше подожду на улице, благо погода тёплая. Заодно проветрю голову, которая кружится после пары коктейлей и пережитых эмоций.
На свежем воздухе мне и впрямь становится легче, но начинаю ругать себя за несдержанность, ведь только что я провалила задание. Хотела привлечь внимание объекта своего журналистского расследования? Да уж, мне это удалось! Только явно не так, как планировала.
В этот момент ощущаю тяжёлое прикосновение к плечу, откликнувшемуся резкой болью. Дежавю, – сегодня такое я уже испытывала.
– Ну что, соска, я же говорил, что мы ещё познакомимся поближе! – раздаётся за спиной пьяный мужской голос и хрюкающий смех.
Мне даже не надо поворачиваться, чтобы понять, кто это. Пытаюсь вырваться, но верзила обхватывает меня за талию, отрывая от земли, и закрывает рот прокуренной рукой, лишая меня возможности позвать на помощь, а заодно и дышать. Прямо рядом со мной тормозит огромный тонированный джип, скрипнув резиной и оставляя чёрные следы на асфальте. Из него вываливается вертлявый приставала из клуба и упорото смеётся.
– Ну что, детка, не хотела с нами по-хорошему кататься, придётся по-плохому. Если будешь умничкой и сделаешь всё, как мы захотим, не пострадаешь. А если будешь усердной и ласковой, то ещё и денег дадим! – заявляет он.
Сердце пускается вскачь, меня всю трясёт, а лёгкие горят, требуя сделать вдох, запустить внутрь хоть глоток загазованного воздуха. В голове всё плывёт, перед глазами летают мушки, на меня накатывает волна темноты, лишающая сознания. Перед тем как спасительная тьма полностью поглощает меня, слышу резкий окрик.
– А ну-ка, отвалите от девчонки, уроды!
Глава 3
Я ничего не успеваю понять, но в следующий момент почему-то лежу на асфальте, не слишком чистом, между прочим, и наблюдаю за происходящим из первых рядом. А происходящее больше похоже на сцену из индийских фильмов, ибо только там главный герой может с такой лёгкостью раскидывать плохишей. Теперь я понимаю, почему Демьяна называют Железный кулак. Даже не верится, что мой спаситель – это парень, которого несколько минут унизила у всех на глазах…
А может, мне это всё просто кажется? Судя по всему, я неплохо приложилась головой, когда падала. Прислоняю руку к ушибленному месту и чувствую что-то горячее и липкое. Нет, только бы не кровь! Я до сих пор теряю сознание при заборе анализов. Перевожу взгляд на свои пальцы и чувствую подкатывающую тошноту, а затем сознание меркнет окончательно.
– Эй, спящая красавица, вставай! Мне, вообще-то, ещё в институт заскочить надо! – раздаётся где-то рядом мужской бархатный баритон, который кажется смутно знакомым.
С трудом разлепляю веки и тихо ойкаю. Прямо надо мной склонился Демьян Первых, прекрасный, улыбающийся и голый. Голый?! Тут же зажмуриваюсь, но эту картину эту уже не забыть. Сложен красавец так, что ему в глянцевых журналах сниматься или в… порно. По крайней мере, то, что увидела, меня настолько впечатлило, что даже не сразу соображаю, что я тоже голая.
– Что происходит? Где я? – слабо стону, чувствуя, что голова готова вот-вот расколоться на части. Но глаза на всякий не открываю, вдруг опять упрусь взглядом в мужское достоинство Демьяна.
– Ты у меня дома, если что! Что последнее ты вообще помнишь? – интересуется красавец тоном заправской сиделки.
Пробую прокрутить события предыдущего дня, но воспоминания отрывистые и хаотичные. Вот я лежу на асфальте и смотрю, как Демьян закатывает в этот же асфальт уродов, пытавшихся меня изнасиловать; вот я свернулась калачиком на заднем сидении авто и дрожу от холода, вот розовая вода, текущая к сливу ванной, окрашенная моей кровью, и нежный голос Первых, приговаривающего: «Тихо, девочка, всё хорошо, у тебя лишь небольшое рассечение, сейчас всё пройдёт!»
– Помню, что ты меня купал… – произношу ошарашенно. – Но как, почему, зачем?
Сыплю вопросами, хотя и сама не знаю, что хочу узнать у парня. Вновь этот чертовски соблазнительный смех, от звуков которого уголки губ сами собой ползут вверх.
– Кстати, твою одежду я постирал, она, скорее всего, уже высохла. Так что можешь одеваться!
Вновь вспоминаю о том, что полностью голая. Боже, как же стыдно. Память услужливо подсовывает мне картинки, в которых Демьян снимает с меня бельё, аккуратно устраивает в ванной, водит по моему телу своими сильными ладонями, на которых ароматный гель для душа, намыливает меня в таких сокровенных местах… Неужели это действительно было? Кровь приливает к щекам и другим