Практическое руководство по злу - overslept

Это полезно. Это позволит моему легату немедленно реагировать на изменения на поле боя, если я правильно поняла её намерения. Когда мы впервые встретились с Серебряными Копьями, у нас не было времени на подобные вещи, но защита города — совсем другое дело.

— Мы готовы? — наконец спросила я, потому что, что еще я могла сказать?

— Я потратила большую часть своего времени на обустройство нашей зоны поражения, — неприятно улыбнулась Мастерящая, обводя когтистыми пальцами прямоугольник, который я велела Масего не включать в ритуал. — Когда дьяволы придут, они будут тепло приняты.

Я кивнула.

— А Копья?

— Они пойдут через запад, — проворчала Верес. — Самый быстрый способ добраться до очага, и именно к нему они будут стремиться. Там есть более широкая аллея, где их лошади смогут нормально атаковать.

— Я буду ждать их там, — выплюнул Наук, и его кулаки сжались так сильно, что хрустнули костяшки.

— Мы должны сосредоточить наши силы на наемниках, — сказала Хун. — Если дьяволы вырвутся в город, вся наша оборона рухнет.

— Тогда я буду иметь дело с дьяволами, — пробормотала я.

Никто не выказал удивления. Я полагаю, что это было довольно очевидным моим решением. Чтобы убить монстра, нужен монстр, не так ли?

— Разбойник будет командовать саперами, направленными в этот сектор, — сообщила мне Мастерящая. — У тебя будет вся его когорта.

— Когда понадобятся мечи, за тобой последует другой отряд, — прорычала Верес. — Мы ещё не решили, какой именно.

— Слова были высказаны, — сказал мне Хакрам. — Семь разных отрядов вызвались добровольцами — у меня есть список, если хочешь взглянуть.

— Не нужно, — ответила я. — Я беру на себя Безнадежное Дело.

Это, наконец, вызвало реакцию.

— Разумно ли это, леди Оруженосец? — спросила коммандер Хун, положив ладонь размером с щит на стол. — Дезертиры не известны своей способностью держаться под давлением, и эта часть поля боя будет самой жестокой.

— Она имеет в виду, что они могут воткнуть нож тебе в ребра и удрать, если всё будет выглядеть достаточно плохо, — более откровенно сказала Мастерящая.

— Именно для такой ситуации я и создала отряд, — ответила я. — Если их нельзя использовать, их следует повесить.

Я говорила спокойно и не повышая голоса, но я видела, что некоторые из них подавляют желание отодвинуться. Я невесело улыбнулась: когда-нибудь праэс перестанут думать, что милосердие и безжалостность взаимоисключаемы. Я создала Безнадежное Дело с намерением использовать его в бою: если отряд не может быть развернут, он может вернуться на виселицу, с которой я их вырвала. Я давала лишь опредленное количество шансов.

— Значит, решено, — сказал Адъютант, завершая тему. — Нам нужно решить ещё один вопрос: Лучница еще не определилась, будет ли она участвовать.

— Сказала, что будет говорить только с тобой, — выплюнула Верес, явно недовольная.

Не очень-то дипломатично. Я не стала уточнять, для какой из женщин предназначалось это заявление, поскольку оно легко могло характеризовать их обеих.

— Я разберусь, — сказала я. — Больше ничего?

Гончая покачала головой. Я чуть было не вышла, но заставил себя задержаться еще на мгновение.

— Удачи в бою, — сказала я своим офицерам.

— Удача для любителей, — ответила Верес, оскалив зубы. — У меня есть план. —

Если когда-нибудь и будет девиз для Пятнадцатого, решила я, так это он. У меня есть план. Посмотрим, как он пойдет наперекосяк.

☠

Лучница находилась на крыше, потому что Именованных неизбежно мучила глубокая жажда мелодрамы. Ступив на карниз, она смотрела вдаль, где облако пыли показывало, что Серебряные Копья приближаются. Я поднялась через люк и ждала, когда она заметит мое присутствие, вздохнув, когда стало ясно, что она не заметит. Из нездорового любопытства я прочистила горло, просто чтобы посмотреть, как далеко она готова зайти в фарсе. Женщина плавно повернулась, и вспышка серебра была единственным предупреждением, которое я получила. Метательный нож был пущен умело, вращаясь по траектории, которая должна была привести к тому, что он вонзится прямо в моё горло. Не теряя ни секунды, я выхватила его из воздуха.

— Ты можешь бросать быстрее, — сказала я.

— Могу, — согласилась Лучница, наконец потрудившись взглянуть мне в лицо. — Но это всё же немного быстрее, чем мог бы сделать обычный смертный.

Она проверяла, насколько сильно мое Имя пострадало от моего последнего фиаско. Вполне справедливо, даже если это идиотский способ.

— Мне сказали, что ты не хочешь разговаривать с моим легатом, — проворчала я.

— Я не разговариваю с миньонами, — легко ответила она.

Может быть, если бы у меня были более легкие две недели, я была бы более вежлива, но мой колодец терпения иссяк.

— Легатом, — решительно поправила я. — Она мой легат. Как бы то ни было, я здесь. Ты уже приняла решение?

Во всяком случае, моя резкость, казалось, позабавила её. В ответ мое раздражение собралось в узел.

— Хотя твоя битва не является недостойной, разве она моя? — пожала она плечами. — Мы с Охотником уйдем, когда враг нападет на город. Мы убьем нескольких по дороге, из вежливости.

— Отлично, — буркнула я.

Спускаться через люк будет чертовски больно, но спрыгнуть на улицу, вероятно, будет ещё хуже. Я повернулась, чтобы уйти.

— Ты не собираешься меня уговаривать? — спросила Лучница, слегка удивленная.

Я бросила на неё агрессивный взгляд.

— У меня нет ни времени, ни терпения на такие игры, — сказала я. — Ты будешь драться или нет. У меня такое чувство, что мало что из того, что я скажу, перевернет чашу весов в любом случае.

— Учитывая угол, в котором вы оказались, — заговорила женщина с охряной кожей, — вы уверены, что можете себе это позволить?

Я ничего не могла с собой поделать — я рассмеялась ей прямо в лицо. Недоверчивый взгляд, которым она меня одарила, стал воспоминанием, которое будет согревать меня холодными ночами.

— Я всегда в грёбаном углу, Лучница, — сказала я ей. — Я не думаю, что была в бою, где бы меня не превосходили, с тех пор, как я себя помню.

Я развела руки и повернула ладони вверх, охватывая весь город.

— И все же я всё ещё здесь. Стоя. — мягко сказала я. — Так