Брат мужа. Порочные игры - Арина Арская

— Ты решила со мной в молчанку поиграть? — касается носа и улыбается. — У меня с молчаливыми женщинами разговор короткий.

Затягивает полог на моей груди туже, обездвиживая руки, и переворачивает на живот:

— Ты такая милая, Поли, в своем упрямстве.

Ему даже в голову не может прийти, что я молчу вынужденно и, возможно, из-за травмы.

Встает и собирает полог на моих ногах. Поднимается выше, оголяя бедра. Лягаюсь наугад, а Влад хохочет.

— Ты же моя кобылица, — усаживается на бедра и рывком оголяетпопу, а затем вновь затягивает половинчатый кокон на спине. Щекочет левую ладонь, что выглядывает из ловушки. — Даю последний шанс извиниться, но только с чувством.

В бессилии клокочу под ним. Я уже готова извиниться. Красноречиво и громко, но лишь хрипло и болезненно дышу.

— Я дал тебе шанс, — мнет и поглаживает ягодицы. — И никаких обвинений после я не приемлю.

Юркает пальцами между бедер. Касается ноющих складок. Ведет ими выше, собирая густую смазку, и пробегает пальцами по анусу, который непроизвольно сжимается, а несогласно выдыхаю.

— Расслабь попу, Поли.

Мотаю головой и сжимаю кольцо мышц крепче. Не пройдешь, не пролезешь, не протиснешься.

— Ты знаешь поговорку, — шепчет Влад на ухо, — что каждую хитрую попу, найдется и хер с винтом?

Грубая пошлость заливает щеки румянцем. Где его интеллигентность? Он джентльмен или нет? Встает, подходит к тумбе и копается в ней. Я отползаю, но лишь на полшага к двери. Влад возвращается с каким-то тюбиком и опять придавливает меня к полу всем весом. Зло кряхчу.

— Я когда тебя увидел, — Влад щелкает крышечкой, — то сразу решил, что отымею тебя, чтобы сделать больно Павлуше, но сейчас я получаю удовольствие, Поли, без оглядки на личные обиды. Наслаждаюсь тобой.

Я бьюсь лбом о ковер, чтобы донести, насколько Влад напыщенный болван.

— Ну-ка, — хватает за волосы и подкладывает под голову подушку, — разошлась.

Какой заботливый извращенец! Скрежещу зубами и утыкаюсь в шелк лицом. Может, получится задохнуться, но нет. Подушка пропускает мои вдохи и выдохи. Тяжело, но дышится.

Скользкие пальцы касаются крепко сжатого колечка мышц между ягодиц и тщательно распределяет смазку, что начинает нагреваться на коже. Чувствую, как тепло проникает глубоко в мускулы и напряжение в них слабеет и расходится мягкими импульсами. Влад массирует анус, уверенно его проминает по кругу, и его грязные ласки вызывают слабую волну дрожи, что уходит в ноги.

— И ведь ты тоже наслаждаешься мной, Поли, — бархатно шепчет Влад и проскальзывает пальцем в разогретую и расслабленную дырочку.

Я взбрыкиваю, пытаюсь сжать мышцы, чтобы противостоять вторжению, но Влад во мне до последней фаланги. Замираю, вскинув лицо от подушки. Странное и необычное ощущение, но, к моему большому стыду, приятное. Влад медленно выскальзывает, чтобы затем проникнуть в меня двумя пальцами. Немного тянет тонкие нежные мышцы, но этот легкий дискомфорт подстегивает желание. Кровь приливает к промежности, а Влад медленно ведет пальцами по кругу, растягивая тугое отверстие, которое прежде не знала таких откровенных ласк.

— Нравится? — едва слышно спрашивает Влад.

Мотаю головой. Я не признаюсь в том, что я получаю удовольствие от сомнительной нежности.

— Лгунья, — Влад резко проталкивает три пальца, и тут из меня рвется предательский и хриплый стон.

Легкая тянущая боль сплетается с густым возбуждением, которое льется из меня вязкой смазкой на ковер и стонами в подушку. Это не ласки, это пытка. Как физическая, так и моральная. Влад вскрывает во мне нечто темное, извращенное и похотливое, и это нечто требует большего, чем пальцы. И меня страшит мое возбуждение.

Ведет пальцами назад и вновь протискивается до костяшек. Идет по кругу. Мягко дергает рукой, вызывая во мне сиплый стон, выскальзывает, чтобы опять нырнуть на глубину, расширяя границы дозволенного.

Меня накрывает дрожь, что перерастает в сильные спазмы оргазма. Они плотным пульсирующим кольцом обхватывают пальцы Влада, и я выгибаюсь в спине, со всхлипами и стонами уткнувшись в подушку. Режет мышцы, плавит кости и испепеляет разум.

— Надо тебя еще растянуть, Поли, — Влад вытягивает пальцы и поднимается на ноги. — Я в тебя не влезу, но попка у тебя чувствительная. Ты точно кончишь от моего члена.

— Не надо… — хрипло бубню в подушку. — Оставь хотя бы попу в покое.

Влад подхватывает меня на руки и с улыбкой укладывает на кровать:

— Тебе не стоит стыдиться мужа, Поли. Если не с ним, то с кем ты реализуешь свои тайные желания?

Чмокает в лоб, утирает слезы и выходит, плотно прикрыв за собой дверь:

— Сладких снов.

Глава 25. Сударыня и Машка

Сквозь сон чувствую, как ко мне под одеяло ныряет Влад, обнимает и прижимается к спине горячим телом. Хочу фыркнуть, но меня утягивает на дно сон и не отпускает до самого утра.

Влада рядом нет, но зато у кровати стоит бледная курносая девица в белом в фартучке и с подносом в руках. Светлые волосы убраны в аккуратный тугой пучок на макушке. Лицо круглое с аккуратным маленьким подбородком.

— Завтрак, — шепчет она, — сударыня.

Я недоуменно промаргиваюсь, натягивая одеяло до шеи:

— Сударыня?

Я не ожидала услышать спросонья устаревшее обращение к женщине. Очень чудно.

— Вырвалось, — она неловко улыбается. — Волнуюсь и переживаю.

— Почему? — задаю я закономерный вопрос, а девица аж вся вздрагивает.

— Мы не знали, что у Георгия Владиславовича есть жена… — округляет глаза и шепчет, — ой… простите… сударыня… ой… госпожа… ой…хозяйка…

— Полина, — слабо улыбаюсь я.

— А по отчеству?

— Можно без отчества.

— Но вы ведь жена Георгия Владиславовича, — она едва заметно хмурится, — как без отчества?

Испуганная и растерянная. Видимо, Влад застращал подчиненных, что они шепотом разговаривают с якобы его супругой.

— Без отчества, — повторяю я.

— Точно? — недоверчиво шмыгает.

Киваю, хотя я уже не уверена, что меня можно звать без отчества. Вдруг я обязалась перед Владом откликаться не только по имени? Вдруг это как-то подорвет его авторитет?

— Яйца Бенедикт с семгой, салат из руколы и ростков люцерны, хумус на цукини-хлебе с авокадо и чашечка эспрессо, — тихим и тоненьким голоском перечисляет девица и с ожиданием смотрит на меня.

Сажусь, придерживая одеяло у груди, и моя ранняя гостья ставит поднос с завтраком